О грядущем "кризисе", а то и "дефолте", сегодня не говорит только ленивый. Что это - влияние приближающегося десятилетнего юбилея августа 1998-го, массовый психоз или реальная опасность, грозящая российской экономике? Президент Альфа-Банка Петр Авен уверен, что условия для масштабного кризиса, способного поставить страну на колени, отсутствуют. Однако это не значит, что все российские банки легко переживут кризис ликвидности. А значит, потрясения локального масштаба все-таки возможны.
Подушка безопасности
Нет, не будет, Лидия Васильевна, не будет у нас дефолта. Дефолт - это неспособность государства платить по внешним долгам, во-первых. И, во-вторых, неспособность государства и Центрального банка обеспечивать необходимый объем иностранной валюты для участников экономической деятельности в нашей собственной стране. Почему это невозможно сегодня? Во-первых, у нас нет таких внешних долгов, мы со всеми расплатились. У нас отношение внешнего долга к ВВП страны - лучшее в Европе. Второе. У нас серьезные золотовалютные резервы - 424 миллиарда долларов США. По этому показателю мы находимся на третьем месте в мире после Китая и Японии. И вот это то, о чем говорят многие эксперты. Это "подушка безопасности" для всей экономики и для всех граждан страны.
Ответ Владимира Путина на вопрос жительницы Красноярска Лидии Васильевны Ивановой, заданный в ходе "Прямой линии с Президентом".
Вместо того чтобы муссировать тему кризиса, на взгляд Авена, куда полезнее обсуждать системные явления. И прежде всего продолжающуюся глобализацию, все глубже затягивающую Россию в мировую экономику:
"Российская экономика перестала быть экономикой перехода от капитализма к социализму. То, что мы имеем сегодня, - типичные проблемы развивающейся капиталистической экономики. И мы все больше становимся похожи на нормальную развивающуюся страну..."
Воплям о приближении "очередного" кризиса и истерикам по поводу роста цен Авен противопоставляет принципиально иной тезис: многие проблемы российской экономике приходится решать, по сути, впервые. Просто потому, что сама по себе экономика стала иной - и очень непохожей на ту, что сломалась в августе 1998-го. Кроме того, истоки многих проблем следует искать не только внутри, но и вовне:
"Даже президент говорил: рост цен во многом обусловлен тем, что происходит во всем мире. Меняются стандарты потребления, падают субсидии в сельском хозяйстве в Европе. Точно так же те финансовые проблемы, которые мы переживаем сегодня - и, надеюсь, переживем, - приходят из-за рубежа".
Так откуда взялись разговоры о кризисе и дефолте? Заграница виновата? Петр Авен предлагает начинать обсуждение не с эмоций и поиска врагов, а с анализа фундаментальных показателей российской экономики - экономического роста, инфляции и резервов: "По всем этим показателям у нас по-прежнему очень хорошие результаты. Особенно это касается экономического роста, который в этом году, возможно, достигнет 8%. У нас по-прежнему все очень неплохо с резервами, которые устойчиво растут: президент называл цифру в 424 миллиарда долларов. А вот ситуация с инфляцией хуже: во многом из-за внешних причин она обгоняет запланированные показатели и составит в этом году 10%, а возможно, и более. Не все хорошо у нас и с текущими операциями: импорт растет фундаментально быстрее экспорта".
Макроэкономических проблем больше, чем достижений? Петр Авен не советует оценивать события в статике: "Если смотреть на динамику, то все выглядит более чем хорошо".
Страна стала другой еще и потому, что доходы населения существенно выросли, а политическая ситуация вполне стабильна. "Начиная с 1991 года жизнь россиян фундаментально улучшилась, - говорит Авен. - Статистика показывает беспрецедентно высокий уровень роста реальных доходов населения, особенно в последние годы, начиная с 1999-го. То, что рост уровня доходов населения составляет 10-12% в год, как и то, что этот рост в среднем составляет более 6%, - уникальная ситуация для сырьевой экономики. Мы видим, что, по всем показателям, люди живут сейчас лучше. И не только потому, что больше получают, но и потому, что в стране заработала с невиданной скоростью банковская система. Мы переживаем настоящий потребительский бум. То, что происходит в сфере потребительского кредитования и ипотеки, - потребительская революция, которую западные страны переживали после Второй мировой войны. Россияне начинают больше тратить, потому что больше зарабатывают, но стремительно растут и розничные кредиты. Банки все в большей степени финансируют рост потребления: мало того, что все мы больше зарабатываем, так еще и банки сильно ускоряют этот процесс. Все это отражают и количественные индикаторы: число автомобилей на душу населения удвоилось, что мы, к сожалению, наблюдаем в Москве каждый день. Кроме того, россияне сегодня - самые путешествующие после японцев".
Но за прошедшие годы изменились и другие развивающиеся страны. И мы не исключение. За последние 10-15 лет значительный рост продемонстрировали все государства с развивающимися экономиками, в терминологии Авена - страны "второго мира", государства "догоняющего" развития, уверенно вставшие на рельсы экономического роста. Китай, Мексика, Малайзия, Индонезия, Бразилия растут в среднем вдвое быстрее, чем страны развитого мира. Одновременно во "втором мире" фиксируется мощный прирост доли среднего класса. И оставлять без внимания эти глобальные факторы, анализируя ситуацию в России, уже невозможно.
Происходит фундаментальное изменение стандартов потребления, уровня жизни. И это одна из главных причин роста цен на продовольствие, - говорит Авен. - Люди во всем мире хотят совершенно по-другому питаться, и в этом смысле очень показателен пример США. Американцы едят одно и то же вне зависимости от уровня доходов. Мясо - одно и то же. Coca-Cola - одна и та же. По мере экономического роста стандарты потребления, и особенно пищевого, сближаются. И нас это тоже касается, ведь сегодня мы питаемся совершенно иначе, чем в 80-е!
Это происходит не только в Москве, но и по всей стране. Это происходит в домах, в ресторанах - повсюду. А главное, это происходит во всем мире. И здесь мы не уникальны.
Страны, о которых я говорил - не только Россия, - успешно развивались экономически. Но главное, все они многому научились. И в том числе управлять бюджетом. Министерства финансов всего мира изменили свои действия, так что сегодня практически все страны уходят от бюджетного дефицита.
Да, Россия все менее уникальна, а доля "национальной специфики" решительно снижается. Но то же самое происходит и в других динамично развивающихся странах. Мы радуемся растущему потоку инвестиций в нашу экономику. Но сегодня все страны с развивающимися экономиками привлекают уже 40% мировых инвестиций, тогда как в 1990 году этот показатель, по данным Петра Авена, не превышал 2%:
"Деньги идут прежде всего в страны "второго мира". И есть основания предполагать, что динамика относительного роста будет усиливаться. Кроме того, можно ожидать, что в ближайшие годы - если не будет никаких геополитических катаклизмов - страны "второго мира" не уступят в своем развитии государствам с развитой экономикой. Раньше мы верили собственным отчетам. Сейчас же больше верим рынку, прогнозам. А рынок считает, что развивающиеся страны более интересны, чем развитые".
Авен уверен, что российский капитал в мире начали уважать. Как следствие, инвестиции в частный сектор нашей экономики будут только нарастать: "Россия в этом смысле выглядит очень прилично. Не уникально, но хорошо".
Так что же, тему "кризиса" можно закрывать? Увы. Кроме добрых вестей о развитии российской экономики есть еще целый ряд обстоятельств, которые Петр Авен именует "сложными". Собственно, таковыми на самом деле они и являются.
http://www.alfabank.ru/press/monitoring/2007/11/29/1.html
