Вячеслав Иванов
Как ни странно, но, почти половину времени живя в Таллине, Михаил Веллер практически нигде в своих литературных произведениях не упоминает ни об эстонской столице, ни о самой Эстонии, ни о её жителях. В его произведениях явные "эстонские позывные" отсутствуют. Но, видимо, что-то есть в здешнем воздухе, или в здешней почве, что притягивает его, не даёт оторваться. Впрочем, он сам говорит об этом - в интервью, которое мне удалось взять у него в один из его приездов в Таллин:
- Скажи, пожалуйста: Михаил Веллер - это российский писатель, живущий в Эстонии, или это эстонский писатель, который издаётся и читается в России?
- Лучший ответ на этот вопрос дала газета "Санкт-Петербург Таймс" на английском языке, где было написано, что Михаил Веллер - это псевдоним автора, который с детства мечтал жить в Америке, писать по-английски и быть таким же, как Стивен Кинг. Дескать, Веллер - это выдуманное имя, на самом деле там какая-то совсем другая, простая фамилия, не имеющая с этой ничего общего... Но "настоящую" фамилию так и не назвали. Когда я получил эту статью, то сильно резвился.
Какая разница, кто где живет?! Можно ли назвать Скотта Фитцджеральда французским (парижским) американским писателем? Или французским англоязычным писателем? Или когда Джойс сидел в Швейцарии, то являлся ли он швейцарскоземельским ирландским англоязычным писателем?
Вообще я балдею от этикеток! Но место этикеткам - на банках с продуктами в магазине. Вот - живу сам по себе, и кто я такой - я не знаю. Очевидно, я маргинал. И куда бы ни пришёл - "свой среди чужих, чужой среди своих", ну, и так далее... Если меня надо куда-то "подверстать", то я бы предложил такое определение: в меру моих малых сил, отпущенных природой, я пытаюсь что-то делать в границах того, что обычно называют русской литературой.
- И тем не менее: ты подолгу живёшь то в Эстонии, то в России. А где тебе комфортнее - как писателю и просто как человеку?
- У нас у всех, как в том анекдоте, - один глобус, и другого глобуса нет. Так что приходится устраиваться по возможности. Я думаю, что я бы гораздо меньше времени проводил в России, если бы там был развитый институт литагентов. Чтобы я не знал никого и ничего - ни переводчиков, ни издателей, ни книготорговцев. Я бы знал своего литагента и ему передоверял бы свою рукопись. А там уже - пусть он бы её продавал за огромные деньги, ругался бы с кем надо, получал бы свой процент, обкрадывал бы автора - всё было бы совершенно прекрасно!.. А я бы в России имел дело только со своими личными друзьями, ходил в Петербурге в Эрмитаж, и так далее, и так далее... Но поскольку, как справедливо заметил Глеб Жеглов, у нищих слуг нет, то приходится свои дела - по бедности - делать самому. В основном этими делами я в России и занимаюсь. И чем дальше, - тем всё более в Москве, чем в Петербурге.
- А нет ли вообще желания (или возможности) окончательно поселиться в России?
- Наши желания, как известно, не всегда совпадают с нашими возможностями. Можно, конечно, размечтаться: дескать, вот если бы у меня сейчас зазвонил телефон, и в трубке бы раздалось: "С вами будет говорить господин Березовский!", и господин Березовский сказал бы так: "Уважаемый Михаил Иосифович, тут я прочитал вашу книгу - обалдел до невозможности! За целый день не заработал ни цента, всё нахожусь под впечатлением вашего таланта. И я подумал: а не могу ли я вам купить где-нибудь, на Петровке или на Сретенке - где вам понравится, какую-нибудь - ну, скажем, малюсенькую пятикомнатную, квартирку - в знак моего почтения к вашим замечательным литературным способностям? И назначить вам такую небольшую стипендию - ну, чтобы жить можно было? А вы себе живите и пишите!.."
- И как - не звонит Березовский?
- Слушай, не звонит! Может, телефон не в порядке? Я уже проверял: нет, так обычно работает, а как звонит Березовский - перестает работать...
Вообще-то я некоторое время назад установил для себя, что Эстония - идеальная страна, если руководствоваться воззрениями Конфуция на то, каковым надлежит быть государству. Рядовой подданный в государстве вообще не должен знать, как зовут императора. Он должен смутно догадываться, что император где-то там есть. Ибо он - подданный - живёт своими нуждами, и всё у него, шатко ли, валко ли, идёт своим чередом... Ему нет дела до императора, а императору нет дела до него. Тогда всё в порядке. Потому что когда простой народ хорошо-о-о знает, кто император, это значит, что из него соков уже выдавливают немножечко сверх меры: "Кисонька, лапочка, еще полстаканчика!.."
Так вот: в Эстонии (правда, я на службу не хожу - дома сижу) я не знаю, что делается в политике. По мне это не бьёт! На мою голову это не обрушивается! Я тихо делаю своё дело и могу жить - я никого не трогаю, меня никто не трогает...
В России такие штучки не проходят! В России ты влезаешь в телевизор, и потом тебя, с поворотом, бригада "неотложки" оттуда вытаскивает за ноги! Потому что как же оторваться от "ящика"?! Там - крадут, тут - тебя продают, и так далее, и так далее, и так далее...
Так вот - всё-таки работать-то спокойнее здесь. Настолько спокойнее, что я иногда для себя (в припадке мании величия) проживание здесь рассматриваю, ну, вроде как на са-а-амой "дальней даче товарища Сталина"...
* * *
В.И. Небольшое уточнение. Этот наш разговор состоялся в тот период, когда в Эстонии, действительно, можно было жить, "не зная, как зовут императора". С тех пор кое-что изменилось. То ли пример России оказался заразительным, то ли процесс глобализации зашёл уже так далеко... Но из интервью, как из песни, слова не выкинешь
Русский Портал. Между прошлым и будущим
http://www.veneportaal.ee/vahel/03/11031101.htm
