Однажды, когда о журналистике я еще и не задумывалась, а сидела дома без работы с маленькими детьми, отцу (на тот момент - директору НИИ физкультуры) позвонил знакомый - узнать, не могу ли я поехать на пару недель в Америку со спортивной командой в качестве переводчика. Ценные указания, полученные от родителя, были предельно конкретны: "Переводчик - прежде всего обслуга. Поэтому про титулы забыть, характер засунуть подальше и улыбку на физиономию - с самого утра. Твоя задача: чтобы транспорт приходил вовремя, чтобы протоколы были заполнены правильно, чтобы в гостиницах долгов не оставлять и в аэропорт не опаздывать. В этом случае ни одного нормального руководителя не будет волновать, насколько грамотно ты способна изложить переводимый текст".
За ликбез я благодарна отцу до сих пор. Поскольку журналист - в какой-то степени та же обслуга. Ни одного нормального редактора по большому счету не волнует, каким образом добыт тот или иной материал. Поручили - значит, о титулах забыть, характер подальше и улыбку на физиономию, как бы тяжело ни приходилось.
Не скрою, сложившаяся за годы работы репутация человека, которому не отказывают в интервью, приятна. Хотя случалось разное. Иногда откровенно хамили, доводили до слез. Не каждый спортсмен, особенно проигравший, способен заставить себя понять, что журналист - профессия довольно неблагодарная. Вынуждающая задавать вопросы даже тогда, когда делать это совсем не хочется.
Но интересы тех, кто продолжает выступать, я привыкла ставить выше собственных амбиций. Спортсменам тяжелее. И профессиональная жизнь короче, и эмоции разрушительнее. Хотя правила игры изменились: их все чаще диктуют законы рынка. Все заслуги и титулы - прежде всего товар, требующий рекламной подачи в прессе.
Несколько лет назад моему коллеге отказал в интервью скандально известный игрок НХЛ. Реакция репортера была достойной. Взяв собеседника за пуговицу пиджака, он дружески сказал: "Послушай, старичок. Моя редакция потратила на командировку приличную сумму. Не написать материал я не могу. Придется, конечно, в местной прессе покопаться - пишут о тебе много, сам знаешь, чего. Только потом без обид, ладно?" И, не успев развернуться к выходу с катка, услышал: "Подожди... У меня вообще-то есть тридцать минут. Успеем?"
За океаном, кстати, поняли несколько раньше: не хочешь или не можешь разговаривать - о тебе все равно напишут. Но с чужих слов. Значит, надо учить язык и соблюдать правила профессиональной игры, в которые входит и общение с журналистами.
Вот пример. Среди всех российских лыжных звезд самая доброжелательная и общительная - Юля Чепалова. В результате ее фотографии попадают на первые полосы газет и обложки журналов даже в тех случаях, когда побеждают другие.
Фантастической популярности в тех же лыжах Елены Вяльбе способствовали не только спортивные заслуги, но в немалой степени безукоризненное владение немецким языком и коммуникабельность.
До сих пор уверена: если бы в свое время двукратный олимпийский чемпион по плаванию Денис Панкратов мог свободно общаться с журналистам и, на Западе его воспринимали бы как звезду совершенно иного порядка. Так, как, к примеру, Александра Попова.
Задуматься об этом побудил недавний чемпионат мира по фигурному катанию, где единственную золотую медаль завоевал для России Евгений Плющенко. Он появился в конференц-зале, где с блокнотом в руках уже ждала переводчица, сел рядом и заговорил. По-английски. Впервые в жизни. Мужественно преодолевая грамматические обороты и помогая себе русскими междометиями и жестами, фигурист ухитрялся улыбаться, шутить, реагировать на подсказки из зала, всем своим видом показывая: "Да, я хочу вам нравиться не только на льду".
Надо ли говорить, что это удалось блестяще!
http://www.velena.ru/comment/2001/COM2001_3003.html
