Приднестровцы не хотят жить в Молдавии
Что ждет Приднестровье, каковы отношения между Россией и странами СНГ, какие мигранты нужны России, что должно стать приоритетом в сотрудничестве РФ с бывшими советскими республиками? На эти и другие вопросы в интервью Стране.Ru ответил первый заместитель главы комитета Госдумы по делам СНГ и связям с соотечественниками Ахмед Билалов, принявший участие в Форуме молодых лидеров СНГ, который проходит 17-18 сентября в Сочи.
- Ахмед Гаджиевич, референдум по Приднестровью показал, что жители региона стремятся в Россию. Но есть ли у России убежденность в том, что нам необходимо ассимилировать новые пространства на территории СНГ?
- В нашей Конституции нет конкретного механизма решения подобных проблем. Безусловно, в случае с Приднестровьем мы стали заложником проблемы, которая возникла после распада СССР. Во-первых, в Приднестровье проживает большое количество граждан России. Поэтому мы приняли в Госдуме закон о защите наших соотечественников за пределами России. Во-вторых, мы, конечно, не заинтересованы ни в каких конфликтах у наших границ и вообще в СНГ. В-третьих, мы отдаем себе отчет в том, что без участия Украины вопрос о статусе Приднестровья не может быть решен. Тем более, при противодействии со стороны Украины.
Тот факт, что на сегодняшний день Украина ведет себя конфронтационно по отношению к Приднестровью, связан, на мой взгляд, с тем, что украинский и молдавский бизнес интернационализировались и поддерживают систему беззастенчивых поборов и нарушений прав. В этом смысле Приднестровье - лакомый кусок как для Молдавии, так и для Украины. В общем, позиция Госдумы и России в целом такова, что мы осознанно относимся к стоящей перед нами задаче по оказанию помощи соотечественникам в Приднестровье.
Другие шаги требуют более долгих переговоров. Сейчас из Молдавии звучат не очень корректные обвинения в том, что мы поддерживаем сепаратистов. Но мы продолжаем выступать с предложением, что вопрос о статусе Приднестровья должен быть решен в ходе длительного процесса переговоров при участии всех сторон. У России есть наработки - есть "меморандум Козака", есть другие предложения, которые направлены на защиту интересов граждан. Мы отдаем себе отчет в том, что воевать в Приднестровье никто не собирается. Но спросите у любого приднестровца, хочет ли он жить в Молдавии, и вы услышите, что нет. Куда это приведет - время покажет.
- Россия имеет геополитические интересы в СНГ, которые выражаются в поддержке Москвой идеи об общем гуманитарном и социально-экономическом пространстве в регионе. Со стороны стран СНГ есть встречное движение?
- Как вы заметили, даже российские эксперты не могут сформулировать сегодня какие-то глобальные общие интересы и мнения по отношению к государствам СНГ. Очевидно, что этот вопрос не может быть решен абстрактно. Что такое геополитический интерес? Контакты с Россией выгодны сегодня всем, в том числе и странам Балтии. Существует интерес к российскому рынку. Он рождает интерес к рынку труда, а следовательно, к образованию. Базовый язык на пространстве СНГ сегодня русский. Но сохранится ли это положение через 4-5 лет?
- Вы заговорили о рынке труда. Сейчас в обществе идет острое обсуждение этой темы. Какие мигранты нужны России?
- Вы правы, острейшая дискуссия на эту тему развернулась и в Госдуме. Мы не против мигрантов, а за. Нам нужны квалифицированные мигранты. Другой вопрос - мигранты прибывают из стран с разным уровнем экономического развития, разной подготовкой и квалификацией. Все это невозможно уложить в рамки одного регулирующего документа. Наша стратегическая задача - привлечение качественной рабочей силы, освоение Западной и Восточной Сибири этими руками. Но сейчас масса людей, едущих в Россию, - это пенсионеры или, к примеру, люди, которые имеют определенные пожелания по своему статусу. Мы должны сохранять чувство собственного экономического интереса, принимая мигрантов, и, разумеется, ощущение общей родины. С другой стороны, понятно, что к нам потянутся, если мы будем сильны. Если мы будем слабы, то мы будем никому не нужны.
- Вы сказали в одном из своих интервью, что энергетика - это приоритет в отношениях России со странами СНГ...
- Да, и не только со странами СНГ, это глобальная проблема. Смешно, когда нас обвиняют в энергетическом шантаже. С таким же успехом можно обвинить в этом компанию "Шеврон". Проблема углеводородов и воды, безусловно, стоит на первом месте в отношениях между Россией и СНГ. С другой стороны, я признаю, что энергетическое сотрудничество очень важно, но не оно одно определяет отношения России с соседями. Взять, к примеру, Белоруссию. У нас очень тесные прагматические отношения, но завязаны они отнюдь не на "трубе".
- Сейчас модны всякие рейтинги "топ-тен". Не могли бы вы высказать ваше собственное мнение о том, с какими странами СНГ отношения сегодня наиболее проблемны, а с какими наиболее благоприятны?
- У меня собственная система ценностей. Отношения могут быть блестящими, но недолговечными. Есть страны, которые стремятся улучшить свою экономику, развивая партнерские отношения с Россией. Есть страны, которые, имея независимость, хотят получать побольше от России, не меняя законодательство, систему производственных отношений, и в этом основная проблема.
Украина, имея с нами проблемы по газу, будет оставаться в списке недовольных независимо от того, кто там будет президентом. Приходится констатировать, что у нас сейчас не очень дружественные отношения с Киевом. Но мы заинтересованы в том, чтобы Украина стала сильной. Нам выгодна конкуренция на глобальном уровне. Нам выгодно, чтобы украинские товары на российском рынке были конкурентоспособными. Нам выгодно торговать с Украиной газом по рыночной цене, ведь тогда зачем нам гнать газ куда-то в "АО "ЕС", если мы можем продавать его соседям.
Образцом же, к чему стоит стремиться, для меня являются отношения между Россией и Казахстаном. Эти отношения развиваются без ущерба для суверенитета обеих стран, но с потрясающим мультикативным эффектом.
18.09.06.
СОЧИ /Ангелина Тимофеева, Страна.Ru/.
Национальная информационная служба Страна.Ru, 2000-2006.
