Намерение Госдумы ужесточить уголовное наказание за терроризм вплоть до пожизненного заключения стало предметом широкой дискуссии в парламентских и правозащитных кругах. О том, как может трансформироваться эта инициатива, `НИ` рассказал председатель президиума Московской городской коллегии адвокатов Генри Резник.
- Насколько эффективны административные методы борьбы с терроризмом, предложенные российскими депутатами?
- В принципе ужесточение уголовного наказания не способно оказать существенного воздействия на состояние и динамику преступности вообще и терроризма в частности. Терроризм - это такое зло, с которым бесперспективно бороться административными методами. Слишком глубоки его причины, и в них часто очень непросто разобраться. Задача политиков найти разумный экономический и социокультурный подход к проблемным регионам. Что касается отечественных парламентариев, то, на мой взгляд, с их помощью государство хочет продемонстрировать свое активное участие в борьбе с терроризмом. Но, безусловно, действия думцев носят политико-популистский характер.
- После теракта в московском метро власти заговорили о создании специального антитеррористического ведомства и введении электронных карт с биометрическими параметрами гражданина. Это - выход?
- Я отрицательно отношусь к этой инициативе, потому что есть опасность ограничения прав граждан. Я считаю, что это крайность, а в нашем случае необходимо соблюсти разумный баланс силы и справедливости. Никакое новое ведомство здесь не поможет - профессионально должны работать спецслужбы, и учиться им, на мой взгляд, нужно у израильских коллег. Если говорить в целом, то я все-таки думаю, что носатым брюнетам сейчас будет труднее вести диалог с правоохранительными органами, чем курносым блондинам. Что поделаешь, это неизбежно.
- Внося поправки в УК, отдельные депутаты предложили ввести пожизненное лишение свободы как самостоятельную меру наказания не только за терроризм, но и иные особо тяжкие преступления. Насколько эта инициатива оправданна?
- Если речь идет о пожизненном заключении как альтернативе смертной казни, то должно быть четко определено, что преступление абсолютно изуверское и не может быть оправдано ничем. Тех, кто идет на такое преступление сознательно, возможно, надо наказывать пожизненным лишением свободы. Но под эту меру ответственности должен подпадать узкий круг деяний, связанных с убийствами. Если его начнут расширять, то будет привноситься много субъективизма. Тогда нужно как-то закреплять чисто оценочные категории: убил `с особой жестокостью` или с `определенной жестокостью`. Поэтому я отрицательно воспринимаю это предложение. Нельзя бороться с преступностью взвинчиванием репрессий.
19 февраля 2004 года
СЕРГЕЙ ТКАЧУК, `Новые Известия`
`ЗАО `Газета Новые Известия`
http://nvolgatrade.ru/
