Обратиться к данной теме меня сподвигла некоторая суть относительно тесно взаимосвязанных друг с другом временных и фактурных переплетений событийного характера, начало которым было положено, предположим, "Бунтом четырнадцати" и созданием в 1870 году (в этом году 145-летний юбилей) "Товарищества передвижных художественных выставок" и довольно весьма характерной их исторической "кульминацией", очень образно выразившейся в посещении Хрущевым выставки художников-авангардистов в 1962 году и последующими за этим, в 1963-ем, встречами руководителей партии и правительства с деятелями литературы и искусства...
В первом случая первопричиной "бунта" российской творческой интеллигенции стало их "отрицание" политически самодержавных тенденций, связанных с библейской тематикой и стремлением "поставить" на место Бога простого смертного человека с окружающей его повседневной житейской реальностью...
И в данном историческом случае эти "творческие" идеи и тенденции живописцев, появившиеся у них в результате отмены крепостного права, свершенного "великим реформатором", Императором Александром II, очень быстро "покинули" пределы искусства, "встроились" в политическую плоскость и стали одними из духовных "стимулов" и идейных "обоснований" для "отмены" народовольцами и самого Помазанника Божия...
Аналогично в довольно многомерном и сложно-неоднозначном понимании (восприятии), даже и на сегодня, предстает перед нами и вопрос "поведения" творцов искусства в формате широко известных событий с прямым участием Никиты Сергеевича Хрущева и, пожалуй, что напрямую с провозглашённым им, на XXII Съезде КПСС, "лозунге" - "построения коммунизма" к 1980 году...
В прямом историческом сопоставление получается так, что "передвижники", почувствовав перемены в политической конъюнктуре сразу "ударили" по "библейским", а советские, так называемые "авангардисты" и пр., оказавшись в аналогичной ситуации по "соцреализму"...
Что, в принципе, их "объединило", это, наверное, то, что и в том, и другом случае они объективно оказались в историческом формате принятия, не побоимся этого слова, "геополитических" решений, которые были глубоко и до конца не продуманы и изначально закладывали мощные противоречия в общественное сознание, а творчески мыслящих людей тем более...
Разница тоже имела место быть и заключалась она в том, что "передвижники", от категорий сознательно - воображаемого свойства в искусстве решили перейти к материальным источникам их вдохновения, а наш творческий, так называемый, "авангард", от соцреализма, отображающего и возвеличивающего человека как идейного творца и созидателя к творческому хаосу и полному бреду, абсолютно не связанному не с Богом, не с человеком, не с природой и не чем, даже и более - менее осязаемым и внятным...
И в этом смысле, хотя и в свойственной ему своеобразной манере, но все же, в принципе, Никита Сергеевич, довольно точно охарактеризовал целый ряд вещей, появившихся в деятельности ряда представителей советской творческой интеллигенции в начале 60-х годов:
-Что это за безобразие, что за уроды? Где автор?;
-Что это? Почему нет одного глаза? Это же морфинистка какая-то!;
-Вы что, рисовать не умеете? Мой внук и то лучше рисует! И т.п.
А если опять же вернуться к аналогии и вспомнить, что некими, пусть даже и косвенными и вовсе не умышленными "вдохновителями" мировоззрения Веры Засулич и С. Нечаева стали И. Крамской, И. Репин, В. Поленов, В. Суриков, то из шестидесятых годов "вдохновителями" М. Горбачева, А. Яковлева, Э. Шеварднадзе, Б. Ельцина и др., почти точно так же, совершенно не задумываясь о том, какие последствия может иметь на политическую перспективу государства и его граждан их творчество, проявили себя В. Аксенов, Е. Евтушенко, Р. Казакова, Э. Балютин, Б. Жутовский, П. Никонов, Н. Андронов.
Правда, тогда многие, именно из них, в ответ на хрущевскую критику и больше, наверное, в плане сохранения своего привилегированного общественного положения, как Э. Неизвестный, писали: "Дорогой Никита Сергеевич, я благодарен Вам за отеческую критику. Она помогла мне... Никита Сергеевич, я боюсь показаться нескромным, но я преклоняюсь перед Вашей человечностью, и мне много хочется писать Вам самых теплых и нежных слов. Но что мои слова; дело - в делах.
Никита Сергеевич, клянусь Вам и в Вашем лице партии, что буду трудиться не покладая рук... С глубоким уважением, Э.Н. 21 декабря 1962г.".
Правда вскоре все эти клятвы и обещания, он, как дал, точно так же и позабыл...
Е. Газеев
