Думается, зря Евгений Максимович Примаков обрушился на термин "суверенная демократия". Действительно, суверенная демократия - это демократия суверенного государства и нет оснований видеть за термином отрицание открытости демократии. Но мне кажется, что не так все просто. В том, что говорил Евгений Максимович, есть подход, идущий от прошлых оценок. И мы должны, говоря о суверенной демократии, понимать, что сегодняшнее наше положение - это положение страны и народа, которые проявят или не проявят волю к сопротивлению, когда ими попытаются манипулировать. И больше в этом термине не следует искать отрицания общих принципов и основ любой демократии. В данном случае это термин ситуационный. Завтра ситуация может измениться - и термин появится другой.
В свое время Евгений Максимович, будучи министром иностранных дел, мне кажется, был не совсем прав, когда поддержал раздел Каспийского моря. Я уверен, если бы мы тогда не сделали этой роковой ошибки, наши национальные интересы в акватории обеспечивались бы гораздо прочнее. Тогдашние творцы российской внешней политики считали, что существует закон неуклонного развития производительных сил. Мол, если в акватории Каспийского моря есть нефть и газ, то, как бы мы ни противились, их будут добывать. Значит, надо не сопротивляться этому, а что-то выторговать. И мы, ради мизерной доли "ЛУКОЙЛа" в каком-то месторождении, сняли принципиальную норму о неделимости Каспия. Сейчас акватория разделена, и там работают, в основном, иностранные компании, устанавливают свои зоны влияния. Это типичный случай, когда верная, казалось бы, теория подтолкнула нас к неверному практическому ходу.
Наверное, наша жизнь была бы легче без конкретного Запада. Но ведь в статье Юрия Лужкова речь идет об обобщенных понятиях. Сегодня нет такого отдельного субъекта внешней политики, как Европейский Союз - отдельного от Соединенных Штатов. За возможность создавать объединение, вести свои внутренние дела как они считают нужным, члены Евросоюза платят пока подчиненностью внешней политики.
Имея в качестве примера ту же Югославию, мы имеем право обобщать, когда говорим о Западе. Конечно, и тут есть разные страны, и они ведут себя по-разному в разных обстоятельствах, но в целом Европейское сообщество действует в фарватере тех основных политических курсов, которые чертятся в Вашингтоне. Это факт, который сами европейцы признают.
Теперь в отношении того, понимают ли они нас, понимаем ли мы их. Я не убежден, что мы обладаем абсолютной истиной на знания и абсолютно точно их понимаем. В произведениях Эрнеста Хемингуэя, даже если они заканчиваются смертью главного героя, присутствует "happy end": дело не в том, погиб Джордан или нет, но он все равно победил. А ведь это только литературоведческая дискуссия, и уже здесь мы не едины и вряд ли сможем претендовать на понимание.
То, что происходит в СНГ, теоретиками и практиками американской внешней политики анализируется чрезвычайно поверхностно. На Украине продолжительный политический кризис, который стал возможен именно потому, что Запад всячески подталкивал определенных лиц во власть. И они довели дело до раскола и развала Украины. Еще пример - Грузия, где в духе американских идеалов считалось правильным сначала избавиться от коррумпированного режима Шеварднадзе, а потом привести к власти младореформаторов, которые должны были вылечить Грузию от коррупции. Американцы не знают, что коррупция - это в Грузии не исключение из правил, а правило жизни на протяжении сотен лет. Мы об этом знаем, а в Америке об этом пока не подозревают. Они тоже буквально воспринимают термины.
Обсуждение статьи "Мы и Запад" - начало серьезного разговора, каких в последние годы было очень мало. Смысл таких разговоров в том, чтобы осознать некие основные вещи. Или мы, политическая элита России, в состоянии понимать стоящие перед страной проблемы и проявлять волю к сопротивлению, когда нам что-то навязывают. Хотя бы в интересах самосохранения - именно об этом статья Юрия Лужкова. Или мы по разным причинам не можем это понимать и не собираемся ничего делать. Некоторые наши эксперты призывают: мы должны открыть в стране все, что еще не открыли, чтобы стать частью Евроатлантической цивилизации. Только сторонники этого подхода не могут ответить на вполне безобидный вопрос: а ждут ли нас в этой Евроатлантической цивилизации? Да еще на равных основаниях?
Константин ЗАТУЛИН
Член Комитета ГД по делам Содружества Независимых Государств и связям с соотечественниками
http://www.fondedin.ru/
