Действительность такова: сменяемые государственные чиновники в России постепенно становятся ключевыми элементами экономических и политических процессов. У критиков этой системы она получила название "корпоративистской", непременно - с негативным оттенком.
Однако это не совсем так: усиление государственного участия в экономике является необходимым элементом создания прогнозируемой ситуации на данном этапе развития рынка; в дальнейшем неизбежен отказ от госучастия - приватизация, постепенная и грамотная с либеральной точки зрения.
В этой связи возникает необходимость создания института ответственных государственных служащих, эффективных топ-менеджеров. Создание такого института с "чистого листа" представляется в нынешней ситуации весьма затруднительным: слишком велика вероятность глобального нарушения баланса сил в органах власти.
Соответственно, верховной власти придется работать с уже имеющимся "материалом": борьба с коррупцией была провозглашена Владимиром Путиным в качестве государственной задачи еще в 2005 году. Но никакой серьезной реакции не последовало: спецслужбы и правоохранительные органы восприняли это как очередную PR-кампанию власти. Даже довольно близкий к президенту Владимир Устинов также не почувствовал изменения конъюнктуры, за что и поплатился летом 2006 года потерей поста Генпрокурора?
Постепенно стало ясно, что Путин не шутит: коррупция, с учетом того, что это - непременная составляющая любого государственного механизма, должна быть умеренной. Позже президент более четко сформулировал свой постулат: "Живите на зарплату, и давайте вместе работать над ее увеличением".
Первоначально задумывалось, что основным органом борьбы с коррупцией станет Федеральная служба безопасности. Ее директор Николай Патрушев давно ведет информационную кампанию по собственной политической институализации: его пространные интервью в СМИ, несмотря на очевидный официоз, достаточно объемно формируют образ "силовика", контролирующего не только свое ведомство, но и ситуацию в стране.
В этой связи нам представляется интересным следующее наблюдение: Национальный антитеррористический комитет, который возглавляет Патрушев, по сути, можно легко переориентировать на "Национальный антикоррупционный комитет", так как его состав вполне пригоден и для реальной борьбы с коррупцией.
Патрушев, таким образом, вполне мог бы исполнить "социальный заказ" Путина, озвученный, как мы сказали, в ходе обращения к Федеральному собранию в 2005 году, - о борьбе с коррупцией и бюрократическим непрофессионализмом. В результате в 2005 году директор ФСБ получил дополнительное поле для активной политической деятельности, тем более что это отлично согласовалось с проектами преобразования лубянского ведомства в чисто антикоррупционно-антитеррористическую структуру. Однако ФСБ, похоже, за последний период так и не удалось продемонстрировать результативность в борьбе против коррупции.
Летом 2006 года новым Генпрокурором стал Юрий Чайка, произведший в прокуратуре кадровые и структурные изменения, явно направленные на то, чтобы это ведомство могло претендовать на "пальму первенства" в деле борьбы с коррупцией.
Громкие результаты не заставили себя ждать: большой резонанс имел, как известно, арест руководства Федерального фонда обязательного медицинского страхования - Андрея Таранова, директора фонда, одновременно - партнера Михаила Зурабова по страховой компании МАКС; Дмитрия Шиляева, Дмитрия Усенко и Натальи Климовой - заместителей директора; а также начальников управлений фонда - Нины Фроловой (финансового), Татьяны Марковой (контрольно-ревизионного) и Галины Быковой (бухгалтерско-учетного). Им вменяется злоупотребление служебными полномочиями и взяточничество. Позже были задержаны также Александр Баженов, начальник управления лекарственного обеспечения, и Геннадий Орлов, советник гендиректора ФФОМС по информатизации.
Инициатива Генпрокуратуры была поддержана "партией власти", что означало комплексность подхода к проблеме. "Единая Россия", члены которой стоят у истоков "лекарственного" скандала, как известно, настаивает на отставке курирующего ФФОМС министра Михаила Зурабова, который сначала отказался давать комментарии, а затем публично выступил с оправданием деятельности своих подчиненных. Смысл его слов сводился к тому, что никаких злоупотреблений не было, а произошла путаница. Видимо, чиновник тогда не осознал всей серьезности ситуации.
Это дело стало резонансным актом реализация антикоррупционной политики, провозглашенной Путиным, хотя некоторые источники и интерпретировали данный инцидент как атаку на "Семью" и ее ресурсы, которые, в принципе, можно использовать в ходе кампании 2007-2008 годов.
Так или иначе, но у известного борца с коррупцией в России Георгия Сатарова появился серьезный конкурент в лице Владимира Путина, который 21 ноября 2006 года на Координационном совещании руководителей правоохранительных органов предложил на первом этапе борьбы с коррупцией сконцентрироваться на "чистоте" самих борцов - представителей правоохранительных органов. Именно этим объясняются кадровые перестановки в МВД и Генпрокуратуре.
Жесткая критика со стороны президента в адрес министра внутренних дел Рашида Нургалиева вполне может быть преддверием его отставки.
Для перехвата инициативы Генпрокурор Юрий Чайка предложил для решения проблем с коррупцией в органах создать отдельные группы из представителей Генпрокуратуры, ФСБ, МВД и финразведки. После этого руководство Генпрокуратуры и МВД оживилось окончательно и, как говорят, предложило депутатам Государственной думы следующее: отменить банковскую тайну, ввести контроль за материальным благополучием всех членов семей чиновников, вернуть участие представителей Генпрокуратуры в гражданский и арбитражный процессы.
Самой сильной нотой в претензиях президента на упомянутом совещании прозвучал социальный подтекст: выросла уличная и бытовая преступность, а значит, повысился уровень тревоги среди населения, что может отразиться на его настроениях в ближайшем будущем. Помимо этого, наблюдатели отметили то, что Путин оказался крайне недоволен "умножением чиновников и генералов" без оптимизации управленческих процессов, а напротив - дублировании функций. Так что в ближайшее время следует ожидать продолжения "кадровых чисток" и в администрации, и в правительстве, и особенно в правоохранительных органах.
Конкретно за последнее время произошли, как известно, кадровые перестановки в МВД: Андрей Новиков лишился поста замминистра (он курировал службу криминальной милиции); замминистра вместо него был назначен Олег Сафонов, коллега Путина по службе в КГБ. Поменялись начальники департаментов министерства: Сергей Мещеряков, руководитель ДЭБ, стал руководителем департамента по борьбе с оргпреступностью и терроризмом. Он, по данным источников, поплатился за злоупотребления своих сотрудников - информационные утечки, подписание постановлений на проверку компаний и прочее. Мещерякова считают человеком Игоря Сечина. Перемещение с поста руководителя ДЭБ на аналогичный пост в ДБОПиТ отразится на доходах чиновника однозначно, так как ДЭБ - это "ключи от экономики".
Этот "золотой" департамент возглавил Евгений Школов, бывший вице-президент АК "Транснефть", помощник Виктора Иванова. Школов, как и Путин, служил в ПГУ КГБ СССР - в ГДР, вместе с будущим президентом, говорят, кабинет делили.
Еще в октябре 2006 года с поста начальника департамента уголовного розыска на пост начальника Академии управления МВД перешел Владимир Гордиенко (некоторые говорят, что это результат т.н. "дела оборотней в погонах" из МУРа), а его место занял Искандар Галимов. Кстати, был уволен и первый заместитель начальника департамента Алексей Павлов (за т.н. "сейфовую" историю, описанную в федеральных СМИ, когда в ходе ремонта из департамента исчез сейф с совсекретной документацией).
Особенно интересным, на наш взгляд, является перемещение Андрея Новикова, который в 2001 году стремительно перешел с поста начальника УВД Красногвардейского района Санкт-Петербурга на пост управляющего делами МВД, затем - замминистра. Его якобы не отставили, а прочат на место чуть ли не министра внутренних дел.
В результате, по мнению источников, произошло "усиление МВД специалистами из органов". На самом деле группа Игоря Сечина (и Николая Патрушева) понесла очередные потери, взамен, как утверждают, усилились позиции близкого к президенту Виктора Золотова.
Параллельно начали усиление и другие "силовые" ведомства: при Федеральной миграционной службе, как говорят, создается спецподразделение по "миграционному контролю"; ответственным за ее создание стал замдиректора ФМС Вячеслав Поставнин. Скорее всего, именно он его и возглавит. По некоторым данным, численность нового спецподразделения составит около 10 тысяч человек, и его деятельность будет направлена исключительно на регулирование "трудовой миграции". Цель данной инициативы - максимально разгрузить МВД и тем самым повысить эффективность ведомства.
Таким образом, очевидным становится то, что президент начал терять доверие к своим "правоохранителям" - ФСБ и МВД. В этой связи важными, на наш взгляд, являются слухи о создании при администрации особого подразделения, некоей "политической разведки" при президенте.
Подразделение якобы уже создано в виде "Управления Президента РФ по борьбе с коррупцией", и вроде бы началась комплектация штата. Говорят, что в это Управление собирают самых "недоговороспособных" чиновников из прокуратуры, ФСБ и иных спецорганов. Так что, по сути, это должно быть аналитическое подразделение для организации работы по повышению управляемости и эффективности аппаратов администрации, правительства и иных органов.
Судя по масштабам происходящего, можно сказать, что борьба с коррупцией стала одним из "приоритетных национальных проектов", возглавить который придется, похоже, самому президенту, так как его сотрудники такую ношу нести не смогут.
Алексей Мухин
Русский Журнал
28.11.2006
http://www.russ.ru/stat_i/chtob_ty_zhil_na_odnu_zarplatu
