У православного сообщества Российской Федерации работы становится все больше и больше. Растет число неофитов, чье ничем не сдерживаемое сласто- и жизнелюбие странным образом мирно уживается с соблюдением ритуальной стороны православия. Закон Божий возвращается в светские школы, сокрушая на своем пути не только действующего министра образования, но и Конституцию РФ. Государственные деятели в кадильном дыму братаются с высшим "священничеством". Вот и армия, которая никак не может решить собственные проблемы более привычными способами, например методом радикальной осмысленной реформы и модернизации, тоже обращается за помощью к Господу. Новые институты - военная полиция и военные священники - спасут вооруженные силы от дедовщины, самоубийств военнослужащих, дезертирства и прочих естественных для разваливающейся конструкции напастей.
Хорошо известно: там, где не работают формальные институты, начинают функционировать институты неформальные. Если не работают уставные отношения, то в дело вступают неуставные, позволяющие сохранять в армии "порядок".
Принципиальная неспособность армии жить по уставу - вполне очевидный индикатор развала этого института.
И здесь уже не так уж важно, "шельмуют" армию или нет, произошла ее, как выражается почти соловей почти Генштаба Павловский Г.О., "варваризация" при "демократах" или все-таки на пару десятков лет раньше. Факт остается фактом: формальные отношения в армии (как, впрочем, в экономике или там в ГИБДД) не работают в принципе. И попытки восстановить их с Божьей помощью, попутно заменив кулак старослужащего на дубинку военного полицейского, вряд ли удастся. Получается, с какой стороны ни подойди, нужна радикальная реформа (вышеупомянутых экономики и ГИБДД это, кстати, тоже касается).
Бороться с дедовщиной и дурным (вплоть до суицидального) настроением военнослужащих-срочников полицейскими и религиозными методами - это все равно что реформировать экономику с помощью национальных проектов.
Дело вроде бы в целом неплохое, есть даже краткосрочный анестезирующий эффект, но ни одна проблема по-настоящему не решается. При этом если в экономике все-таки остались не вполне популярные реформы, то реформа армии и, главное, системы ее комплектования просто по своей природе заведомо популярна. И почему так уж надо было резать хвост по частям, а не сразу переходить к делу, в случае с вооруженными силам и вовсе непонятно.
Вполне очевидно, что во всей этой истории есть политический смысл. Национальные проекты объективно стали опознавательным знаком преемника Медведева. Введение институтов военной полиции и военных священников станет визитной карточкой преемника Иванова. Во всяком случае появление рядом с рядовыми-первогодками полицейских и служителей культа дает хотя бы какую-то надежду на формирование режима личной безопасности детей мужского пола в армии. И шанс министру обороны на то, что его политическая биография не оборвется сразу и резко из-за скандала в челябинском училище.
Амбициозные политические биографии легко спалить в огне и дыму конкретных дел. Наилучший способ потушить звезду публичного политика с возрастающим рейтингом - назначить его на какой-нибудь сверхответственный пост: вспомним назначение популярного Бориса Немцова вице-премьером в 1997-м и обстоятельства, при которых эта популярность сошла на нет. Правда, здесь есть принципиальная разница.
Министр Иванов находился в уникальной ситуации, когда одной только политической воли, ориентированной на формирование полностью профессиональной армии, было бы достаточно для того, чтобы навеки остаться в благодарной памяти большей части мужского населения страны.
Этой возможностью он не воспользовался и полноценной реформе предпочел постепенное и потому постоянное латание дыр в уже почти не работающем инструменте. В политическом смысле эта стратегия не то чтобы самоубийственная, но в свете неизбежных скандалов с дедовщиной и прочими бедами армии крайне опасная и неэффективная. И никакие полицейские молитвы за здоровье солдат-первогодок здесь уже не помогут - осадок остался, и министр, которого прочат то в премьеры, то в преемники, а то и сразу в оба этих места, понес невосполнимые репутационные издержки.
Помнится, старик Пиночет, даже не подозревая о существовании графа Уварова, придумал свою триединую формулу успеха: "Армия, собственность, церковь". Россия движется приблизительно в этом направлении, только вот с собственностью существуют серьезные проблемы, а чтобы армия не впала в кому, приходится прибегать к помощи церкви.
Возможно, церковь может помочь не только вооруженным силам, но и, например, экономическим структурам. Чтобы решать разные амбициозные задачи, нужно почаще прибегать к посту и молитве. Освящать помещения министерств, агентств и служб. Прикомандировать к каждому федеральному ведомству православного священнослужителя, придав ему ранг статс-секретаря, заместителя министра по связям с высшими силами. Тогда у нас, глядишь, и с удвоением ВВП все наладится.
Важно только соблюдать принцип суверенитета при выборе священнослужителей, то есть ни в коем случае не нанимать католиков и протестантов, не говоря уже о прочих конфессиях.
А то мы так и не наведем единообразный православный порядок ни в казарме, ни в стране.
Андрей Колесников
"Газета.ru"
07.02.2006
http://www.chubais.ru/cgi-bin/cms/friends.cgi?news=00000004573
