Уверен, и более чем, что в принципе, со Львом Александровичем Гореликовым, и как с человеком, и как с прилично талантливым ученым, всегда очень приятно, и иметь полемическое «дело», и при этом, одновременно, оставаться абсолютно уверенным в том, что не при каких условиях и аргументах, его фактически невозможно будет переубедить, но, это - как небольшой «минус», но, однако, при этом и не наживешь себе заклятого мировоззренческого «врага» - а это уже, очень большой «плюс»…
Не знаю, как воспримет эту самую шутку уважаемый Лев Александрович, но, как мне кажется, что касается насчет, как он считает, «разногласий русофила и коммуниста», то их может быть и не так уж между нами и много, если, конечно при этом, но, конечно же, очень аккуратно, Ваших «мух» отделить от наших «котлет»…
И начнем мы, пожалуй, что, с наших, взаимно возникших, и совершенно «разночтивых» представлений о Ленине и религии, и именно в том формате, который был, при взаимных упреках, изложен в предыдущих публикациях.
Вот, к примеру: «Оценивая ход рассуждений уважаемого Евгения Ивановича по религиозной тематике моей статьи, нам трудно постичь их сакральный смысл, поскольку исходят они от правоверного представителя марксистско-ленинской философии с ее доктриной воинствующего атеизма, трактующей всякую религию как заблуждение и социальный обман» (Л.Г.).
Все это «звучит», конечно же, довольно «гордо», но, наверное, не совсем убедительно, и особенно неубедительно насчет «сакральности»…
А смысл, этой самой сакральности заключается (а скорее всего начинается) в том, что (Ленин) Ульянов Владимир Ильич, после своего рождения, прошел обряд православного крещения и никогда, до самой своей смерти, его, с себя, не снимал.
И это еще не все.
22 июля 1898 года, он совершил таинство божественного венчания с Надеждой Константиновной Крупской, в храме села Ермаковское.
Но и это еще далеко не все, и дальше все будет только еще «сакральнее»…
Мы, как-то, возможно, скорее всего, что и всуе, зачастую абсолютно не обращаем своего внимания на то, что ни в одном из своих трудов, равно как Маркс или Энгельс, Ленин совершенно (в отличие, допустим, от того же Вольтера) не ведет никакой философской «полемики» «напрямую» с самим Господом Богом… А это принципиально важно.
И мы, так же, особо не утруждаем себя, и, как правило, не вникаем в смысл и ход его мыслей, выраженных в работе «Социализм и религия»: «Всякий должен быть совершенно свободен исповедовать какую угодно религию или не признавать никакой религии, т. е. быть атеистом, каковым и бывает обыкновенно всякий социалист. Никакие различия между гражданами в их правах в зависимости от религиозных верований совершенно не допустимы».
Однако Ленин, и большей степени, наверное, даже не как политик, а как философ - материалист, действительно, с точки зрения приоритетов этого научного мировоззрения, был убежденным противником, но несколько иного свойства, связанного с религией.
Но здесь, в первую очередь, нужно исходить из того, что противником он был вовсе не веры в Бога, а противником именно той религиозной идеологии, которая, по своей сути, отражает не столько веру в Бога, а сколько нечто иное, ближе к политике - делу сугубо мирскому, да к тому же и очень даже далеко не безгрешному.
При этом, если исходить из того, что истинная вера идет только напрямую от самого Бога, а религия, как течение, в некотором отличие от нее, формируется ее философской интерпретацией со стороны конфессиональной иерархии, то здесь, все точки над «И» уже расставляет один из основных законов общей диалектики, и марксистско – ленинской, к стати, тоже, который называется «Закон единства и борьбы противоположностей».
Через смысловую парадигму этого Закона уже проецируется определенное смысловое понимание первой его категории, «единства» противоположностей, и это напрямую касается такого направления, как философская (смысловая) стратегия религиозных и коммунистических канонов.
С одной, религиозной, стороны, это предстает как достижение (стремления) «Царства Божия» (небесного). И наиболее сильными философскими аргументами здесь являются: наличие бессмертия человеческого духа и возможность его вечного блаженства на «небесах».
Но «Врата в Рай», при этом, открываются не каждому, а только при соблюдении человеком определенных, поставленных перед ним религиозных условий, в противном же случае есть еще и «Врата» другие...
А несколько уязвимым, с диалектической точки зрения, является то, что при этом каждый индивид ставится в условия полной зависимости от Высочайших категорий и он совершенно ничего не может этому противопоставить.
С другой, м-л философской точки зрения, стороны, это тоже обосновывается как достижение (условно) «светлого будущего», и тоже при соблюдении определенных условий, а кое – где, в том числе и по Моральному Кодексу строителя коммунизма, они (каноны) даже могут показаться очень приближенными и мало различимыми с религиозными, но здесь все же имеется принципиальная разница, и заключается она в том, что первоосновой достижения заданной перспективы является не запредельная (непостижимая-идеальная) категория, а сам процесс (материалистический ход) реальной созидательной жизни, и сам, конкретно взятый и напрямую занятый, в этом - самом процессе, делом человек.
И довольно сильной философской стороной этой категории, является взаимосвязь человека, его созидательного труда, на благо всего общества (а не олигархии) с объективным процессом бесконечности познания и совершенства, выраженного в том, что «человеческое мышление по природе своей способно давать и дает нам абсолютную истину, которая складывается из суммы относительных истин. Каждая ступень в развитии науки прибавляет новые зерна в эту сумму абсолютной истины, но пределы истины каждого научного утверждения относительны, будучи то раздвигаемы, то сужаемы дальнейшим ростом знания» (Материализм и эмпириокритицизм).
Однако именно здесь заложены и диалектические «ловушки», на которые уже «попадались» сторонники «Махизма»: Луначарский, Базаров, Богданов, Юшкевич и «примкнувший к ним» Алексей Максимович, попытавшиеся объединить религию с коммунистическим мировоззрением, однако все их «идеи» были глубоко научно опровергнуты, и, в первую очередь, со стороны не только Ленина, но и Г.В. Плеханова, доказавших их совершенную несостоятельность и полную философскую бесперспективность.
И пару слов, уважаемый Лев Александрович, насчет Вашего мнения по ряду статей Конституции, я их целиком и полностью поддерживаю.
Насчет тех, кто и как довел до состояния распада единство славянского этноса – тоже с Вами почти полностью согласен, только считаю, что все это началось гораздо раньше, а первоосновой, этого, с позволения сказать, «процесса», наверное, в том числе, все же стал раскол РПЦ в XVII веке.
О Мавзолее.
В принципе, поставленный Вами вопрос, не лишен элементов провокационности в мою сторону - однако отвечу.
Можно, конечно же, здесь и «ударить», по «бездорожью» данной темы, цитатой из Виктора Черномырдина, но попробуем обойтись «своими силами».
Кому и для чего все это нужно!? В большей степени кучке тех «горлопанов», которые кричат о перезахоронении тела Вождя, но, уверяю Вас, если только это произойдет, именно они же, и так же с пеной у рта, будут «клеймить позором» тех, кто это сделал…
С Уважением,
Е. Газеев
