Системные исследования последнего времени свидетельствуют о том, что нынешние россияне высокоактивны в обустройстве своей собственной жизни и в этом обнаруживается определенный оптимизм. Но в основе своей они и пессимистичны в той части, которая касается будущего страны и общей ситуации в России. Наиболее емкое объяснение этого противоречия состоит в том, что люди не видят для себя возможности контролировать ситуацию за пределами своего жизненного пространства. Проще говоря, они не хотят вмешиваться в те процессы, которые не могут объяснить и изменить.
Самоидентификации в семейном кругу сейчас на порядок выше идентификации в больших социальных общностях. Эта ломка идентичностей является, по-видимому, эффектом постсоветского периода, заключающегося в резком переходе от идентичности по типу: "мы - советские люди, что звучит гордо" к самоопределению "мы - это мои близкие, и ни государству, ни другим до нас нет дела". Поэтому следует говорить о том, что постсоветское российское общество крайне дезинтегрировано. В основе всплесков патриотизма в последние годы, лежит, прежде всего, внешняя опасность: США, Ирак, Иран, Ливия, Сирия, НАТО, ЕвроПРО.
Идеологический подход всегда основан на временных показателях, т.е. на необходимости ранжирования населения на поколения, которые играют весьма существенную роль в процессе цивилизационного развития России. Традиционно формирование идеологии с точки зрения временного подхода, основаны на межпоколенческом конфликте.
Необходимо учитывать, что старшее поколение формировалось под серьезным и бескомпромиссным давлением идей коммунизма, но, немало и тех, кто пострадал от этой идеологии. Фактически в последние годы происходит и поляризация старшего поколения, что в прежние годы было не так заметно.
Среднее поколение так же не едино, хотя практически все "пострадали" от перехода одной идеологии к формированию другой и даже приняли в ней самое непосредственное участие. Но в отличие от старшего поколения, среднее поколение проявило максимальную активность в формировании среднего класса, в развитии бизнеса и в оформлении нового для России подхода к жизни.
Поэтому, с одной стороны у среднего поколения есть желание жить активно, а с другой стороны они боятся перемен. Кроме того, в среднем поколении четко проявляется разрыв между бедными и богатыми. Этот разрыв не так виден среди старшего поколения.
И, наконец, молодое поколение. Наша молодежь настолько пестра по составу, что говорить однозначно о ней нельзя. Здесь вряд ли возможно упрекать молодое поколение в несознательности или непатриотизме. Скорее всего, это следствие неоформленности той идеологии, которая дает уверенность в дальнейшее жизни. Значит, существует большая вероятность того, что диалог между средним и молодым поколением наладить сложно. Молодое поколение фактически формирует сейчас свою идеологическую парадигму.
Однако отсутствие жизненного опыта, четких культурных и духовных ориентиров и устойчивой идеологии делает молодое поколение наиболее уязвимой от внешних факторов. Ценности, в основном западные, которые зачастую не вписывались в русскую идеологическую парадигму, проникают с большой легкостью, вследствие своей простоты и привлекательности.
В тоже время следует отметить, что молодое поколение ищет выход и в этом поиске у нее есть стремление опереться не только на прозападные ценности, но и на российский патриотизм.
Рассматривая идеологическую парадигму в категории время, необходимо констатировать факт политического, социального и экономического абсентизма в каждом из трех представленных поколений.
В силу исторических обстоятельств Россия сложилась как огромное государство с населением, насчитывающим 168 нации и народности. И на всем пространстве мы обнаруживаем разное, неоднородное формирование системы ценностей и взглядов на развитие страны.
С точки зрения пространственного подхода, необходимо отметить, что Россия неоднородна и представляет собой ряд самостоятельно функционирующих региональных образований, имеющих определенный вектор идеологической направленности.
Европейская часть России в силу своей географической расположенности больше тяготеет к Европе. У европейского населения четко прослеживается европоцентризм и ценности предложенные Западом, учитывая, что долгое время европейская часть России находилась под непосредственным влиянием европейской культуры и идеологии. Население европейской части России отличает в целом приверженность к либерализму и либеральным ценностям.
На особом положении в европейском регионе находится Северный Кавказ с его традиционным укладом жизни и традиционалистской культурой больше подвержен влиянию Турции и Ирана. Сама по себе культура народов Северного Кавказа больше ориентирована на традиционные связи, патриархальный уклад и поданическую политическую культуру. Нельзя забывать о сильных позициях ислама в этом регионе, а ислам в основе своей консервативен. Поэтому население Северного Кавказа еще долго будет определяться со своей идеологической позицией.
Население Урала и Сибири отличается весьма высокой политической активностью и высоким уровнем, как среднего, так и высшего образования. Эти показатели подчеркивают относительно устойчивую тенденцию к формированию идеологии неоконсерватизма. Уральские и сибирские регионы чувствуют себя более независимо, так как имеют финансовую основу. В целом население этих регионов в основном согласно жить при авторитарном правлении, лишь бы ощущать ту устойчивость, которая так была характерна для СССР. Следует отметить в этих регионах и сильные позиции Русской Православной Церкви, поэтому здесь также сильна идеология традиционализма.
Сильные позиции буддизма среди населения в Забайкальском регионе и влияние Монголии вряд ли можно отрицать, хотя оно и не такое мощное, как скажем влияние Китая. Тем не менее, можно с уверенностью сказать, что регион не разделяет официальную идеологию либерализма.
Идеологически население Дальнего Востока считают себя европейцами и приверженцами европейских ценностей, хотя здесь ощущается большое влияние идеологических воззрений Китая и Японии. Поэтому проявляется определенная идеологическая двойственность, а в этой связи с этим большая демократичность и толерантность населения этого региона.
Близость с Японией, с одной стороны, определяет некие неолибералистские идеологические ценности, с другой стороны, влияние китайского традиционализма также весьма проявляется сильно.
Необходимо указать также и на особую роль городов-регионов как Москва и Санкт-Петербург, которые являются своего рода медиаторами нашего общества. Москва - это некий вектор, за которым нужно идти.
Сегодня достаточно обоснованно можно говорить о том, что российское государство не имеет идеологического единства.
Нас объединяет язык, культура и история. Однако идеологически мы разные и в этом, видимо, наша сила....
Профессор Александр Гусев в интервью журналу "Геополитика" www.geopolitika.ucoz.ru/
viperson.ru
