Избиратели все чаще голосуют `ногами` или `против всех`
В схватке за пост градоначальника Петербурга состоится второй раунд. В ходе
первого тура голосования ни одному из кандидатов не удалось преодолеть
заветную планку в 50%. Полпред президента в СЗФО Валентина Матвиенко лишь чуть-чуть `не дотянула` до этой отметки. По предварительным данным, ее результат - 48,61%. Ее ближайшая соперница, вице-губернатор Анна Маркова,получила 15,89%, и ни один из оставшихся соискателей кресла начальника города на Неве не дотянул и до 10%.
Бывший вице-премьер по социальной политике близка к тому, чтобы выполнить задачу, поставленную перед ней еще в 2000 г. Тогда, прибыв из белокаменной в северную столицу почти в разгар предвыборной кампании, Матвиенко не смогла с ходу обеспечить себе необходимой поддержки петербуржцев. Когда выяснилось, что ее рейтинг даже при массированной поддержке центральных СМИ и стараниях лучших политтехнологов не выходит за 20%, она <по просьбе президента, по рабочей необходимости> уехала обратно в Москву, что позволило Владимиру Яковлеву одержать совсем уж беспроблемную победу и поруководить Питером еще один срок.
К нынешней кампании Матвиенко, которую многие рассматривают как `посланницу Кремля`, подготовилась (или ее подготовили) значительно лучше. Загодя - за полгода до выборов - она начала осваивать Питер на новой должности президентского полпреда. Затем действовавший губернатор, который еще в прошлом году поговаривал о третьем сроке (благо лазейки в действующем федеральном законодательстве позволяли), был <убежден>, и с помощью местных законотворцев, в том, что такая попытка бессмысленна. После чего, получив из Москвы предложение, от которого было невозможно отказаться, убыл руководить федеральной реформой ЖКХ и дорожным строительством. Петербург остался номинально <без хозяина>, но кандидатура <хозяина нового> усиленно доводилась до избирателей. В частности, федеральные телевизионные средства
массовой информации обстоятельно осветили встречу <кандидата N 1> с
президентом, что соперниками и соперницами Матвиенко было расценено как
давление на избирателя и попытка использовать высокий рейтинг Владимира
Путина. Судя по всему, кампания Матвиенко в целом удалась: пусть Питер не взят с ходу, но в любом случае ее шансы во втором туре выглядят пока явно предпочтительнее.
Зато все сложнее говорить о дальнейшем развитии демократии. Показательно, что явка избирателей в первом туре питерских выборов была крайне низкой - около 29%. Это значительно меньше, чем на выборах 2000 г. (более 47%). Хотя уже тогда, четыре года назад, представители проигравшей стороны говорили о <низкой явке>, свидетельствующей о том, что <люди не верят, что можно изменить жизнь к лучшему>. Не особо верят в такие изменения, похоже, и в других регионах. Одновременно с Петербургом определялись со своими губернаторами и жители Ленинградской, а также Томской и Свердловской области. И там избиратели не ломились к урнам: показатели активности электората 29,46%, 41,38% и 31,98% не позволяют говорить о высоком уровне гражданского сознания. Как, собственно, и результаты большинства региональных баталий за последние два года. За исключением Северного Кавказа, избиратель становится все более пассивным, по крайней мере в отношении местных выборов. Объяснений тому много, и самое простое дал по итогам первого тура кампании в Свердловской области глава тамошнего избиркома: <Все избиратели в лесу, поскольку у нас небывалый урожай грибов>.
Увы, люди все чаще предпочитают выборам походы за грибами, поездки на дачу (а зимой, видимо, на лыжах или по магазинам) почти в любых регионах и в любое время.
Часть специалистов не видит в абсентеизме (т.е. равнодушии к выборам) ничего страшного. Дескать, и на Западе активность электората снижается, и это свидетельствует о том, что люди доверяют политической системе в целом и полагают, что власть при любом результате кампании будет работать эффективно. Даже и хорошо, что у нас теперь голосуют 29%, а не 99,9%, как в советские времена, по крайней мере, электорат делает сознательный выбор. Но и есть и немало тревожных голосов, утверждающих, что сравнение с Западом в этом смысле некорректно: тамошняя демократия имеет куда более глубокую историю и, соответственно, куда больший запас прочности. У нас же в отсутствии таких <корней> и при наличии лишь зачатков подлинного гражданского общества <пофигизм> на выборах может оказаться крайне опасным. Власть в отсутствии давления избирателей расслабляется, и потому в регионах вряд ли следует ожидать снижения коррупции, чиновного воровства и других негативных явлений. Тревожно и то, что, помимо голосовавших <ногами> (за грибами и т.д.), растет число голосов <против всех> (в Петербурге соответствующий показатель составил почти 11%, в Свердловской области - 13%). Это означает прямое недоверие существующей избирательной системе, которая не сумела обеспечить выдвижение необходимых кандидатов.
Некоторые политики считают, что избирателя можно убедить быть активнее и тем самым влиять на существующие процессы. При обсуждении поправок к закону <Об основных гарантиях избирательных прав граждан> было немало предложений установить высокую планку действительности выборов - 50% или хотя бы 35% от списочного состава избирателей. Однако в итоге статья 70-я закона определила необходимый минимум пришедших к урнам в 20% (а для депутатов органов местного самоуправления минимум вообще не предусмотрен). С учетом тенденций последнего времени можно говорить, что и этот потолок задран слишком высоко.
То есть пока еще живо старое поколение, привыкшее ходить на выборы <по
необходимости>, явка 20% обеспечена. Что будет потом - вопрос, по сути, уже не о процентах, а о будущем российской демократии.
Отдел политики
Алексей Виноградов,
http://www.rbcdaily.ru/comments/index.shtml?2003/09/22/45347
http://nvolgatrade.ru/
