Публичность в медицине может нанести вред пациенту
Не однажды мы говорили о том, что вынесение на широкое обсуждение любых медицинских проблем - чрезвычайно опасно. И порой может привести к непрогнозируемым результатам.
В последнее время не только в нашей стране, но и в других странах мира, странах с устоявшимися традициями, стали выносить на широкое обсуждение самые деликатные вопросы охраны здоровья. На поверку выходит, что интересы бизнеса берут вверх над нормами этики, морали - основополагающими принципами врачевания. Примеров сколько угодно много. Тот же птичий грипп. Совсем недавно - в начале нынешнего года, все новостные программы выходили в формате "вести с фронта". И вот результат: в обществе возникла нездоровая атмосфера истерии, которая сама по себе стала серьезной медицинской проблемой для некоторых граждан. Тут уместно вспомнить известную притчу.
"Куда идешь ты?" - спросил восточный странник, встретив на пути чуму. "Иду в Багдад, чтобы убить там пять тысяч человек", - прозвучал ответ.Через несколько дней тот же странник повстречал возвращающуюся чуму. "Ты мне говорила, что идешь в Багдад, чтобы убить пять тысяч человек, - сказал он. - Однако ты убила пятьдесят тысяч". "Ни в коем случае,- отвечала чума. - Я убила всего пять, а остальные умерли от ужаса".
И в орбиту этого ужаса попадает миллионы людей. А это опасно чрезвычайно. Не раз говорилось о том, что за этим стоят интересы фармацевтических компаний, заинтересованных в сбыте тех или иных препаратов. А также экономические войны за передел рынков мяса птиц.
А события прошедшей недели даже трудно комментировать. Имею в виду потрясшее своим цинизмом реалити-шоу в Голландии. Это абсолютно безнрав-ственное действо. В Голландии, как и в любой другой цивилизованной стране, безусловно, существуют жизнеспособные механизмы, которые и решают важнейшие проблемы донорских органов. А уж когда выяснилось, что в роли донора была актриса, то... Это просто кощунство. И хотя устроители продолжают настаивать, что передача принесла пользу трансплантологии, что появилось больше желающих отдать свои органы для спасения погибающих, все эти доводы - ничто по сравнению с той ценой, которую заплатило общество, находившееся на трибунах виртуального Колизея. Кроме желания телеканала повысить свой рейтинг любым путем, эту абсурдную идею ничем оправдать нельзя.
Несколько в ином жанре, но такое же по сути можно назвать акцию маски-шоу, проведенную два года назад в московской больнице N 20, и продолжающуюся до сих пор дискредитацию российской трансплантологии. Логическое завершение культивируемого в обществе облика врача - инициатива Совета Федерации о наделении его функциями едва ли не профессионального убийцы: принятие закона о разрешении эвтаназии. Разрушается тысячелетиями созданный облик врача, который считает себя связанным профессиональной тайной, как духовник - тайной исповеди. И он уже не жрец, со своей страшной, все возрастающей ответственностью. И начисто забыто гиппократовское: "Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла" ...
Очевидно, между обществом и врачом назрел кризис. В России он имеет свою специфику еще и потому, что происходит накануне грядущих реформ в здравоохранении, основным носителем которых может быть только врач. Что же делать? Принять отвечающий на все вопросы декрет? Утопия. Предстоит большая и очень сложная работа. В том числе, наверное, имеет смысл использовать опыт стран, которые в подобных ситуациях обращались к представителям интеллектуальной и нравственной элиты.
Так было в 1966 году во Франции, когда Моруа по просьбе высшего политического руковод-ства страны в своем докладе по врачебной этике по сути сформулировал манифест врачебной профессии: "Завтра, как и сегодня, будут больные, завтра, как и сегодня, понадобятся врачи... Медицинская наука станет еще точней, ее оснащение приумножится, но рядом с ней, как и сегодня, будет стоять, сохранит свое место в медицине врач классического типа - тот, чьим призванием останется человеческое общение с пациентом. И, как прежде, он будет утешать страдальцев и ободрять павших духом. Как и сегодня, человек в медицинском халате будет спасать жизнь страждущему, кто бы он ни был - друг или недруг, правый или виноватый. И жизнь врача останется такой же, как сегодня, - трудной, тревожной, героической и возвышенной".
Подготовила Ирина Краснопольская
http://www.rg.ru/2007/06/05/onishenko.html
Опубликовано в "Российской газете" (Центральный выпуск) N4381 от 5 июня 2007 г.
