Эксперты считают, что одна только амнистия не приведет к миру на Кавказе
МОСКВА /Владимир Аверин, радиостанция "Маяк"/. Директор ФСБ Николай Патрушев от имени руководства России призвал чеченских боевиков сложить оружие до 1 августа и на заседании Национального антитеррористического комитета предложил рассмотреть проект постановления об объявлении амнистии в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния в ходе проведения контртеррористической операции на территории Северо-Кавказского региона Российской Федерации. Насколько действенны эти меры в принципе и какие технические вопросы надо решить для того, чтобы они возымели свое действие? Об этом рассуждают советник президента РФ Асламбек Аслаханов и первый заместитель председателя думского Комитета по безопасности Михаил Гришанков.
- Михаил Игнатьевич, предложенные меры повлияют на окончание боевых действий на территории Чечни и сопредельных республик? Ваше мнение?
ГРИШАНКОВ: Нельзя полагать, что только эти действия приведут к окончанию напряженности на Кавказе. Но это очень важный шаг, который предложил Николай Платонович Патрушев как руководитель Национального антитеррористического комитета. Лично для меня несомненно, что после уничтожения Басаева ситуация должна меняться. И действительно, есть информация о том, что ряд участников незаконных вооруженных формирований, скажем так, брали в руки оружие под страхом уничтожения своих семей. Поэтому нужно дать возможность сложить оружие и выйти к властям.
- А есть ли какие-то количественные оценки, сколько всего сейчас людей в лесах и какой процент из них может сложить оружие в результате предложенных мер?
ГРИШАНКОВ: Давать какие-либо количественные оценки сегодня, наверное, просто беспочвенно. Может быть, я выскажу несколько парадоксальное мнение: если даже 100 человек сложат оружие, 100 человек вернутся к нормальной жизни, значит, чьи-то жизни будут спасены.
- То есть любой возможностью надо пользоваться для этого. Но с другой стороны, проект постановления об амнистии должен быть направлен в Государственную Думу. Государственная Дума сейчас на каникулах и соберется только в сентябре. Значит ли это, что если люди выйдут из леса и сложат оружие до 1 августа, то до того момента, пока Государственная Дума не соберется и не примет соответствующее постановление, будет правовой вакуум?
ГРИШАНКОВ: Действительно, есть несколько вопросов, связанных со сроками введения амнистии. Но, откровенно говоря, я не вижу никаких сложностей. Если необходимо будет собраться, то депутаты вполне могут собраться и принять это важнейшее решение для страны.
- То есть технических проблем возникнуть не должно в принципе?
ГРИШАНКОВ: На мой взгляд, настолько серьезный вопрос, что можно прерваться на несколько дней и вернуться в Москву для того, чтобы попытаться дополнительно внести вклад в стабилизацию ситуации на Кавказе.
- Ряд общественных деятелей и политиков, прежде всего чеченских, в частности президент Чечни Алу Алханов, дали понять, что такого краткого срока - до 1 августа - недостаточно, просто не до всех успеет дойти информация. Алу Алханов предложил либо сделать эту амнистию бессрочной, либо продлить ее хотя бы до 1 января 2007 года. С вашей точки зрения, это ограничение по срокам чем вызвано? И действительно ли оно необходимо?
ГРИШАНКОВ: Я не думаю, что это ограничение на сегодняшний день жесткое. Слова президента Алу Алханова, я считаю, нужно воспринимать очень серьезно. Действительно, чтобы донести информацию, как говорится, используя "сарафанное радио", до всех боевиков, которые находятся высоко в горах, нужно время. Поэтому я считаю, что есть смысл обсуждать вопрос пролонгирования данной амнистии. Но, на мой взгляд, она не может быть бессрочная. Всегда должен быть определенный срок, в течение которого человек, который держит в руках оружие, должен сделать свой выбор: или вернуться, или быть готовым к тому, что его уничтожат.
- Не только эта мера может принципиально изменить ситуацию в Чечне. Сейчас в Чечне проводится и операция по выкупу оружия у населения, прежде всего огнестрельного оружия. Не в первый раз она объявлена. Прошлая не дала ощутимых результатов. Люди ссылались на то, что недостаточен размер компенсации. Возможно, считали, что недостаточно изменилась обстановка, ствол нужен самим. С вашей точки зрения, сегодня можно говорить о сломе ситуации? Может быть, после уничтожения Басаева люди действительно пойдут сдавать оружие? И каков должен быть размер компенсации, чтобы их стимулировать?
ГРИШАНКОВ: У меня, к сожалению, сейчас нет статистики по количеству оружия, которое уже сдано в обмен на компенсации.
- Я могу сказать, что в прошлом году сдано 137 единиц стрелкового оружия, около 700 килограммов взрывчатки и 13 тысяч различных боеприпасов, всего потрачено 19 миллионов рублей на это дело.
ГРИШАНКОВ: Давайте просто признаемся, что на Кавказе такое количество оружия! Во-первых, огромное количество было оставлено в начале 90-х годов, плюс боевики закупали это оружие и тайно и нетайно. Поэтому 137 стволов за прошлый год - это, конечно, просто капля в море. Но такие операции по скупке оружия надо проводить. И, конечно, если потребуется, увеличивать сумму выкупа. Но я уверен, что даже эта операция, которая сейчас реализуется, она не приведет, скажем так, к радикальному уменьшению количества оружия. На Кавказе испокон веков всегда старались держать оружие в своем доме. Но эту работу надо проводить.
- Надо ли еще какими-то законодательными мерами поддерживать тех людей, которые перейдут на сторону Российской Федерации? Нужны ли какие-то законодательные меры обеспечения социальной, трудовой реабилитации этих людей?
ГРИШАНКОВ: Я думаю, что вопросы социальной и трудовой реабилитации не решить каким-либо одним законом. Могу сказать, что в Госдуме создана комиссия по Северному Кавказу, где вопросы социальной реабилитации и социально-экономического развития региона постоянно рассматриваются. Возглавляет комиссию Владимир Семенович Катренко, очень уважаемый политик.
Несомненно, для того чтобы люди, сложившие оружие, вернулись к нормальной жизни, у них должны быть рабочие места. Сегодня немало средств вкладывается в экономику Чечни. Очень важно, чтобы они все использовались по назначению. И, насколько я знаю, предполагается увеличение выплат на социальные нужды. То есть и на строительство школ, детских садов, и на строительство больниц. Все эти меры должны все-таки приводить к стабилизации, которая на самом деле объективно на сегодняшний день прослеживается.
- Спасибо, Михаил Игнатьевич.
Мой следующий вопрос Асламбеку Ахмедовичу Аслаханову, советнику президента Российской Федерации, доктору юридических наук, генералу милиции. Ваше принципиальное отношение к амнистии? На ваш взгляд, эта мера действительно дает результаты, позволяет улучшить ситуацию? Поскольку эта амнистия не первая, есть некоторый опыт уже, наверное. Может быть, есть что-то принципиально новое в этой амнистии?
АСЛАХАНОВ: Это будет третья амнистия, которую намерена принять Государственная Дума. Во-первых, две амнистии, с моей точки зрения, они в полной мере не реализовались. Первая амнистия была, свыше 400 человек, на них было распространено действие этой амнистии. Результаты в конечном итоге были очень негативные. Потому что их уничтожали и те, которые называли себя боевиками, потому что они ушли, и уничтожали их наши представители спецслужб, потому что считали - это третья колонна, которая в любое время может выстрелить. Такие у нас печальные инциденты были. И когда принимали в 2004 году вторую амнистию, два было проекта, один проект я подготовил и его, как положено, сдал на Совет Госдумы для рассмотрения. Второй проект был подготовлен комитетом Крашенинникова (Комитет ГД по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству. - Ред.). Но потом его представили как президентский проект, и я по просьбе снял свой проект, когда мне было сказано, что основные мои посылы будут учтены. Но, по сути дела, обещание не сдержали. И практически, как я считаю, главное, что могло бы способствовать распространению этой амнистии на многих боевиков, оно было проторпедировано.
- С вашей точки зрения, какие главные положения все-таки должны быть в постановлении об амнистии?
АСЛАХАНОВ: Главное, сами амнистированные должны понять, что эта амнистия даст возможность им вернуться к мирной жизни и в мирной жизни их, исходя из их прошлого, не будут преследовать, в первую очередь, местные чиновники, во вторую очередь, представители силовых структур. Вот когда они в это поверят, я даю гарантию, что многие очень серьезно задумаются и примут решение прекратить этот образ жизни, который очень негативно влияет в первую очередь на их соотечественников, граждан Российской Федерации чеченской национальности.
20.07.06 15:57 Страна.Ru
