Раскачивание ситуации в Мьянме рассчитано на затяжное геополитическое противостояние Запада и Востока
Неожиданный международный ажиотаж вокруг народности рохинджа в Мьянме свидетельствует о ряде назревающих изменений в раскладе геополитических сил в ЮВА и за пределами региона. Внезапная озабоченность международного сообщества правами одной из 135 этнорелигиозных групп страны проявилась на фоне изнурительной внутриполитической борьбы, ведущейся там с 1948 года. Она не раз сопровождалась масштабными межэтническими столкновениями и гибелью значительного числа людей. Примечательно, что до самого последнего времени ни сама эта борьба, ни операции бирманского правительства по наведению порядка и борьбе с этническим сепаратизмом в районах противостояния не привлекали к себе пристального внимания.
В августе 2017 года международное сообщество осудило местных военных, якобы применивших несоразмерное насилие в отношении рохинджа. Обыденное для страны событие было представлено как преступление против человечности. Для Мьянмы кампании подобного рода всегда были рутиной в течение ее независимости. Однако новый этап борьбы с нелегальной миграцией совпал с недавними событиями в другой стране региона – Филиппинах, где джихадисты объявили одну из ее частей территорией шариатского права. В сложившейся ситуации бирманское правительство предприняло упреждающий рейд в три населённых пункта в штате Ракхайн вдоль той части государственной границы, где, как предполагалось, могли закрепиться джихадисты, бежавшие с Филиппин.
Ситуация усугубилась тем, что в штате Ракхайн с 1950-х годов окопались исламистские экстремистские организации и партии («Хизб е-Ислами» и др.), поощряющие экстремизм в регионе, где традиционно сильны сепаратистские настроения. Население штата имеет смешанный мусульманско-буддистский состав. На его территории как дисперсно, так и компактно проживают рохинджа – мусульмане бенгальского происхождения. Недавняя операция силовых структур сопровождалась нападением на военных со стороны исламистских боевиков, скрывающихся в районе компактного расселения рохинджа. Военные понесли там большие потери в живой силе и технике, что спровоцировало их на более жесткие ответные меры. Однако на этот раз ужесточение методов проведения операции стало поводом для обращения в ООН мусульманских организаций Бирмы, близких к США, Саудовской Аравии и Великобритании.
Формальное и ни к чему не обязывающее заявление Верховного Комиссара от 29 августа 2017 года, в очередной раз выразившего тревогу по поводу эскалации насилия в штате Аракан и призвавшего все стороны к сдержанности, послужило развёртыванию исламистской активности. Есть основания полагать, что это выступление было спровоцировано исламистскими и правозащитными организациями в Мьянме в рамках долговременной и многоходовой игры объединенных сил Запада против стран БРИКС для удержания своих геополитических позиций в регионе. Цель этой игры – внести напряженность в отношения стран АСЕАН и БРИКС, противопоставить друг другу религиозные общины и ослабить внутреннюю стабильность Китая и России. Именно они являются основными игроками, противостоящими Западу на этом пространстве. В частности, КНР сегодня ищет дешевые пути транзита углеводородов и заинтересована в выходе к морям, поскольку транспортировка товаров морским путем пока остается для нее самым надёжным и дешевым способом коммуникации с торговыми партнерами. Пекин рассчитывает на своих «старых друзей» в ЮВА. Одним из них, с точки зрения Китая, исторически является Мьянма. СМИ стран АСЕАН неоднократно сообщали, что власти Китая готовы потратить $500 млн на страны с развивающейся экономикой.
Просматривается еще одна цель – перенести источник мировой террористической угрозы подальше от КСА и других союзников Запада в регионе Ближнего Востока. Затянувшаяся война с ИГИЛ на Ближнем Востоке развивается отнюдь не в пользу Запада и его союзника Эр-Рияда, планировавшего путём сложной конфигурации сдержек и противовесов в регионе и мире сделать исламистские организации покорным инструментом в своих руках. Теперь ему срочно требуется вывести внутрисаудовских религиозных экстремистов, угрожающих стабильности Королевства, в любой другой регион мира. Контролируемая Китаем часть ЮВА для этого подходит более всего. Дестабилизация хрупкой ситуации в этом регионе создает угрозу всему региону Центральной Азии и существенно затрагивает российские интересы как в ЮВА, так и ЦА.
Представляется, что раскачивание темы народа рохинджа рассчитано на затяжное геополитическое противостояние Запада и Востока при выстраивании нового «столкновения цивилизаций» – исламской и буддистской. Ясно, что в ЮВА религии навязывается роль средства в геополитической борьбе. Но именно это как ни парадоксально открывает и новые возможности расширения базы сотрудничества стран БРИКС перед лицом новой угрозы региональной дестабилизации. Ведь только они сами по-настоящему заинтересованы в бескровном разрешении застарелых межнациональных и межрелигиозных проблем. Важное положение России в клубе стран БРИКС позволяет использовать ее опыт обуздания насильственного экстремизма в международном пространстве и сохранения мира между всеми религиозными общинами на собственной территории.
Галина Амировна Хизриева
старший научный сотрудник
https://riss.ru/analitycs/43565/
