Комментируя прошедший в Хельсинки саммит Россия-ЕС, многие западные издания акцентировали свое внимание на политической риторике его российских участников, которая, причем уже не в первый раз, была воспринята европейскими наблюдателями как жесткая и амбициозная. Чем это вызвано? Чем вообще объясняется постоянный поиск и обозначение врагов где бы то ни было - в Европе, на постсоветском пространстве, внутри страны ... Ответить на эти вопросы МиК попросил Машу Липман, эксперта Московского Центра Карнеги:
- Мне представляется, что поиск внешних врагов, который действительно часто встречается в речах официальных российских лиц - это часть того стиля государственного управления, который существенно напоминает советский стиль. Я хочу подчеркнуть именно стиль, а не содержание. Потому что, конечно, система государственного управления сегодня существенно отличается от советской. Но именно стиль во многом напоминает тот, что помнится с застойных времен.
Это риторика, в которой присутствует великодержавность и мотив "осажденной крепости", согласно которой "все против нас". Это риторика деления на своих и чужих, причем, как правило, эти чужие или они же враги не конкретизируются, а используются в конструкциях вроде "кое-где у нас порой", "нам подбрасывают" и т.д., и именно подобные обороты создают ощущение, то враги у нас кругом, без уточнения того, кто именно эти враги.
И в целом, создается довольно противоречивая картина, так как одни и те же силы и даже в высказываниях одних и тех же лиц, оказываются то партнерами, то врагами. И такая намеренная неясность, намеренная мутность поддерживает ощущение того, что мы на самом деле живем в каком-то враждебном мире, где опасности нам угрожают отовсюду. Причем не только снаружи, но и изнутри.
Потому что в список врагов попадают не только, если пользоваться советской терминологией, "агенты мирового империализма" и, если ориентироваться на сегодняшнюю терминологию и вспомнить, как характеризовал это президент - некие силы, желающие "откусить от нас кусок пожирнее". Туда попадают и внутренние враги, в разряд которых относят разные категории людей - от фашистов до либералов, которые при этом нередко смешиваются все в одну кучу.
- А чем вызван, на ваш взгляд, этот стиль? Власть не уверена в себе, чувствует шаткость своего будущего положения, или же она просто самоутверждается таким образом, создавая образ, призванный навевать страх на ее политических оппонентов?
Я думаю, что это означает, что государственная риторика нуждается в создании именно такого образа России, который власти наиболее привычен. Потому что, еще раз повторю, стиль государственного управления во многом черпается из той эпохи, когда нынешняя властная элита только делала карьеру в государственных органах, преимущественно, в органах государственной безопасности. И это тот стиль, который более для нее естественен, более ей привычен. И именно к нему она тяготеет, чем дальше, тем больше.
Это, на мой взгляд, такой антимодернизационный проект государственного управления - в том, что касается общения власти с народом. И когда такого рода риторика используется, мне представляется, что таким образом происходит не столько мобилизация общественной энергии на позитивное развитие страны, сколько попытка распространить у российских граждан ощущение того, что кругом враждебные силы. И что именно государство должно с этими силами справляться каким-то ему одному известным образом, и в его дела не нужно лезть, а нужно ему в этом вопросе довериться и не мешать.
- Многие эксперты, анализируя ужесточающуюся риторику российской власти, отмечают, что этот процесс обусловлен надвигающейся избирательной кампанией, чтобы было легче мобилизовать электорат вокруг борьбы с общим врагом, и на этой волне более успешно раскрутить преемника Путина, который этой самой жесткой риторикой и прочими качествами будет заметно отличаться от других. Вы разделяете эту точку зрения?
Мне кажется, что задача мобилизации электората не особенно стоит. И свидетельством тому является недавно принятый Госдумой закон об обмене порога явки. Это показывает, что сегодняшняя правящая элита готова пожертвовать легитимностью, хотя бы частично, и ограничить базу своей власти теми людьми, которые послушно ходят на выборы по советской привычке, потому что власть велит ходить на выборы и голосовать надо за начальство...
Это для меня является свидетельством того, что, по крайней мере, на сегодняшний день вопрос мобилизации электората абсолютно не стоит. Напротив, я считаю, что ужесточающаяся риторика отражает проект демобилизационный, в котором дистанция и отчуждение власти от граждан только увеличивается.
Если вдуматься, то на сегодняшний день граждане власти не слишком и нужны. Они не нужны власти, потому что основной доход происходит от продажи энергоресурсов, в которой занято небольшое количество людей, а не налоговая база его определяет. И они не нужны потому, что страна не собирается ни с кем воевать.
Нужно, чтобы достаточное количество этих граждан, причем планка достаточности сильно снижена, пришло и проголосовало "как надо". И все!
Но чем действительно сегодня эта правящая элита озабочена - это тем, чтобы расчистить политическое поле полностью от конкурентов, чтобы даже сама мысль о политической конкуренции не возникала. Для этого на протяжении последних нескольких лет осуществляется целый ряд разнообразных мер. В том числе, разрабатываются меры по максимальному затруднению оказания финансовой поддержки нелояльным власти политическим силам, и напротив, облегчению финансовой поддержки и ее упрочению для сил лояльных. Также это изменение избирательного законодательства с тем, чтобы никаких новых сил, никаких самостоятельных и независимых от Кремля сил на политическом поле не появлялось.
И то, о чем мы как раз говорим, эта риторика поиска врагов, направлена, в частности, на то, чтобы небольшие на сегодняшний день политические фигуры или группы были максимально маргинализованы, дискредитированы и ассоциированы как раз с этими самыми врагами - то ли они на их деньги, то ли они с их голоса поют. И если маргинализация и дискредитация оказываются недостаточными, то у власти все равно есть возможности либо нейтрализовать эти силы, либо действовать в их отношении более жестко.
Все эти меры, я повторяю, направлены на то, чтобы полностью очистить политическое пространство от конкурентов и обеспечить свободу маневра пропрезидентским силам, и практически на сегодняшний день эта задача уже реализована.
http://www.iamik.ru/?op=full&what=content&ident=31354
29.11.2006 / Источник: ИА "МиК"/
http://www.carnegie.ru/ru/pubs/media/75004.htm
