Алексей Леонидович, замминистра финансов Сергей Колотухин изрядно поразил Всемирный банк, заявив, что России не выгодны в нынешнем виде условия его займов, и она будет настаивать на их изменении. Банк тут же попытался доказать обратное. А эксперты находятся в недоумении по поводу слов чиновника. Чем все это объяснить? Россия, что, планирует брать новые крупные займы?
Могу только высказать свои соображения по поводу развития событий. Во-первых, ситуация такая, что сейчас российский бюджет профицитный, и в принципе, у России с деньгами все нормально. Это означает, что устойчивое положительное сальдо внешней торговли, рост золотовалютных резервов определяют состояние государственных финансов как устойчивое. Россия может расплачиваться полностью по внешним кредитам, и бюджет достаточно стабилен. Формально российские монетарные власти не нуждаются во внешних заимствованиях. Однако, российская экономика испытывает дефицит в прямых инвестициях, которые были бы направлены на ускорение темпов модернизации производства и на интеграцию российской экономики в систему мирохозяйственных связей. И здесь я бы разделил этот вопрос на две части.
Первое - прямые иностранные инвестиции, которые крайне необходимы российской экономике. Но для того, чтобы данный показатель существенно увеличился, не созданы необходимые условия, которые известны и связаны с состоянием инвестиционного климата в России и с состоянием законодательства.
Второй вопрос - вопрос займов. Я надеюсь, что монетарные власти заняли прагматичную позицию. Прагматичность в том, что они: а) обязаны преследовать цель получения займов по минимальной стоимости, и б) что тоже очень важно, это так называемая рыночность этих займов.
Здесь мы можем перейти к другому вопросу - к вопросу досрочного погашения займов. Если займы рыночные и обращаются в виде евробондов, то при определенном стечении обстоятельств, например, при благоприятной внешней конъюнктуре, досрочное погашение еврооблигаций несравнимо проще, чем погашение каких-то кредитов, связанных или не связанных, которые не могут быть погашены за счет каких-то действий на открытом рынке. Эти действия могут быть произведены только путем переговоров, что не всегда возможно.
Получается два вопроса - а) их стоимость, и б) рыночность-нерыночность. Ну и другие условия - связанные они или нет, и прочее. Поэтому я не отрицаю, что у замминистра финансов г-на Колотухина могла быть своя мотивация, и столь высокий пост, который он занимает, определяет ответственность за подобные заявления.
А займы Всемирного банка действительно не отвечают этим требованиям?
Они разные, поэтому совершенно не правомерно все займы Всемирного банка, которых за последние 12-14 лет было множество, объединять в один агрегированный заем и сравнивать с евробондами. Здесь должен быть селективный подход. В конкретном случае и в конкретной ситуации - отдельный вопрос. Поэтому я бы на месте аналитического сообщества не стал бы так остро реагировать на это. Тем более, что сейчас, действительно, есть все основания полагать, что рыночные займы могут быть гораздо более дешевыми и гораздо более удобными в обслуживании. Стоимость денег на мировом финансовом рынке находится на локальном историческом минимуме. И привлечение в случае необходимости именно таких займов является более рациональным.
5 сентября 2003
http://www.opec.ru
