Начало назначения губернаторов, которого ожидали чуть ли не со страхом и уж точно с плохо скрываемым любопытством, пока никаких сенсаций не принесло. Начиная с приморского Дарькина, все последовавшие за ним "переназначенцы" оказались давно и хорошо знакомыми лицами. В Тюменской, Амурской, Курской, Владимирской областях, Еврейской АО, Югре (Ханты-Мансийский АО) губернаторами остались прежние руководители. Иные, как, например, Николай Волков, глава Еврейской автономии, правят в своих уделах с 1991-го года, а Александр Филиппенко, руководитель Югры, - аж с 1989-го!
Так что пока никакого обновления кадров на региональном уровне, которого ожидали иные наблюдатели, мечтая о новом "путинском" призыве, не произошло. Последовательность президента в выборе кандидатур весьма показательна. Можно предположить, что в ней заложен определенный принцип. Но какой?
Рассмотрение кадровой политики Владимира Путина на протяжении последних пяти лет убеждает нас в том, что основных принципов в ней два: первый - приоритет "питерским" и "эфэсбэшным". Второй - если таковых под рукой их нет, то следует оставление прежних руководителей на своих местах.
Вспоминая ожесточенную парламентскую кампанию 99-го года, можно было предположить, что такие вожди региональной фронды как Шаймиев, Лужков, Рахимов, могут не остаться надолго во власти. Но... такого не произошло. Владимир Путин показал, что умеет прощать, и не вспоминать, по крайней мере, какое-то время, прежние прегрешения. В 2003-м он даже приложил значительные усилия, чтобы оставить на своем посту семидесятилетнего ветерана Муртазу Рахимова.
Но зачем? Вариантов ответа несколько. Во-первых, наш президент считает для себя невозможным личную месть. Возьмем Владимира Яковлева. Путин держал его в Петербурге до 2003-го года, а потом никогда не бросал своего прежнего коллегу без должностей. В 2004-м, воспользовавшись роспуском правительства, Яковлева вполне можно было отправить на пенсию, благо возраст уже позволял. Но ему подыскали равнозначный вице-премьерскому пост на Северном Кавказе. И когда пришлось убирать его с Кавказа, ему вновь подобрали должность в правительстве. Владимир Путин делает все, чтобы никто не мог сказать, что он сводит счеты с Яковлевым.
Можно вспомнить и Павла Бородина, который когда-то выручил Путина, и теперь может чувствовать себя в безопасности - при какой-то должности он будет обязательно.
Но у президента не может быть столько людей среди региональных лидеров, с которыми он считал себя связанным личными обязательствами. Поэтому в дело вступает второй фактор - неспешность, называемая "стабильностью".
Владимир Путин тонко уловил витавшие в воздухе послеельцинской России ожидания. Элиты ждали от него спокойной жизни, и он им ее обеспечил. Даже на федеральном уровне он четыре года работал с доставшимися ему "по наследству" Михаилом Касьяновым и Александром Волошиным.
Ситуацию 1999-2000 гг., можно сравнить с ситуацией в СССР 1964 года. Тогда, после свержения Хрущева министры и первые секретари обкома ждали от Брежнева и Косыгина именно предсказуемых правил игры, гарантировавших им стабильную карьеру. На смену беспорядочным хрущевским реорганизациям пришли спокойные времена, когда первых секретарь обкома мог работать в области по двадцать пять лет - как, например, И. Х. Юнак, руководившей Тульским обкомом с 1961 по 1985 год.
Когда Владимир Путин выдвигал идею отмены выборов глав регионов, он подыграл давно носившимся среди значительной части губернаторов чаяниям - променять неуверенный хлеб свободы на уверенную похлебку службы по назначению. Слишком многие региональные лидеры были неуверенны в своей победе, или впадали в отчаяние от невозможности пойти законно на третий срок. Между президентом и губернаторами фактически был заключен негласный пакт - мы публично поддерживаем назначаемость, в обмен просим гарантий продолжения нашей службы. Только этим можно объяснить переназначений ряда бывших коммунистов, таких как Виноградов, Михайлов, Коротков.
Естественно, будут и замены, и, вероятно, весьма скоро, - у кого-то критический возраст, кто-то слишком "наследил". Но на нынешнем этапе не они определят погоду. Значительной чистки губернаторских рядов можно ожидать не ранее чем через три года. (Сравни со сроком пребывания на посту Касьянова и Волошина)
Теперь о последствиях такой кадровой политики. Вспоминая Бержнева, можно сказать, что первые десять лет его правления остались в памяти большинства "советского народа", как золотой век. Но затем начался "застой". Не произойдет ли так и в этот раз?
Россия уже проигрывает соревнование в модернизационных усилиях таким своим соседям как, например, Прибалтика, Украина. На Украине нет регионов, где бы один человек правил, начиная с 1991 г. Везде первые лица поменялись по три-четыре раза. В период реформ и болезненной ломки это вполне нормально. Вряд ли приверженец облисполкомовского планирования окажется наилучшим вариантом для эпохи компьютерных технологий и свободного рынка. Кроме того, новый человек привносит свежий подход к проблемам, "незамыленный" взгляд.
Важную роль играет и максимально широкая возможность раскрытия человеческого потенциала, нахождение новых лидеров. Возьмем Эстонию, ее население - 1 млн. 400 тыс. человек. С учетом того, что в общественной жизни тон задают эстонцы, которых всего-то 900 тыс., республику вполне можно сравнить с такой некрупной российской областью как Орловская. Но если в последней продолжает править прежняя элита, преобразуясь очень медленно, то в Эстонии сменились десятки правительств, сотни людей побывали министрами, мэрами, депутатами. То есть через власть прошло и в количественном и в процентном отношении на несколько порядков больше человек.
Конечно, кто-то не выдержал "смотрин", поняв, что руководство - не для него. Но среднестатистический орловчанин имел и имеет гораздо меньше шансов, чем эстонец, попробовать реализовать свой потенциал в общественной и политической жизни, что обедняет, в первую очередь, саму область, лишая ее возможности выбора подходящих кандидатур. Сможет ли российский губернатор, средний возраст которого - 57 лет, с архаичной ментальностью "крепкого хозяйственника", состязаться с сорокалетним украинским? Смогут ли губернаторы, в значительной степени сформировавшиеся как руководители еще в 60-е - начале 70-х (Шаймиев, Лужков, Полежаев, Рахимов, Россель), вывести Россию на путь прогресса в XXI веке? Всегда ли лояльность перевешивает компетентность? Ответы на эти вопросы мы узнаем уже довольно скоро.
25 февраля 2005
http://www.novopol.ru/article1722.html
viperson.ru
