В ближайшее время в Кремле состоится встреча президента В. Путина с представителями правоохранительных органов, Генпрокуратуры, Верховного суда и спецслужб. Разговор пойдет, в том числе о том, как реализуется поставленная главой государства в Послании Федеральному собранию задача по борьбе с коррупцией. Еженедельнику "АиФ" об этом рассказал председатель Антикоррупционной комиссии Госдумы Михаил ГРИШАНКОВ.
- Первые месяцы после Послания президента словно сводки с полей приходили новости о том, что там-то и там заведено очередное дело против нечистых на руку чиновников, о судах над ними и обвинительных приговорах. Постепенно все сошло на нет. Так идет борьба, или она давно благополучно закончилась?
- Идёт. Уголовные дела по фактам коррупции возбуждаются. Когда Президент заявил о борьбе с коррупцией как об одном из приоритетов, это был серьезный сигнал правоохранительным органам. Поэтому больше информации об этих делах стали давать и СМИ. На самом же деле эта работа велась и раньше, продолжается она и сегодня. Если говорить о чиновниках, то крупные коррупционные дела возбуждаются в основном в регионах - и в отношении мэров городов, и в отношении региональных руководителей.
- Похоже, что коррупционеров это не очень пугает?
- Вот наглядный пример. Есть регион, где рассматривается уголовное дело в отношении первого вице-губернатора, дело уже в суде, а команда продолжает себя вести вызывающе. Осуществляется хищение бюджетных средств и злоупотребление служебным положением. И вот ещё один вице-губернатор становится фигурантом нового уголовного дела, но даже это их не останавливает: масштабное воровство бюджетных средств продолжается... Сегодня я вынужден констатировать, что возбужденные уголовные дела не являются серьезным тормозом или предупреждением для коррумпированных чиновников.
- Можете объяснить, почему?
- Расследования коррупционных дел идут сложно и сопровождаются мощным административным противодействием. В ряде территорий четко видно сращивание власти, криминала и правоохранительных органов. В этой ситуации чиновник, который позволяет себе залезть в карман государства, знает, что его будут проверять местные сотрудники контрольно-счетного органа. Чиновник сходит с ними пару раз в баню, и никуда материалы проверки не уйдут. Это просто бич нашей страны. Договариваются на самом начальном этапе. И многие представители правоохранительных органов, с которыми я часто общаюсь, с болью говорят, что даже при получении качественной информации, как только они начинают работать по сигналу, идет утечка информации, после чего начинается жесткое административное сопротивление со стороны исполнительной власти, а нередко и со стороны руководства правоохранительных органов на местах.
- Закон о противодействии коррупции, о котором так много и долго говорили, наконец дошел до второго чтения, которое скоро состоится. Будет ли он панацеей?
- У большинства сограждан такое представление, что если будет принят отдельный закон "О противодействии коррупции", то с коррупцией будет покончено. На самом деле и сегодня у правоохранительных органов достаточно полномочий для проведения оперативной работы, использования уже имеющихся в уголовном кодексе статей. Наказание за превышение служебных полномочий, вымогательство и получение взятки четко прописаны в действующем Уголовном кодексе (УК). Спроси любого профессионала, он скажет: если нам хотя бы не будут мешать, мы сможем работать намного эффективнее.
Думой предыдущего созыва этот законопроект был одобрен в первом чтении. Но после него был принят "Закон о госслужбе", ратифицированы международные конвенции о противодействии коррупции. Сегодня в этом законопроекте содержится много противоречий, не соответствующих реалиям наших дней.
Разумеется, нам необходимо качественное антикоррупционное законодательство. Каким путем пошли мы? Одно из главных направлений - внесение в наши законы международно-правовых норм, успешно действующих во всем мире. Мы поставили на карту практически все, чтобы ратифицировать Конвенцию ООН против коррупции и Конвенцию Совета Европы "Об уголовной ответственности за коррупцию". На самом деле в мире наработан большой опыт. Например, во многих странах существует практика, когда при расследовании уголовных дел, связанных с коррупцией, чиновник сам доказывает происхождение своих доходов и имущества. Именно поэтому в Конвенции ООН и появилась норма о "незаконном обогащении". У нас пока она остается за рамками правового поля. Но ведь никто не мешает ужесточить контроль за доходами.
- Каким образом?
- На сегодня существует обязательное декларирование имущества чиновников. Во всем мире есть еще и обязательное декларирование доходов и имущества всех членов его семьи. У нас такого нет, но в качестве идеи это уже обсуждалось. У меня нет иллюзий, что эти предложения пройдут на ура. Уверен, мы будем встречать жесткое сопротивление. Но когда-то эти вопросы решать надо. На ту же тему института конфискации имущества было огромное количество дискуссий. Парадокс, в 2003 году, когда Россия присоединялась к Конвенции ООН против коррупции, где конфискация является обязательной нормой, она была исключена из Уголовного кодекса и осталась только в УПК. А это далеко не одно и то же. Мы очень долго боролись, и это была непростая борьба, но нам удалось вернуть институт конфискации в УК. Теперь имущество осуждённых за коррупционные преступления можно конфисковывать в судебном порядке. Это был первый шаг, будем двигаться дальше.
- Образ жизни и демонстрация своего состояния некоторыми депутатами не добавляют народу веры в то, что Госдума примет эти предложения. Масла в огонь подлила кража из квартиры вице-спикера Л. Слиски. Охотно верю, что все похищенные драгоценности на миллионы рублей ей действительно подарили. Высший арбитражный суд (ВАС) внес предложение о том, что чиновникам запрещается принимать подарки за оказанные услуги и по роду службы, но разрешить презенты на официальных мероприятиях в размере до 4000 рублей.
- Я считаю, что ВАС внес очень важный законопроект, и его надо принимать. Хотя суммы можно обсуждать. Мнение европейских экспертов однозначно - сумма должна быть уменьшена. Надо проработать механизмы. У нас есть в Гражданском кодексе норма, определяющая стоимость единовременного подарка чиновнику в размере 5 МРОТ. Но ведь любой подарок на большую сумму можно внести частями... Эта статья предельно коррупционна, ее надо отменять.
- По некоторым оценкам, чиновник в Москве за год службы зарабатывает на хорошую квартиру. По ценам рынка это как минимум полмиллиона долларов, а таких зарплат у нас нет...
- Я всегда с опаской отношусь к этим подсчетам, у нас много чиновников, и вряд ли все они зарабатывают по полмиллиона долларов. Когда чиновник использует государство как бизнес, это и есть коррупция. И спрятать это от окружающих невозможно. Времена героя "Золотого телёнка" Корейко давно прошли. Очевидно, что вышестоящее руководство плохо контролирует действия своих чиновников, и это нужно менять, в том числе повышая ответственность руководителей.
- Более мелкие чиновники рассуждают, мол, им там, наверху, можно, и мы дураками быть не хотим.
- Развращенность центрального аппарата совершенно очевидна. И эту цепочку надо разрывать четкой работой правоохранительных органов и жесточайшим контролем. Как только политическая воля будет реализовываться, я вас уверяю, многих это остановит.
- Опять президента на помощь позвать?
- Нет другого человека в нашей стране. Без пристального внимания президента именно к проблемам коррупции этот вопрос будет двигаться очень медленно. Законодательство - одно, а государственная политика - это другое. Многие считают, что достаточно сажать коррупционеров. Это слишком упрощенное понимание проблемы, важнее бороться не со следствием, а с причинами, порождающими коррупцию, предупреждать эти действия.
Верховный суд внес законопроект "Об обеспечении прав граждан и организаций на информацию о судебной деятельности..." Известно, что Правительство подготовило отрицательное заключение на этот документ. И у меня возникает вопрос: почему Правительство дает позитивное заключение на законопроект в интересах страховых компаний, лоббирующих обязательное страхование опасных объектов, реализация которого потребует выделения 9 млрд. рублей бюджетных средств в год, и дает отрицательное заключение на документ, который явно направлен на борьбу с коррупцией и улучшение судебной деятельности? Это очень большой вопрос, и без толчка со стороны Президента он, как и многие другие, так и будет блокироваться. К сожалению, это наши реалии: все ждут ценных указаний сверху.
- Комиссия по противодействию коррупции какие предложения внесла?
- Совместно с европейскими экспертами мы проводим серию мероприятий по повышению эффективности в сфере противодействия коррупции. Готовим проект государственной программы борьбы с коррупцией, пакет изменений в действующие законы.
Будем предлагать ввести обязательную аудиозапись всех судебных заседаний, что позволит дисциплинировать всех участников процесса, и прекратить практику произвольного толкования протоколов судебных заседаний.
В кадровой работе в судах, прокуратуре необходимо вводить полиграф. Сегодня он используется в МВД и спецслужбах. Это очень серьезный инструмент. Федеральная таможенная служба, например, уже узаконила это у себя внутренним приказом.
Работы много, в короткие сроки проблему с коррупцией не решить. Работа должна вестись всеми органами власти ежедневно и системно, как по национальным проектам. Иначе коррупционный беспредел, который у нас царит, не остановить.
Записала Татьяна КУЗНЕЦОВА
Источник: "АИФ" 15.11.2006
