Президент начал действовать. Начал с мер по реформированию отношений между центром и регионами. Неожиданностью это вряд ли можно назвать: Путин в последние месяцы неоднократно заявлял о необходимости укрепления властной вертикали. Удивительным оказался поистине революционной характер предложенных шагов.
В отношениях с регионами Путин получил действительно незавидное наследство, явившееся следствием знаменитой ельцинской формулы: "Берите столько суверенитета, сколько проглотите". Проглотили много. Что вызвало немало проблем, среди которых я бы выделил четыре. Во-первых, около трети из принятых в регионах нормативных актов противоречат федеральным законам и Конституции. Такие вещи ни в каком государстве немыслимы. Во-вторых, в ряде субъектов Федерации созданы режимы, которые даже с очень большой натяжкой нельзя назвать демократическими. Политические права, равно как и свободная рыночная экономика, там не ночевали или предназначались только для приближенных к местному начальству. В-третьих, действующие в регионах подразделения многочисленных федеральных органов (милиция, суды, налоговые и социальные службы, даже армия) оказались не столько инструментами центральной власти, каковыми они должны быть, сколько защитниками региональной элиты, в которую благополучно интегрировались. Вертикаль исчезала. В-четвертых, введенный в 1995 г. порядок формирования Совета Федерации из губернаторов и спикеров местных парламентов привел к тому, что руководители региональной исполнительной власти стали одновременно частью федеральной законодательной власти. Это не только фактически перечеркнуло конституционный принцип разделения властей, но и превратило верхнюю палату Федерального Собрания в орган, работающий время от времени на непрофессиональной основе.
Очевидно, что такая ситуация вполне устраивала руководителей на местах, но мало отвечала интересам власти центральной.
В принципе возможны были различные стратегии решения проблемы. Президент мог попытаться пойти путем внесения поправок в Конституцию. Но этот путь очень долог и не гарантировал успеха, поскольку нынешний Совет Федерации и местные законодательные собрания вряд ли согласились бы с утверждением поправок, ущемляющих суверенитет регионов. Возможно было, как это делают, например, в США, заняться отменой неконституционных нормативных актов субъектов Федерации и укреплением позиций центра с помощью решений судебных органов, которые формально все являются федеральными. Однако это тоже требовало большого времени и предварительного "увода" судов на местах из-под крыла тамошних администраций, фактически их контролирующих.
Путин избрал другую стратегию - наиболее радикальную и сулящую быстрый результат. Президент недвусмысленно заявил о намерении подрубить базу влияния президентов республик и губернаторов в рамках действующей Конституции, девальвировать роль Совета Федерации и усилить воздействие центральных органов на политику регионов. Сначала своей властью он объявил неконституционными ряд законов, принятых в субъектах Федерации, призвал парламентариев Башкортостана привести конституцию республики в соответствие с Основным Законом России. Затем подписал указ о разделении страны на семь федеральных округов, имея в виду в первую очередь вывести действующие на местах федеральные структуры из-под опеки отдельных губернаторов. Наконец, в среду последовало обращение президента к нации о намерении провести законы, которые отменили бы участие губернаторов и спикеров законодательных собраний регионов в работе Совета Федерации, позволили бы президенту после соответствующих решений судов отстранять от власти глав администраций и распускать местные парламенты, а также предоставили бы губернаторам право по той же процедуре увольнять руководителей местного самоуправления.
В принципе все эти меры - здравые. Полагаю, что Государственная Дума, где всегда были сильны централизаторские тенденции, их поддержит. Сложнее с Советом Федерации, с самими губернаторами. Из всех названных начинаний Путина им понравится только одно - возможность снимать нижестоящих начальников, в том числе и строптивых мэров столиц субъектов Федерации. Скрепя сердце губернаторы могут еще смириться с отменой каких-то собственных законов президентом и даже с появлением над ними генерал-губернаторов семи федеральных округов. Но у них нет ни одной причины, чтобы поддержать лишение самих себя статуса члена Совета Федерации (что автоматически отнимает и статус политиков федерального уровня, и депутатскую неприкосновенность), да еще вкупе с обретением перспективы быть уволенным президентом. По этим позициям Совет Федерации будет сопротивляться и сильно. Законопроект на этот счет верхняя палата провалит почти наверняка. Потребуется преодоление вето Совета Федерации голосованием 2/3 депутатов Думы, а половина думцев избрана от регионов, и рычаги влияния на них у губернаторов существуют.
Вступив в прямой конфликт с интересами региональной верхушки, президент рискует, поскольку пока его успех не гарантирован. При этом он не может позволить себе проиграть первую же крупную политическую битву. Губернаторам тоже есть, что терять. А значит, в ближайшее время мы станем свидетелями ярких информационных войн и тонких подковерных интриг.
("Труд", 20 мая 2000 г.)
