Еще два года назад Михаил Касьянов был одним из самых влиятельных политиков России - и пока он был премьер-министром, чаще всего выступал на стороне президента Владимира Путина. Однако после того, как серия перестановок в правительстве закончилась его увольнением (позже он заявил, что поборется за пост президента в 2008 году в качестве демократического кандидата), Касьянов в России стал практически никем.
Его попытки организовать встречи с избирателями в регионах России срывались - либо из-за сообщений (как правило, ложных), о том, что здание заминировано, либо из-за демонстраций пропутинского молодежного движения "Наши", организованного при поддержке Кремля в прошлом году. Государственное телевидение его игнорирует. Банк, который заподозрили в финансовой поддержке Касьянова, подвергли обыскам, якобы по обвинению в финансовых нарушениях, и вынудили уйти из бизнеса. А прокуратура начала расследование - многие считают, что политически мотивированное - законности приобретения им бывшей государственной дачи.
Еще со времен Ельцина, когда пресса обвиняла харизматичного Касьянова в том, что он использует служебное положение в целях личной выгоды - он, кстати, всегда это отрицал, - к нему прочно приклеилось прозвище "Миша два процента", и даже не очень понятно, какими средствами он собирается набрать популярность в народе. И тем не менее Кремль, похоже, ничто не хочет пускать на самотек.
Это и есть российская "управляемая демократия" в действии - система, в которой сама по себе выборная конкуренция сохраняется, но при этом делается все возможное для того, чтобы заранее обеспечить нужный результат. Или, как выразился один российский политтехнолог: "Демократия - это когда власти устраивают выборы. Управляемая демократия - это выборы и их результат устраивают власти".
По словам сторонников Путина, каких в стране множество, именно такая модель нужна России - по крайней мере, сегодня. Пережив семьдесят лет коммунизма и обладая весьма слабыми демократическими традициями, эта огромная и многоэтническая страна не может просто взять и переделать себя под политическую систему западного типа, как уже сделали многие ее бывшие сателлиты из Восточной Европы. Если в стране все пустить на самотек, говорят они, русский народ проголосует за коммунистов или националистов. России необходим переходный период с сильной властью, чтобы за это время рыночные реформы создали то самый средний класс, который и станет проводником демократических ценностей.
Кое-кто из сторонников президента добавляет, что у либерал-демократов была возможность управлять страной по собственному усмотрению - в 90-е годы, когда президентом был Борис Ельцин. И "шоковая терапия", которую они применили, пусть с благими намерениями, для того, чтобы одним движением перетянуть страну из коммунизма в капитализм, отобрала средства у миллионов людей, создала узкую касту сверхбогатых "олигархов", практически опустошила государственную казну и поставила страну на грань распада.
На электоральном лице либеральных партий еще проступает клеймо финансового кризиса, который пережила Россия в 1998 году, когда был объявлен дефолт на миллиарды долларов долга, проведена девальвация рубля, и сбережения простых людей, уже во второй раз за десять лет, превратились в ничто. И неутешительные результаты, которые они показали на "думских" (парламентских) выборах 2003 года, нельзя просто объяснять тем, что Кремль усилил контроль над политической жизнью, а СМИ перед выборами освещали исключительно деятельность пропутинской партии "Единая Россия", которая и получила в парламенте две трети мест.
- Путин ведь тоже не просто так появился, - считает Андрей Климов, заместитель руководителя группы "Единой России" в Думе. - России нужен был кто-то вроде него, кто смог бы объединить общество.
Россия Путина - это совсем не копия с Советского Союза. Граждане страны имеют право делать то, о чем двадцать лет назад и помыслить было нельзя: свободно путешествовать по миру, открыть собственное дело, ходить в церковь, смотреть спутниковое телевидение и без всякой цензуры сидеть в интернете. Также в России можно голосовать за различные партии. Но в то же время российский народ испытывает на себе влияние множества сил, стремящихся влиять на его политическое поведение.
Система "управляемой демократии" работает посредством двух основных механизмов. Во-первых, для манипулирования общественным мнением и общественной жизнью, а также для глушения голосов оппозиции используются полиция, спецслужбы, суды, избирательные комиссии, но прежде всего средства массовой информации (см. ниже). Во-вторых, в России существует индустрия "политической технологии", в которой крутятся многие миллионы долларов. Преподаватель лондонской Школы исследований славянских стран и стран Восточной Европы (School of Slavonic & East European Studies) Эндрю Уилсон (Andrew Wilson) в своей книге "Виртуальная политика: как подделывается демократия на постсоветском пространстве" (Virtual Politics: Faking Democracy in the Post-Soviet World) приводит головокружительное число свидетельств того, как для того, чтобы "организовать" желаемый результат, в России применяют так называемый "черный пиар" и множество других информационных и предвыборных схем.
По словам Уилсона, в мире российской политики - как, впрочем, и во многих других станах бывшего Советского Союза - партии и политики зачастую являются совершенно не тем, кем кажутся. Это могут быть, например, "клоны" - искусственные партии, создаваемые при поддержке властей и проповедующие программы, сходные с программами оппозиционных партий, в результате чего электоральная база последних "расползается". Яркий пример такой партии - националистическая "Родина", созданная с благословения Кремля перед парламентскими выборами 2003 года с целью украсть часть голосов у коммунистов. "Родина" выполнила эту задачу с блеском - однако в этом году ее лидер Дмитрий Рогозин ушел в отставку, объясняя это давлением Кремля, начавшимся якобы из-за того, что партия стала слишком популярной. Редактор независимого политического интернет-сайта grani.ru Владимир Корсунский определяет Россию как "общество постановочной демократии".
- Это спектакль, в котором роли распределяет Кремль-режиссер, - говорит он.
Однако все эти технологии придумал не Путин. По мнению Григория Явлинского, который уже долгое время стоит во главе либерально-демократической партии "Яблоко", историю управляемой демократии в России надо отсчитывать с 1996 года, когда российские олигархи, многие из которых уже в 1995 году получили в свое распоряжение прибыльные государственные предприятия, использовали свой финансовый и информационный ресурс на то, чтобы поддержать переизбрание на второй срок Ельцина и предотвратить победу коммунистов, казавшуюся на тот момент практически предрешенной. На преувеличении негативных последствий такого исхода заработал не один политтехнолог, и с их помощью Ельцин, рейтинг которого еще в конце 2005 года исчислялся единицами процентов, победил год спустя.
- Все олигархи, все СМИ согласились стать несвободными, чтобы предотвратить возвращение коммунизма, - говорит Марат Гельман, политтехнолог, работавший над той кампанией. - С того момента и началась управляемая демократия.
Примерно то же самое случилось и в 2000 году, только кандидатом, пришедшим из ниоткуда, стал тогда Владимир Путин. После того, как в Москве произошли взрывы домов, ответственность за которые возложили на повстанцев-сепаратистов, к угрозе коммунистического реванша добавился призрак чеченского терроризма. Во многом Путин был сверхудачным политическим "проектом", выбранным в том числе и из-за того, что он идеально соответствовал образу кандидата, нарисованного кремлевскими социологами.
В свое время Запад смотрел на тактику, применяемую при Ельцине, сквозь пальцы - во-первых, потому что тоже хотел не допустить возвращения к власти коммунистов; во-вторых, потому что команда Ельцина сохраняла приверженность экономическим реформам.
Однако между временами Ельцина и Путина все же есть существенная разница. Дело не только в том, что на втором сроке желание Путина проводить рыночные реформы существенно ослабло. Дело еще и в том, что он постарался максимально "отточить" ту систему управляемой демократии, что досталась ему в наследство, несмотря на обладание преимуществами, которых у его предшественника не было: реальной личной популярностью - его рейтинг не опускается ниже 70 процентов - и быстрым экономическим ростом, состоявшимся благодаря высоким ценам на нефть.
Лишения, которые людям пришлось перенести в 90-е годы, сделали свое дело: многие россияне стали относиться к демократии скептически и добровольно идут на сделку, которую фактически предлагает им Путин. В апреле независимая социологическая служба "Левада-Центр" провела опрос общественного мнения, в результате которого оказалось, что практически половина респондентов готова пожертвовать свободой и правами человека в обмен на материальное благосостояние. Такие политические задачи, как "укрепление демократии и свободы слова", заняли в списке предпочтений опрошенных лишь восьмое место, далеко позади необходимости развивать промышленность.
И все же Путин, хотя с "Единой Россией" он, скорее всего, выиграл бы выборы и так, безо всякой манипуляции, за свой первый срок ввел контроль государства над двумя телевизионными каналами и несколькими газетами, которые ранее контролировали олигархи. А всю решительность, с которой власти готовы применять судебную систему для нейтрализации политических оппонентов, показало дело "ЮКОСа", в результате которого самый богатый человек России Михаил Ходорковский был посажен в тюрьму за мошенничество сразу же после того, как заявил о своих политических амбициях.
После переизбрания Путина на второй срок усиление политического контроля продолжилось. Кремль использовал захват заложников в Беслане в качестве повода для усиления собственного контроля над 89 регионами России - там были отменены выборы губернаторов, вместо которых ввели голосование региональных парламентов за назначенцев президента - и проведения через парламент закона о пропорциональной системе выборов в Думу, таким образом полностью исключив представительство по одномандатным округам, из которых в парламент проходили независимые кандидаты.
В Кремле утверждают, что изменения в избирательном законодательстве были направлены на то, чтобы способствовать развитию более крупных и стабильных партий, и прибавляют, что благодаря закону о замене губернаторов на назначенцев стало возможно удаление из губернаторских кресел некомпетентных и коррумпированных фигур, деньгами проложивших себе дорогу к власти.
На дальнейшие шаги по укреплению контроля Кремля над страной Москва пошла после демократических революций 2003 года в Грузии и 2004-го - на Украине. В России был принят жесткий закон в отношении неправительственных организаций, финансируемых из-за рубежа, о которых говорили, что они активно участвовали в разжигании инакомыслия. В качестве противовеса возможности возникновения продемократических молодежных группировок, аналогичных тем, что вели за собой толпы народа в Киеве и Тбилиси, тогда же были созданы "Наши".
- Следующие два года станут решающими - поймут ли люди или нет, что Россия движется в неправильном направлении, - утверждает Михаил Касьянов. - Если не поймут, то те политические свободы, которые сегодня лишь ужимаются, будут полностью разрушены.
Однако даже он признает, как и большинство аналитиков, что при нынешнем уровне кремлевского контроля возможность осуществления в России своей "оранжевой революции" в 2008 году крайне мала. Хотя люди из окружения Путина вполне могут еще убедить его изменить Конституцию и пойти президентом на третий срок - по опросам, большинство населения поддержало бы подобный шаг, - наиболее вероятен сценарий, в котором Путин указывает на своего преемника. Он уже выделил в качестве потенциальных кандидатов бывшего главу своей администрации Дмитрия Медведева и министра обороны Сергея Иванова, "произведя" обоих в первые вице-премьеры.
И все же, видя, что Кремль все закручивает гайки, многие, включая и бывших союзников, уже говорят о том, что их пора начать ослаблять. Марат Гельман, ушедший из сферы политических технологий в 2003 году, считает, что, поскольку коммунистические силы сегодня в упадке, а нефтяные деньги текут в страну рекой, пришло время для того, чтобы сбивать "штукатурку", которой Путин замаскировал трещины ельцинской эпохи.
Генеральный директор компании Renaissance Capital Стивен Дженнингс (Stephen Jennings) занимается инвестиционной деятельностью в России уже 14 лет. По его словам, в конце концов давление со стороны нового поколения бизнесменов и предпринимателей, прошедших международную школу, станет непреодолимым.
- В долгосрочной перспективе результат уже ясен, - заявил он неделю назад, выступая на конференции. - Народ и бизнес пересилят нынешнюю раздутую и неэффективную власть.
Однако это случится не сегодня, а до того времени Западу придется иметь дело с Россией, весьма отличной от той страны, которую он надеялся увидеть на обломках СССР.
27.06.2006
http://www.inosmi.ru/translation/228410.html
Нейл Бакли (Neil Buckley)
