Президент Казахстана Нурсултан НАЗАРБАЕВ подводит итоги уходящего года, оценивает перспективы развития отношений с Россией и ситуацию в Ираке в эксклюзивном интервью первому заместителю генерального директора, исполнительному директору Интерфакса Дмитрию ВОСКОБОЙНИКОВУ - специально для `Известий`.
- Нурсултан Абишевич, наступило время подводить итоги Года Казахстана в России. Как он прошел и что привнес нового, на ваш взгляд, в казахстанско-российские отношения?
- В целом этот год прошел результативно, придал еще большую динамику нашим дружеским и партнерским отношениям. Мы преодолели синдром `дружбы центрами` - правительствами, столицами, администрациями. В течение года акцент был переведен на регионы, отрасли, конкретные коллективы, на организацию прямых контактов между ними и просто между людьми. В течение года было всего 5-6 встреч на высшем уровне, все остальные мероприятия, а их было более 150, прошли в различных областях и городах России.
Имеются и другие показательные моменты. Например, в процессе делимитации государственной границы между Казахстаном и Россией делается все, чтобы в обеих странах понимали: мы не разделяем людей, а лишь обозначаем линию границы, которая будет содействовать обеспечению их безопасности и цивилизованному решению межгосударственных вопросов.
В некоторых российских изданиях появились утверждения, что из Казахстана в Россию поступает основная часть наркотиков, идет массовая нелегальная миграция, исходят другие угрозы. Предлагалось границу наглухо закрыть. Да, проблема существует, но суть-то ее совершенно в иной плоскости. Казахстан сам является объектом этих же угроз, исходящих с южных рубежей. И мы вынуждены тратить огромные силы и средства на то, чтобы обезопасить себя и, образно говоря, прикрыть Россию.
Недавно в российских политических кругах прозвучала мысль направить средства, затрачиваемые на укрепление границы между Казахстаном и Россией (это порядка семи тысяч километров), на совместное укрепление общих южных границ. Думаю, что это вполне может быть предметом обсуждения.
- В последнее время много говорят об особом экономическом феномене Казахстана, об успехах в рыночных реформах. В чем конкретно этот феномен выражается?
- В начале 1992 года была разработана Стратегия становления и развития Казахстана как суверенного государства. В несколько этапов была проведена приватизация, которая являлась для нас прежде всего процессом поиска приемлемой модели и эффективного собственника. В те годы была достигнута финансовая и макроэкономическая стабилизация, созданы бюджетная и налоговая системы, подавлена беспрецедентная инфляция, обеспечен минимально достаточный уровень жизни населения.
К началу 1997 года мы смогли перейти от `выживания` к планомерному и устойчивому развитию. Тогда была разработана Стратегия развития Казахстана до 2030 года. Мы начали новый интенсивный виток преобразований, в том числе структурные реформы в базовых, особо значимых в социальном плане сферах экономики. Совокупный экономический рост за последние четыре года составил 49 процентов. Это выше, чем у любой другой страны СНГ. Реальный рост ВВП по отношению к 2000 году составляет порядка 36 процентов. Если мы будем сохранять эти темпы, то к 2008 году удвоим его.
Рост экономики позволил достаточно уверенно решать социальные проблемы. Средний размер заработной платы и пенсий находится в числе самых высоких по СНГ. По величине среднемесячной номинальной зарплаты мы пока уступаем только России, но уже в начале следующего года планируем обогнать и ее. Сейчас номинальная заработная плата и среднедушевой денежный доход растут в Казахстане ежемесячно на 15 процентов, тогда как уровень среднегодовой инфляции - 6,5 процента. Идет снижение безработицы. По сравнению с прошлым годом почти в два раза выросли темпы жилищного строительства.
- А как вы оцениваете нынешнее состояние и перспективы России?
- Оцениваю как очень даже неплохие. Макроэкономические показатели России по сравнению с 1999 годом выглядят очень хорошо и обнадеживающе.
Президент России поставил задачу удвоения ВВП в ближайшей перспективе. Это очень ответственный шаг и вполне реализуемый. Нас, как и Россию, часто критикуют за преобладание сырьевого экспорта. Но экспорт энергетических ресурсов, в частности углеводородов, в настоящее время представляет для нас основной рычаг роста экономики, и это совсем неплохо.
В конце прошлого века на Западе в некоторых политических и околополитических кругах началось, а кое-где не закончилось до сих пор празднование победы в `холодной войне` и наступления эпохи однополюсного мира. Одно из проявлений видится и в том, что есть желающие `поставить Россию на место`. Это глубокая ошибка.
Считаю, что без России любая международная комбинация в глобальных или региональных масштабах будет неполной и ущербной. Не напрасно легендарный Шарль де Голль употреблял всегда уважительный и много говорящий термин `вечная Россия`.
- Все большую актуальность в мировой геополитике приобретает каспийская проблематика. Насколько готовы к возможным сценариям развития ситуации вокруг каспийской нефти Казахстан и Россия?
- `У войны запах нефти`. Вы, наверное, помните этот афоризм, возникший еще в начале XX века. А сейчас Россия и Казахстан и другие наши партнеры по Каспию объединены общей целью - сделать его морем дружбы и сотрудничества.
Как и век назад, в этой тематике присутствуют политическая игра, недобросовестная конкуренция. Мировые эксперты подтверждают, что нервозность арабских стран и ОПЕК в целом вызывается не столько масштабами каспийских месторождений, сколько тем, что государства региона не входят в состав картеля. А потоки каспийской нефти могут разрушить его мощь. Поэтому я и предлагал прикаспийским государствам создать свою организацию. Это предложение, к сожалению, пока не нашло должного отклика.
Не заинтересованы, как оказалось, в выходе казахстанской нефти на мировые рынки и некоторые российские компании. Особенно после намеков американской администрации, что казахстанская нефть может быть использована североамериканскими потребителями. Ряд компаний обратились к правительству России с предложением о сокращении казахстанской квоты для увеличения прокачки своей вопреки существующим межгосударственным договоренностям. Но к чести российской власти пересмотра не состоялось.
Для освоения тех объемов добычи, которые планирует наша страна, мы не обойдемся без инвестиций и участия зарубежного капитала. В числе своих партнеров мы хотели бы видеть в первую очередь российских бизнесменов. К слову, на этот счет у нас уже идут активные консультации с `ЛУКОЙЛом`.
- В последние годы, особенно после иракского кризиса, очень много внимания мировые политики уделяют деятельности ведущих международных организаций. Нередко они подвергаются резкой критике. А как вы к ним относитесь?
- Я, наверное, не исключение, хотя в целом отношусь к институтам международного сотрудничества и безопасности с уважением и пониманием их высокой роли.
В целом же то, что я наблюдаю сегодня в решении острейших международных проблем, можно назвать застоем. Абсолютное большинство стран безоговорочно поддерживают борьбу с терроризмом, во всяком случае, декларируют это. Но на деле, оказывается, эту борьбу все понимают по-разному. Между тем сейчас происходит эскалация международного терроризма. Ирак ничего не решил, если не обострил проблему. Однако там все мы в одной упряжке. Наши позиции с Россией схожи, приближаются к этому и другие партнеры по альянсу, в том числе США. Необходимо вести многосторонние консультации с участием всех стран.
`Известия` 29.12.2003
