20 марта 2015 года в Астане в ходе переговоров лидеров России, Белоруссии и Казахстана президент Владимир Путин предложил рассмотреть вопрос о формировании в будущем валютного союза трех государств. И хотя пока речь идет лишь о проработке возможных вариантов интеграции в этом направлении, инициатива российского лидера вызвала бурную и пока в целом негативную реакцию в Казахстане.
С критикой идеи создания валютного союза выступила Национальная палата предпринимателей «Атамекен». Зампредседателя Палаты Р.Ошакбаев заявил, что «подобные инициативы не имеют никакой перспективы ни сейчас, ни в отдаленном будущем» и «приведут к потере экономического потенциала Казахстана». Примечательно, что Атамекен был создан по инициативе главы Казахстана Н.Назарбаева в 2005 г. Сегодня во главе организации, без консультации с которой не проходит обсуждение ни одного законопроекта в предпринимательской сфере, стоит зять президента страны, миллиардер Тимур Кулибаев.
Отрицательное отношение к идее высказал член Коллегии ЕЭК от Казахстана Т.Сулейменов. Чиновник пояснил, что для введения единой валюты на пространстве ЕАЭС «пока нет объективных экономических предпосылок»: «не наблюдается достаточных товарных потоков, потоков услуг, капиталов, инвестиций». По итогам 2014 г. доля взаимной торговли стран ЕАЭС в общем объеме внешнеторгового оборота «составляет 11,7%» (против более 60% в ЕС). В то же время Т.Сулейменов признал, что создание валютного союза является необходимым условием дедолларизации национальных экономик.
В оппозиционной и националистической среде предложение В.Путина встретило резкую критику. Инициатива оценивается в качестве «спасательного круга» для российской экономики, испытывающей серьезное давление западных санкций и практически двукратного снижения цен на нефть.
Единая валюта рассматривается как способ усиления экономического влияния России на Казахстан. Валютный союз подтверждает изначально политическую ориентацию евразийской интеграции: «у страны не останется реальных инструментов влияния на свою экономику». Известный представитель казахстанского лагеря т.н. «национал-патриотов» М.Тайжан связал введение единой валюты с неизбежной «утратой остатков суверенитета Казахстана», когда «вся экспортная валютная выручка казахстанских предприятий будет оставаться в Москве» – «отказ от тенге во многом означает и отказ от доллара».
В то же время даже в оппозиционном лагере звучат мнения о заинтересованности Ак Орды в построении валютного союза на евразийском пространстве. Казахстанский тенге лишен стабильности, а его курс остается жестко зависимым от сдерживающих мер Нацбанка РК и от внешних факторов (цены на энергоносители, положение российского рубля). Пик девальвационных ожиданий, наблюдаемый сегодня в республике – тому подтверждение. Резкая девальвация февраля 2014 года спровоцировала панику на местном рынке и рост социального недовольства. Единая с Россией валюта обеспечит Астане финансовую поддержку при сохранении политической самостоятельности. Ввиду этого не исключают, что российский президент озвучил согласованную с Н.Назарбаевым идею. Тем более, что президент Казахстана выдвигал похожие инициативы еще в 2003 г., а в 2011 г. даже предложил назвать будущую денежную единицу алтыном.
Прозападный ресурс «Азаттык» (американское Радио Свобода) скептически оценил предложение российского лидера, назвав такую инициативу преждевременной и во многом вынужденной ввиду экономических проблем, с которыми в последнее время столкнулась Москва.
Популярный новостной сервис «Tengrinews» связал введение единой евразийской валюты с неизбежной валютной и денежно-кредитной экспансией Москвы, где «скорее всего, расположится эмиссионный центр». Это подтверждает пример евро, когда «малые страны вынуждены все согласовывать и выпрашивать у ключевых игроков». «Чрезмерная спешка» с такими мерами объясняет их политический, а не экономически целесообразный характер: наличие собственной валюты – это «50% суверенитета».
К тому же, в силу экономического веса России динамика новой денежной единицы будет определяться существующим поведением рубля, а, значит, будет чрезмерно волатильной, что усилит инфляционные процессы в Казахстане. Единая валюта может стать «драйвером роста в связи со снижением транзакционных издержек», а может и «снизить конкурентоспособность местных товаров из-за устранения ценового преимущества казахстанских производителей».
Популярное в республике издание «Капитал» также привело скептические экспертные оценки инициативы. Введение единой валюты не соответствует достигнутому уровню интеграции на евразийском пространстве: «все чаще звучат призывы к ограничению свободного перемещения товаров и услуг в рамках ЕАЭС – что уж говорить о единой валюте». Оценивая «туманное будущее» валютного союза, ссылаются на исторический опыт страны. Казахстан «один из последних ввел собственную национальную валюту», когда его в начале 1990-х годов «вытолкнули из рублевого пространства».
Таким образом, в медийном пространстве Казахстане развернулась активная критика предложения В.Путина. На этом фоне Астана дала первую официальную оценку перспектив валютной интеграции: 22 апреля 2015 года вице-министр национальной экономики РК Т.Жаксылыков заявил, что «Казахстан занимает четкую и последовательную позицию по исключению возможности введения единой и наднациональной валюты в рамках ЕАЭС».
Максим Александрович Лихачёв
Уральский региональный информационно-аналитический центр, г. Екатеринбург
научный сотрудник
кандидат юридических наук
Российский институт стратегических исследований - РИСИ
