Иван Иванович, в 2001 году прямые иностранные инвестиции в Россию сократились на 10%, об этом пишут "Ведомости", уверяя, что это - цифры Госкомстата. Насколько это проблема вообще, если - да, то насколько серьезная? Ну и, конечно, кто виноват?
Во-первых, я абсолютно не верю Госкомстату по этому вопросу.
Все данные, которые он приводил, не соответствуют, на мой взгляд, тем реальным деньгам, которые в виде прямых инвестиций приходили в Россию. Несколько раз я пытался, начиная с первой половины 90-х годов, сопоставить эти цифры с реальными проектами, и ни разу у меня даже близко они не сошлись. По сути дела, прямые иностранные инвестиции очень простая вещь - это доля в компаниях, которую западные инвесторы покупают у самой компании. Деньги прямых инвесторов попадают в саму компанию, то есть это не покупка акций на рынке, а именно деньги, используемые для развития компании. Я думаю, что просто методика подсчета у Госкомстата какая-то неправильная.
Во-вторых, я не представляю, как можно считать прямые инвестиции, если учитывать, что во многие российские компании прямые инвестиции приходят за границей. То есть, российской компанией владеет иностранная компания, вот в этой иностранной компании происходит перераспределение капитала, а кто у нас об этом знает? В моем случае, скажем, из портфеля из 8 инвестиций в российские компании только в 3-х случаях мы покупали акции в России и, следовательно, об этом мог знать Госкомстат. Та же картина и у других фондов прямых инвестиций. Аналогично, с российскими же инвестициями, но сделанными через офшоры, как в случае с Сибалом и Русалом. При чем здесь прямые иностранные инвестиции?
Таким образом, я думаю, что эти цифры ничего не значат, это то же самое, если взять осциллограф двумя руками за щупы, на экране будет какая-то кривая... Что эта кривая показывает - никто не знает, скорее всего - ничего, но она есть. Я думаю, что за этим сообщением Госкомстата может стоять такая же кривая.
Дело в том, что такого рода информация исходит от официального ведомства, про методологию, каким образом они это считают - никому не интересно, кроме узких специалистов, которые занимаются инвестициями. Но вопрос-то становится идеологическим, потому что сокращение прямых иностранных инвестиций равнозначно ухудшению качества делового климата.
Я повторю, что если я не могу эти цифры понять, мне никто их не объясняет, то я не мог серьезно к ним относиться не могу, и они мне не интересны. Так что рассматривать их в качестве индикатора того, что в деловом климате что-то ухудшилось - нельзя.
Вот смотрите, простой вопрос - было обещано $30 млрд. вложений в Сахалинский проект - это был прирост прямых инвестиций или нет? То есть, они были обещаны, но еще не пришли. Ведь инвестиции приходят не в то, что есть сейчас, они приходят в будущее. Они приходят в будущее всегда как обещание, почти никогда ни один проект не реализуется так, что все деньги сразу же перечисляются на счет, и их начинают тратить. Деньги приходят постепенно, по мере необходимости в этих деньгах, по мере возможности их расходования, но решение-то об их инвестировании - принято, причем принято несколько лет назад, когда климат был другим.
Я, как человек, занимающийся прямыми инвестициями, не вижу никаких показателей того, что в России в прошлом году произошло существенное снижение прямых инвестиций или ухудшение делового климата. Я с этим не согласен, напротив, я могу сказать, что произошли несколько крупных прямых инвестиций, например, в области связи, когда GoldenTeleCom, Вымпелком, и МТС получали инвестиции. Деньги пришли в Россию из-за границы, то есть российские компании получили прямые инвестиции. Абсолютного падения просто не могло произойти в прошлом году. Сахалинские проекты идут, нефтяные проекты идут, хотя был период, когда всвязи с прямыми инвестициями говорили, что изменилась географическая направленность. Раньше лидерами была Германия, потом США, сейчас это Кипр и еще кто-то, хотя понятно, просто возвращают русские деньги с офшорных счетов опять в Россию.
Я хочу сказать, что эту цифру бессмысленно комментировать, потому что, во-первых, непонятно откуда она взялась, во-вторых, непонятно, что значит. А как участник этого рынка прямых инвестиций, я не вижу, что произошло в прошлом году ухудшение, наоборот, по-моему, в прошлом году произошло улучшение в нашей области, притом существенное.
В Минэкономразвития говорят о том, что общий объем инвестиций вырос на 30%, но ухудшилась структура. То есть, шло наращивание портфельных инвестиций в ущерб прямым и делается намек, что это из-за ухудшения инвестиционного климата
Это парадокс какой-то. Во-первых, я абсолютно не согласен, что в России плохой инвестиционный климат, он ничуть не хуже, чем в других развивающихся странах, во-вторых - он явно улучшился.
Может быть, Вы это расцениваете с точки зрения крупных, гигантских корпораций, которым, в общем-то...
Нет, наоборот, с точки зрения средних и мелких. Ничуть не хуже в России было в 2001, чем в 2000.
У нас ведь проблема не в климате, а в том, что, корпоративная культура ниже, но и здесь есть существенное улучшение - вон кодекс пишут, ассоциаций несколько создали, которые рейтинги готовят.
Во-вторых, более низкая культура не помешала ведь росту портфельных инвестиций, а такие инвестиции находятся в более трудном положении, чем прямые, с точки зрения работы в условиях низкой корпоративной культуры. Потому что портфельный инвестор не работает непосредственно с компанией, не может сделать глубокий due diligence при принятии решения об инвестициях, он пользуется косвенной информацией: официальной отчетностью, рейтингами и т.д. Я думаю, что если портфельные инвестиции выросли, то инвестиционный климат явно улучшился и, таким образом, цифры Госкомстата по прямым инвестициям - не объяснить.
Таким образом, что-то здесь не так и, пожалуй, Госкомстат ошибается или не знает, что просто держится руками за осциллограф.
4 марта 2002
http://www.opec.ru/comment_doc.asp?d_no=20951
