Мстислав Леопольдович всегда требовал называть себя Славой. Он искренне возмущался, когда я к нему обращался официально. Но, поверьте, я, тоже искренне, не мог обращаться к нему по имени. И не потому, что он старше меня и для меня обращение к старшим может быть только в уважительной форме. Но еще и потому, что фамильярничать с Явлением...
Судьба подарила мне возможность общения с ним отнюдь не на почве музыки, не на площадке его основной профессии. А как раз наоборот - Он пришел в мою профессию. Пришел очень весомо и конкретно. Государство, взявшее на себя обязательства вакцинировать детей от гепатита В, на долгие годы забыло о них. И Мстислав Леопольдович - Слава - пришел ко мне и, в извиняющейся форме, попросил помочь разобраться в том, где ему максимально эффективно с конкретным результатом можно помогать детям. Тогда-то и появился проект вакцинации подростков в рискованном возрасте. Вакцинация началась в Нижегородской области. Затем еще в десяти субъектах Российской Федерации. Всего было привито более миллиона детей, которые даже не подозревают, что этот великий человек принял участие в их судьбе. Защитил их от опасной болезни.
Каждая встреча с Мстиславом Леопольдовичем приносила чувство умиротворенности, спокойствия и уверенности в том, что ты делаешь полезное дело. А все остальное - лишь суета.
Он любил рассказывать о своей непростой жизни. И никогда в этих рассказах не было озлобленности. Лишь смирение и любовь - даже к недругам. Наша совместная поездка в Ярославль, где мы завершали проект по вакцинации гепатита В, пришлась на период, когда он недавно выписался из больницы. Я видел, как ему было трудно. И вместе с тем видел, что он черпает силы из общения с людьми, из той благодарности, с которой к нему относились ярославские медики.
А из своей последней поездки в Саратов он вынес полные взрослого горя глаза на детском личике инфицированного мальчонки. За несколько дней до Нового года Мстислав Леопольдович разыскал меня и попросил помочь устроить в лучшую клинику таявшего на глазах ребенка. Затем эта клиника стала для самого Ростроповича еще одним объектом приложения его безграничной потребности помогать.
Последняя наша встреча была у меня в кабинете, когда он опять же приехал за помощью в поиске для него предмета утоления жажды быть полезным. Закончив обсуждать дела, мы поехали в ресторан "Узбекистан". Тогда я не знал, что больше таких встреч не будет. Передо мной лежит его последнее письмо ко мне. Написано оно от руки. Он писал: "Дорогой друг, Геночка! Сегодня я говорил с тобой по телефону по поводу перспективы для моего фонда "помощи больным русским детям"...
http://www.rg.ru/2007/05/04/rostropovich.html
Опубликовано в "Российской газете" (Федеральный выпуск) N4357 от 4 мая 2007 г.
