Вышла из печати книга А.И.Солженицына "Двести лет вместе" - об истории евреев в России. Вернее, лишь первый ее том, охватывающий период с конца 18 в. и до февральской революции
Солженицына много раз обвиняли в антисемитизме - он всякий раз яростно это отрицал. При таком обостренном внимании критиков именно к данной теме написать о ней книгу - шаг безусловно отважный. Только такой человек, как Александр Исаевич, вечно идущий наперекор, всегда говорящий наособицу, - только он и мог такое удумать. Разумеется, многие станут читать эту книгу пристрастно, и, я не сомневаюсь, найдут в ней подтверждения всем своим страхам: Солженицын защищает процентные квоты, введенные Александром III для евреев при приеме в университеты (при этом он трогательно зовет себе в союзники нынешнюю американскую политкорректность с ее квотами для меньшинств); отрицает ответственность царского правительства за погромы; и даже намекает, что не все так ясно в деле Бейлиса. С другой стороны, и человек, относящийся к нашему патриарху благожелательно, также найдет, за что зацепиться: Александр Исаевич отрицает, хоть и вяло, подлинность "Протоколов сионских мудрецов"; не верит в мировой жидо-масонский заговор и твердо заявляет, что в революции виноват весь народ. Не будь он духовно к ней готов - никаким темным силам не удалось бы сбить его с пути.
Мы не дадим вовлечь себя в эту полемику (антисемит - не-антисемит), изначально обреченную на скандал - присмотримся лучше к методологии Солженицын. Ведь он сам заявляет, что "Двести лет вместе" - это его первое научное произведение. Пока писатель выступал с публицистическими трактатами (типа "России в обвале"), о методологии говорить было бы нелепо - автор памфлетов не нанимался быть логичным и последовательным. Но сейчас Солженицын, защитившись частоколом научных ссылок, на самом деле подставил себя для научного же анализа - а такому страстному человеку, как он, научная холодность дается с трудом. Обратим внимание хоть на те же солженицинские ссылки - они создают лишь видимость научности. Он не работает с источниками, а стремится лишь к тому, чтобы по всякому вопросу были представлены два точки зрения - русскую выражает Карамзин, Шульгин и др. "русские" авторы, а еврейскую обычно - "Еврейская энциклопедия", самый часто цитируемый источник. Разумеется, ни один исследователь никогда в жизни не стал бы ссылаться на энциклопедии как на источник фактов. Однако Александр Исаевич и не ищет фактов - он сталкивает между собой неизменно две точки зрения, которые он считает представительными выразителями русского и еврейского взгляда на вещи, и думает, что тем достигает объективности.
Если бы Солженицын шел за историческим документом, а не за своей априорной концепцией, он, быть может, новыми глазами взглянул бы на многие факты, которые приведены в его же собственной книге: о том, например, что харьковские евреи на рубеже 20 века не осознавали себя ни в каком смысле евреями. Или вот колоритный персонаж 18 века - саксонский купец Грюнштейн, лютеранин по вере, русский подданный, офицер преображенского полка, участник переворота, приведшего к власти Елизавету, крепостник, скандалист, этакий Долохов, сосланный за дебоши в Устюг. Почему этот человек попал в книгу Солженицына? В каком смысле он - еврей? Ни в каком, пожалуй, если, конечно, не считать гены. Но для автора национальность - это приговор, от нее не отмоешься. А эта аксиома заранее дает ответ на все вопросы - чего уж тут исследовать. Солженицын думает, что написал научный трактат о евреях. Он ошибается по всем трем позициям - из-под его пера вышел страстный манифест русского просвещенного почвенничества. В одном Александр Исаевич прав - эта идейная ниша как не была заполнена сто лет назад, так пустует в России и посейчас. Незахлебчивый национализм - только Солженицыну одному и вподым!
http://itogi.lenta.ru/books/2001/06/28/solzhen/
viperson.ru
