Сегодня в Тегеране открывается саммит глав государств Прикаспийского региона. Его основная задача - определение путей развития переговорного процесса по статусу Каспийского моря и принятие политических решений для урегулирования вопросов, связанных с ним. "Красная звезда" обратилась с просьбой к директору Российского института стратегических исследований, доктору исторических наук Евгению Кожокину прокомментировать ситуацию, складывающуюся сегодня в переговорном процессе по разделу дна Каспия между Азербайджаном, Ираном, Казахстаном, Россией и Туркменистаном.
- Евгений Михайлович, переговоры по правовому статусу Каспия начались еще в 1992 году. Однако окончательного урегулирования этот вопрос так и не получил. Как вы считаете, почему столь болезненно приближается развязка, и произойдет ли она вообще?
- Каспийский регион исключительно важен наличием богатейших месторождений углеводородного сырья, которые имеются как на землях, прилегающих к Каспию, так и на шельфе самого моря. Именно этот факт и объясняет длительность процесса определения его юридического статуса. Прежняя система раздела, основывающаяся на договорах, подписанных Советским Союзом и Ираном в 1921 и 1940 годах, по понятным причинам не может лежать в основе нынешнего раздела Каспийского моря, а новые принципы определения его статуса выдвигались на основе видения ситуации уже новообразованными независимыми государствами - у Азербайджана своя точка зрения, у Туркменистана своя и т. д. В связи с этим мы стали свидетелями так называемого поэтапного решения данной проблемы.
Сегодняшний статус моря базируется на двусторонних соглашениях между Россией и Казахстаном, Россией и Азербайджаном, Казахстаном и Азербайджаном. Однако для полного и окончательного решения вопроса необходимо прийти к согласованной позиции всех пяти прикаспийских государств. Саммит глав государств, открывающийся в Тегеране, дает надежду на то, что определенное продвижение в выработке консенсусного решения между всеми странами региона последует. Конвенция о правом статусе Каспия открывает дорогу к такому компромиссному решению.
- Ни для кого не секрет, что развитие ситуации в регионе находится под пристальным вниманием Вашингтона. Не секрет и то, что ряд прикаспийских государств, в том числе и Туркменистан, испытывают на себе определенное давление со стороны США.
- Значение природного газа в мировой экономике растет изо дня в день. Он намного дешевле нефти и экологически гораздо безопаснее. Соперничество за право использования газовых месторождений идет сегодня по возрастающей. Туркменистан, как исключительно богатое газом государство, находится на перекрестке этой борьбы. В этом плане исключительную важность имеет проект "Набукко", поддерживаемый США и ЕС, ключевым моментом которого является строительство так называемого Транскаспийского газопровода. Без сомнения, это конкурирующий с Прикаспийским газопроводом проект. Вряд ли возможна одновременная реализация и того, и другого, так как нельзя забывать и о генеральном соглашении между Ашхабадом и Пекином о строительстве газопровода, соединяющего Туркменистан с Китаем. Какой из газопроводов будет строиться, это вопрос ко всем заинтересованным странам, в том числе и к нам. Очевидно: кто предложит наиболее интересные и выгодные условия, тот и выиграет. При этом также очевидно, что в расчет будут приниматься не только финансовые соображения, но и весь комплекс вопросов, касающихся как безопасности, так и решения социальных проблем региона.
- Следовательно, за некоторыми из участников саммита невидимой стеной будут стоять США?
- Сверхдержава есть сверхдержава. Это будет проявляться в том, что кто-то станет лоббировать их интересы, а кто-то попытается получить поддержку от других стран, противодействующих американцам. Самые независимые в этом плане государства - Россия и Иран. Казахстан и Азербайджан по различным причинам вынуждены оглядываться на США. Туркменистан определяется и вырабатывает свою новую политику. При этом очень важно, чтобы в Ашхабаде не сложилось мнение, что лучше всего ориентироваться на "главный" полюс силы - на Вашингтон. Есть и другие полюсы, с которыми обязательно нужно считаться, если хочешь адекватно отстаивать собственные национальные интересы.
Как представляется, руководство Туркменистана занимает сегодня по этому вопросу конструктивную позицию и ориентировано на тесное сотрудничество со своими ближайшими соседями.
- Некоторые эксперты считают прикаспийский регион излишне милитаризованным. А какова ваша точка зрения?
- На сегодняшний день те вооруженные силы и те небольшие военно-морские флоты, которые имеются на Каспии, вполне способны обеспечить стабильность в этом регионе. Но эти силы никак нельзя назвать избыточными. Более того, российские пограничники, милиция Дагестана, Калмыкии, Астраханской области нуждаются в техническом переоснащении, ведь им приходится вести исключительно сложную борьбу и с браконьерами, и с наркотрафиком, а в Дагестане по-прежнему осуществляются бандитские нападения на представителей власти, правоохранительных органов, служителей культа. Но технические средства борьбы с преступностью и милитаризация - совершенно разные вещи.
- Однако США так и не отказались от идеи создания на Каспии военно-морской группировки, именуемой "Каспийский страж". В связи с этим Вашингтон продолжает усиленно агитировать и Астану, и Баку. Насколько это грозит подорвать региональную стабильность?
- Интерес США понятен и очевиден. Официальные представители Белого дома неоднократно заявляли о том, что Каспийский регион находится в зоне их жизненно важных интересов, а их поддержка и защита не в последнюю очередь связаны с наличием в регионе собственных вооруженных сил. Что на самом деле является излишним и неоправданным, в том числе с точки зрения обеспечения бесперебойного поступления на мировой и европейский рынки энергоносителей из региона. Во-первых, есть международное право, есть меры, обеспечивающие безопасность национальными средствами. Каждое государство, расположенное здесь, не просто гарантирует собственную безопасность, но и отвечает за безопасность всех международных игроков. С этой точки зрения экономические интересы, которые имеются у США, могут быть обеспечены иными средствами и без участия американских военных. Тем более что на сегодняшний день угроза действий "Аль-Каиды" или групп аналогичной направленности на Каспии не просматривается. Появление здесь американских военных, без сомнения, увеличит ее многократно, и та война, которая идет сегодня в Ираке и Афганистане, может получить еще один плацдарм. Никто из региональных государств не заинтересован в том, чтобы Каспийский регион стал еще одним театром боевых действий.
- Тот факт, что саммит происходит в Тегеране, придает ему какую-либо дополнительную интригу?
- Важен сам факт саммита. То, что саммит состоялся в Тегеране, можно расценивать как хороший знак. Сегодня мировое сообщество нуждается в том, чтобы к Ирану относились как к цивилизованному государству и полноправному участнику системы международных отношений. Каждая страна имеет право выбирать тот политический строй, который максимально соответствует ее традициям, ее особенностям, и главное - волеизъявлению ее собственного народа.
- А резкие заявления Вашингтона о возможности проведения силовой операции в отношении Тегерана?
- Прежде всего необходимо обратить внимание на последний доклад МАГАТЭ. Из него следует, что организация получила исчерпывающие ответы на интересующие ее вопросы, а Тегеран продемонстрировал открытость и волю к сотрудничеству. Инспектора МАГАТЭ работали на всех ядерных объектах Ирана, и ими были получены весомые доказательства тому, что в настоящее время речь о военной ядерной программе не идет. Тегерану осталось ответить еще на семь вопросов, интересующих мировое сообщество. По меньшей мере ответы на два из них не вызывают никаких затруднений в Тегеране. Недавно закончился визит в Иран заместителя генерального директора МАГАТЭ О. Хейнонена, и его результаты отнюдь не порождают алармистских настроений. Сегодня предельно ясно, что при оценке действий Ирана необходимо исходить не из идеологических представлений или конъюнктурных расчетов, а из данных МАГАТЭ. В свое время они свидетельствовали о том, что у Багдада нет военной ядерной программы. Тем не менее вторжение США и их союзников состоялось. И от этих действий страдают все, в том числе и американцы.
Следует внимательнейшим образом отнестись к выводам столь профессиональной и столь значимой организации, как МАГАТЭ, и действовать строго в соответствии с ее рекомендациями. Возможно, в перспективе "ядерное досье" Ирана должно будет полностью возвращено в ведение МАГАТЭ.
- Ситуация достаточно непростая. Исходя из складывающихся обстоятельств, какой должна быть политика России по отношению к партнерам по Каспийскому региону? Строго прагматичной?
- Однозначная внешняя политика возможна в редких случаях. Она упрощается в ситуациях кризиса, когда необходимо занять определенную и жесткую позицию и следовать этой позиции до конца. Именно в этом случае возможное развитие событий может складываться в пользу того, у кого крепче нервы и сильнее политическая воля. Для нас в Каспийском регионе задача как раз обратная - недопущение кризиса. Этот регион на 100 процентов важен для жизненных интересов России. Нас очень многое объединяет с Азербайджаном, Казахстаном и Туркменистаном. И Астана, и Баку являются полноправными членами СНГ. Ашхабад - ассоциативный член Содружества, а в последнее время его участие в СНГ стало значительно активнее. С Ираном нас связывают очень тесные экономические интересы, у нас прочная юридическая база двусторонних отношений. Когда у нас возникали сложные ситуации на Кавказе, Тегеран всегда занимал конструктивную позицию. С этой стороны нам не приходилось и не приходится сталкиваться с тем, чем нас пугают западные партнеры - экспортом исламской революции.
У нас большой потенциал для развития отношений со всеми странами Каспийского региона. Очень важно, чтобы это сотрудничество мы выстраивали сообща. Для этого у нас есть и воля, и достаточный интеллектуальный потенциал. Стратегия действий России в регионе должна выстраиваться в соответствии с интересами всех народов, проживающих здесь.
16.10.2007
http://www.redstar.ru/2007/10/16_10/3_02.html
