Сергей Александрович, в Зальцбурге Михаил Касьянов сказал, что не исключает возможности присоединения России к Европе. Жак Ширак на это ответил в интервью "Эхо Москвы", что вряд ли Россия может присоединиться к ЕС, и вообще, он считает, что в многополярном мире у России другое предназначение: она должна стать одним из полюсов притяжения. Но в таком случае, зачем Михаил Касьянов вообще заговорил о столь маловероятном присоединении?
Собственно вопрос маловероятности - вопрос вторичный. Дело в том, что полноправное членство России в ЕС не является необходимым для России, главное - это участие в европейских институтах.
Например, абсолютно необходимо присоединение России к европейской зоне свободной торговли. Существует еще более широкая концепция европейского экономического пространства, которая выходит за пределы зоны свободной торговли.
Второе, о чем следует сказать, это визовый и паспортный режим. Совершенно очевидно, что создание широкой Шенгенской зоны осложнит жизнь россиян и интеграцию с Европой. Поэтому вопросы свободной циркуляции граждан между Россией и Европой также очень существенны. Я думаю, что все это будет предметом торга.
Я хотел бы обратить ваше внимание на то, как тяжело проходит присоединение Турции к Европе. Турция - это типичный пример страны, которая хочет вступить в Европейский Союз и по экономическим соображениям могла бы вступить, но этот процесс осложняют большие политические проблемы, связанные с разницей культур.
Франция, кстати, одна из наиболее ярких противников вступления Турции в Европейский Союз.
Позиция Ширака мне понятна. Его идея о том, что Россия должна быть центром притяжения означает просто попытку вытолкнуть Россию за пределы Европы, в Азию. Кончится это все тем, что в Европейский Союз вступят все страны, включая Украину и, может быть, Белоруссию. Россию же хотят оставить вне союза. Формальным возражением может быть военный конфликт в Чечне. Но рано или поздно эта проблема будет урегулирована, поэтому в перспективе все равно этот вопрос надо ставить.
Нам самим не очень удобно полностью входить в Европу хотя бы уже потому, что тем самым мы становимся заложниками брюссельской бюрократии, что нежелательно. С другой стороны, и европейцам крайне неудобно иметь такую огромную страну внутри Европейского Союза. Что ж получится, что мы будем иметь голосов в Европейской комиссии больше даже, чем Германия. Поэтому и для нас и для Европы наиболее приемлемый вариант, на котором можно было бы сойтись, - это специальные отношения, специальный договор о дружбе и сотрудничестве, в котором были бы решены, допустим, вопросы свободной торговли, свободного перемещения, определенной унификации законодательства.
Я вообще считаю, что мы могли бы идти на принятие определенных европейских стандартов, как в рамках соглашения, так и в одностороннем порядке. Это все то, над чем стоит работать. В принципе, европейское законодательство достаточно прогрессивное и по большинству позиций, оно нас устраивает, но по некоторым позициям оно недостаточно либерально.
А насколько реально становление России в качестве некоего полюса притяжения?
Это маловероятно. Непонятно, кого мы будем притягивать. Китай-то поджимает. Он явно быстрее развивается, набирает политический и экономический вес, чем Россия. И Европейский Союз расширяется. Кого мы будем притягивать, совершенно непонятно. Ну, может быть, Молдавию, Армению, я не знаю. Но никакого полюса притяжения я не вижу. Полюс-то есть, Россия велика, но притягивать-то особенно некого.
Тут мне кажется, оптимальным для России является система двусторонних союзов с основными игроками в окрестностях России. Очевидно, что это Европейский союз, это Иран и Китай - ключевые силы вокруг России. Может быть еще Турция, если останется отдельно от Европейского союза.
То есть тогда Россия станет некоторым связующим звеном?
Мы и так им будем. Но с точки зрения экономической и политической нам необходима тесная интеграция с Европой. Это как раз тот оптимальный партнер для России, который должен быть приоритетным.
3 июля 2001
http://www.opec.ru
