Александр Николаевич, у нас часто говорят о некоей особой русской (или российской) ментальности и повышенном патернализме. Сейчас эти разговоры резко усилились в связи с началом проведения социальных реформ. Не является ли это, с Вашей точки зрения, попыткой оправдать реально существующее засилие бюрократии, и то, что реформы проводятся во многом в ее интересах?
Можно предположить, что с одной стороны такие разговоры - это начало подготовки электората к новому предвыборному циклу 2007-2008 годов. А с другой стороны, это действительно прикрытие желания бюрократии, чиновничества "разруливать" экономическую жизнь и усиливать собственное присутствие в экономике, извлекать не только административную ренту, как это было всегда, но и реальный доход, не только после процесса принятия решений в пользу тех или иных групп бизнеса, но непосредственно заниматься бизнесом. То есть, сейчас явно происходит шаг от административного капитализма к государственному капитализму, когда государство является субъектом хозяйствования уже на легальной основе. И разговоры об особой ментальности русского народа, безусловно, имеют место, потому что мы долго жили в рамках этой модели, но за 15 лет рыночных реформ эта модель сильно разрушена. В свое время было достаточно реформ Столыпина для того, чтобы разрушить крестьянскую общину буквально за несколько лет. И понадобилась сталинская коллективизация, чтобы восстановить миф об общинном менталитет русского народа, и для этого пришлось пожертвовать несколькими миллионами жизней в процессе коллективизации.
То есть, в принципе, мифологема о патернализме сейчас опасна?
Я думаю, она опасна. У нее, безусловно, есть корни, корни связаны с бедностью. Масштабы бедности достаточно большие, они подпитывают патерналистскую модель, в том числе, и на основе уравнительных представлений и перераспределительных механизмов. Чем больше ресурсов будет прокручивать через себя государство, тем больше у него будет возможностей помогать бедным, сирым и убогим, и гарантировать те минимальные стандарты, которые вообще традиционно в тоталитарных и патерналистских режимах гарантируются, в том числе, за счет перераспределения и за счет общего низкого уровня жизни, за исключением бюрократии, которая контролирует экономику. Поэтому опасность тут в том, что эксплуатируются атавистические представления о социальном и экономическом устройстве. С другой стороны, эта схема прикрывает неэффективность существующей бюрократии по повышению эффективности производства, росту ВВП, решению проблемы той же бедности на основе экономического роста. Коль скоро рост невозможен, и удовлетворение населения быстрым рывком трудно обеспечить, значит нужно удовлетворить основные массы населения на основе перераспределительной, уравнительной, патерналистской модели. Опасность в том, что это признание поражения бюрократии в деле выстраивания рыночных механизмов, а с другой стороны, это прикрытие для бюрократии по захвату командных высот, которые, в условиях снижения эффективности управления экономикой, неизбежно должны выразиться в таком перераспределении богатств и в уравнительности.
18 апреля 2005
http://www.shohin.ru/index.htm
