Я разделяю ту заботу, тревогу, волнение, которые сегодня звучат за круглым столом, и хотела бы продолжить разговор о культурологическом ракурсе этой проблемы. Причем первое, что я хотела бы отметить: мы сами привыкли мыслить культуру по остаточному принципу и, говоря даже сегодня, говорим часто о политических, экономических, правовых аспектах, и в нашем собственном сознании аспект социокультурный где-то остается не на первом месте. Между тем в решении именно той проблемы, которая ставится сегодня, вопрос культуры стоит на самом первом месте по многим причинам, в том числе и потому, что размывание этого русского начала в самой культуре и самой жизни, как следствие этого, началось с того, что в послевоенные годы проникает в качестве агрессивного направления модернизм и абстракционизм. А что за этим следовало, это тоже хорошо известно.
То, что ориентация на Запад уже не прошла, народ ее отринул, совершенно очевидно. Но какой Запад? Вот тот Запад, о котором профессор Доброхотов сегодня говорил? Да, но давайте скажем: и на Западе есть совсем другой Запад, Запад Альберта Швейцера, Запад Томаса Манна, от которого сегодня русская культура оказалась весьма удалена, и напрасно, потому что с этим Западом нужно дружить, учиться у него, открыться ему, и каждый без труда продолжит список имен такого великого масштаба и первостепенной важности, будь то Чарли Чаплин, будь то Феллини.
Сейчас исключительно важно, думая о будущей, грядущей судьбе русской культуры, о том, на какой основе возможен синтез прошлого, настоящего и будущего, очень точно сориентироваться в этом пространстве между, найти этот ориентир. И вот в этой связи я хотела бы сказать, что изобретать в этом отношении ничего не нужно, нужно посмотреть на истоки своей культуры. У истоков русской культуры были не только великие Андрей Рублев и Даниил Черный, но был великий Феофан Грек, который зрелым мастером пришел на Русь. То, что он создал здесь, это великие произведения русской культуры. Попав в этот круговорот духовности, напряженной внутренней жизни, этот художник, как Фиораванти, как позднее Карло Росси, как и позднее Фальконе и многие другие великие мастера русской культуры, создавал произведения отнюдь не западной культуры, а те, которые становились образцами, маяками и символами именно русской культуры. Были и другие, в том числе и с нерусскими фамилиями, и в этом смысле давать оценки только на основании этнической принадлежности или непринадлежности в рамках русской культуры - самое малопродуктивное дело. Сегодня, когда мы думаем о собственном направлении, очень важно в системе образования, средствах массовой информации ориентироваться на ту высокую традицию, которая выдавала эталоны, и не только для самой России, и которая остается очень большим авторитетом, непререкаемым авторитетом для элитарной интеллигенции сегодняшнего Запада, которая не исчезнет ни при каких социокультурных трансформациях, происходящих в том числе и в современном мире. Остаются все культурные основания для того, чтобы статус России по этом каналам, трансляции лучших образцов высокой русской культуры, восстанавливался, и мы обнаруживали тот самый исконный путь в этом направлении.
БАРКОВА Элеонора Владиленовна
д. филос. н., проф. РГТЭУ
www.ni-journal.ru
