Михаил Задорнов: `Не надо превращать ограничение расходов в фетиш`

Интервью заместителя председателя думского бюджетного комитета Михаила Задорнова корреспонденту `Коммерсантъ-Daily`
-- По некоторым оценкам, бюджет-2004 -- это бюджет воюющей страны. Вы так не считаете?

-- Конечно, силовые ведомства в 2004 году получили приоритет. Доля расходов на оборону, правоохранительные органы и МЧС в общей сумме расходов бюджета увеличилась с 25 до 28%. Это существенно. Правда, расходы на судебную систему при этом растут на 30%, опережая все остальные разделы бюджета. Конечно, в абсолютных цифрах эти разделы несравнимы: на судебную власть будет выделено около 33 млрд рублей, а только на оборону -- 412 млрд рублей. При этом такие разделы, как финансовая помощь регионам, социальная политика, сельское хозяйство, промышленность и транспорт вообще не получили прироста в сравнении с текущим годом.
Но я бы не стал утверждать, что это бюджет воюющей страны: реформа армии предполагает увеличение расходов на боевую подготовку и оборонный заказ. Необходимо действительно серьезное реформирование армии и правоохранительных органов. Иначе я не верю в эффективность использования этих средств. Поэтому надо не просто увеличивать финансирование, но и соблюдать четкие сроки и направления военной реформы и правоохранительных органов и эффективно использовать средства. Этого, к сожалению, не происходит.

-- По структуре бюджет-2004 похож на бюджет-2003. Видите ли вы что-то принципиально новое?

-- Я бы выделил три новые идеи. Долгожданное событие: правительство вместе с бюджетом внесло законопроект о стабилизационном фонде. Причем его концепция теперь фактически совпадает с предложенной депутатами. Вторая особенность -- существенное изменение налоговой части бюджета. Третья особенность: резкое увеличение объема предоставления гарантий. К имеющимся уже двум крупным гарантиям -- `Аэрофлоту` от военных рисков на 30 млрд рублей и государственному агентству по ипотечному и жилищному кредитованию на 4,5 млрд рублей -- добавились несколько новых: по экспортным кредитам -- 12 млрд рублей, по кредитам малому бизнесу -- 3 млрд рублей, на проекты в транспортной и другой инфраструктуре -- 3 млрд рублей и на создание системы спутниковой связи -- 3 млрд рублей. Таким образом, объем государственных гарантий под инвестиционные проекты вырос почти до 60 млрд рублей.

-- Что вас порадовало в концепции стабилизационного фонда? Остались ли разногласия?

-- Первоначально правительство предполагало, что стабилизационный фонд три года расходоваться вообще не будет, пока не вырастет примерно до 600 млрд рублей. Теперь во внесенном проекте стабилизационный фонд формируется с января 2004 года, деньги в него поступают в мае -- после подведения итогов текущего года, и его можно использовать начиная со следующего же, 2004 года. Процедурные расхождения у правительства и Думы остались: например, кто и по какой процедуре будет принимать решения о зачислении денег в фонд? Скажем, на конец 2003 года осталось в финансовом резерве 250 млрд рублей. По законопроекту правительство в мае само должно решать, какую часть средств зачислить на счета фонда. Разумеется, депутатов подобная процедура вряд ли устроит.

-- Может быть, правительство перестраховалось, сделав цену отсечения $20 за баррель нефти? Не лучше ли уже сейчас пустить деньги из стабфонда на неотложные нужды?

-- Использовать резервы сегодня -- значит ставить под удар возможности государства финансировать зарплаты, пенсии и инвестиции при падении цен на нефть. Хотя, по прогнозам нефтяных экспертов, в 2004 году обвального падения цен на нефть не будет. ОПЕК контролирует рынок, в Штатах и Европе -- низкие запасы, не удастся быстро восстановить экспортные поставки из Ирака. В то же время, на мой взгляд, не надо превращать в фетиш ограничение непроцентных расходов, ведь у нас масса проблем практически в каждой сфере, не доведены до конца структурные реформы. Если есть деньги, то почему военную реформу надо растягивать на семь лет? Логика ограничения непроцентных расходов при наличии дополнительных $10 млрд в финансовом резерве при нерешенности очень многих задач и профицитных бюджетах непонятна.

-- В бюджете заложен рост в 5%, но чтобы достичь удвоения ВВП к 2010 году, необходим восьмипроцентный ежегодный рост. Что делать?

-- Это проблема не бюджета, а экономической политики в целом. Надо ускорить банковскую реформу, усовершенствовать налоговое администрирование, снизить единый социальный налог. Эта работа уже идет. Напомню, весной Госдума в первом чтении решила с 2005 года изменить регрессию социального налога: до 100 тыс. рублей среднегодового дохода работника -- ставка 30%, от 300 до 600 тыс.-- 15%, свыше 600 тыс.-- 5%. Надо сократить функции государства, изменить сами механизмы его функционирования. Наконец, много лет идут дискуссии о реформировании естественных монополий, но пока мало что делается в этом направлении. Более того, во многих сферах экономики наблюдается стремление монополизировать рынки. Например, холдинг `Руспромавто` контролирует 75% производства автобусов в стране, группа МДМ -- значительную часть угольной промышленности и т. д. Созданная РАО ЕЭС компания -- РКС в системе ЖКХ, несмотря на все плюсы прихода частного бизнеса в ЖКХ, может превратиться для некоторых регионов в локальную монополию со всеми вытекающими последствиями. Я могу привести десяток примеров, когда делается попытка строить бизнес путем создания монополии. Это вообще распространенная стратегия бизнеса в России. Государство не проводит внятную антитрастовую, антимонопольную политику.

-- То есть с монополиями мы вряд ли удвоимся?

-- Да, монополистам незачем снижать издержки, увеличивать объемы продаж, они и при низких темпах роста зарабатывают благодаря монопольным ценам. А там, где хотя бы три компании конкурируют, идет динамичное развитие. Наиболее конкурентные рынки сейчас -- пивной, табачный, рынок мобильной связи.

-- Решается ли в новом бюджете задача повышения эффективности расходования бюджетных средств? По оценкам экспертов, в бюджете до 30% неэффективных расходов, и правительство уже не первый год говорит о том, что надо переходить к бюджетированию по результатам.

-- Эта задача, увы, не решается. Конструкция бюджета остается инерционной.

-- Как должен составляться бюджет, чтобы повысилась эффективность расходов?

-- Например, у нас существует сейчас более 500 вузов. Государство говорит: нам нужно приготовить для разных сфер, допустим, миллион специалистов. На каждого студента мы выделяем столько-то тысяч рублей в год и перечисляем их в тот вуз, где студент предпочтет учиться. Аналогично следует поступать и в здравоохранении. Государство должно определить базовый набор медицинских услуг и их стоимость. И деньги должны двигаться за больным. Во всех странах мира государство финансирует типовой набор услуг. Больница при этом может обслуживать и небюджетных клиентов, пополняя свой бюджет. А сейчас все это финансируется через смету, финансируется сеть, а не услуга.


`Коммерсантъ-Daily` 19.09.2003http://nvolgatrade.ru/