В среду ночью меня разбудил телефон. Звонил журналист из Сингапура. Собеседник на ломаном английском извинялся за позднее беспокойство, рассказывал, как долго и безуспешно искал координаты Геннадия Турецкого в Австралии, затем попросил помочь. Когда же я попыталась объяснить, что не могу дать телефон, да и интервью никакого он, скорее всего, от тренера не получит, тот ошарашил:
- Мне не нужно интервью. У Турецкого плавает наш спортсмен. По его словам мы знаем, что Турецкий - порядочный человек. Он многое сделал для нашей страны, и мне просто хочется поддержать его в сложной ситуации, дать понять, что он не один. И просили бы вас, если можно, дать нашу точку зрения в российской прессе.
Признаться, ничего подобного я не ожидала. За трое суток, прошедших с начала скандала вокруг имени российского тренера (не думаю, что нужно напоминать подробности - все еще на слуху), слов поддержки в его адрес, кроме сказанных учениками - четырехкратным олимпийским чемпионом Александром Поповым и чемпионом Сиднея Майклом Климом, я не нашла ни в одном из информационных сообщений.
Рвение полицейских, учинивших обыск у Турецкого, понятно. Скандал связан с личностью мирового масштаба, и чем бы он ни закончился, это хороший шанс прославить себя хотя бы в масштабе провинциальной (несмотря на звание столицы) Канберры.
Могу понять и желание законопослушных австралийских чиновников дождаться судебного вердикта. Они горой встали на защиту своих спортсменов, но при этом никак не упоминали имени российского тренера. Для Австралии Турецкий - чужой. Наверное, этим и объясняется поспешное решение на всякий случай отстранить его от работы со сборной Австралии на июльском чемпионате мира.
В разговоре со мной во вторник Турецкий с обидой сказал: "Вся эта история уже нанесла сильнейший моральный ущерб как мне, так и всем моим ученикам".
А что же российские спортивные чиновники? Вероятнее всего, они, как и австралийцы, посчитали благоразумным дождаться окончательного выяснения обстоятельств. Тем более что тренер в России не работает уже много лет (как было отмечено в одном из официальных высказываний).
Все вроде логично. Но мне вспоминается давняя история с австралийкой Сьюзан О`Нил, уличенной в употреблении запрещенного препарата (в отличие от истории с Турецким, факт был налицо) меньше чем за год до Олимпийских игр в Атланте-96. В течение первых же суток состоялись телефонные разговоры австралийской федерации плавания с главой НОК страны Кевином Госпером, того - с президентом МОК Хуаном Антонио Самаранчем, Самаранча - с главой антидопинговой комиссии (с пожеланием, чтобы наказание было не слишком жестоким). В итоге дело в отношении спортсменки и ее тренера быстро было спущено на тормозах.
Весь мир успел убедиться: австралийцы намерены защищать своих до последнего. И не боятся показать это. Даже когда те виноваты.
Годом позже Международная федерация плавания отказалась ратифицировать мировые рекорды двукратного олимпийского чемпиона Дениса Панкратова из-за того, что спортсмен - по халатности организаторов соревнований во Франции - не прошел обязательный в таких случаях допингконтроль. На следующий день имя пловца и слово "допинг" фигурировало во всех заголовках. Моральный ущерб был налицо. Реакции с российской стороны - никакой.
В последнее время в России все чаще декларируется желание защищать своих граждан, где бы те ни проживали. Турецкий на такую защиту право безусловно имеет. Не только как тренер, принесший России олимпийские золотые медали и много лет работающий именно на российский престиж, но просто как гражданин. И уж наверняка вправе рассчитывать хотя бы на простую человеческую поддержку со стороны спортивных ведомств.
Но ни одному нашему руководителю не пришло в голову даже позвонить в редакции газет, как это сделал никому не известный сингапурец, не имеющий никакого отношения к России и российскому плаванию.
http://www.velena.ru/comment/2001/COM2001_1304.html
