О проблемах отечественной трансплантологии шла речь на пресс-конференции, прошедшей в МИА `Россия сегодня`. Поводом для ее проведения стал недавний случай в подмосковных Люберцах, когда у умершего мужчины изъяли почку для трансплантации.
Выступая на пресс-конференции, замминистра здравоохранения РФ Татьяна Яковлева отметила, что определенные успехи в области трансплантологии в России есть. Благодаря Национальному проекту `Здоровье` и реализации Государственной программы развития здравоохранения Российской Федерации значительно улучшилась материально-техническая база медучреждений, а уровень оснащенности медицинской аппаратурой теперь не уступает европейскому. Постепенно решается проблема подготовки кадров, а общее число трансплантаций, проводимых за год, в последнее время увеличилось в два раза.
И, тем не менее, по сравнению с Европой в России пересадка органов проводится в несколько раз реже. В пересчете на численность населения, в России ежегодно нужно делать 9 тысяч трансплантаций в год. Сейчас же проводится только 1400 пересадок органов.
Леонид Рошаль считает, что негативное отношение к трансплантации формируют некоторые СМИ. А очередной скандал способен `опять отбросить трансплантологию на двадцать лет назад`. По его мнению, необходимо принять закон, по которому СМИ только после решения суда могут выносить на общественное обсуждение вопросы законности действия медиков.
Действующий сейчас закон `О трансплантации органов и тканей человека` предполагает так называемую `презумпцию согласия`, когда у умершего человека могут быть изъяты органы без ведома его родственников. Незнание этих норм и нюансов законодательства подчас порождает в обществе беспокойство и нелепые слухи.
Трансплантация по закону
Чтобы снять эти вопросы, Министерство здравоохранения РФ подготовило законопроект, вносящий изменения в действующие законодательные акты, касающиеся вопросов трансплантологии. В нем подробно прописаны вопросы организации донорства, какие органы подлежат донорству прижизненно, а какие – посмертно. Предполагается еще при жизни выяснять волеизъявление человека, его согласие на трансплантацию, и заносить эти данные в регистр.
Документ запрещает трансплантацию, если о человеке ничего неизвестно, а детское посмертное донорство допускается только с года и только с разрешения родителей.
Как сообщила Татьяна Яковлева, законопроект уже прошел общественные слушания и был согласован во всеми ведомствами, кроме ФАС. Антимонопольная служба считает, что трансплантацию должны иметь право проводить частные клиники. Однако Минздрав категорически против – это должно быть прерогативой только государственных медучреждений, подчеркивает Татьяна Владимировна.
Мифы о `черных` трансплантологах
`Я как никто другой переживаю случаи, когда возникают нелепые инсинуации по поводу изъятия органов у умерших людей в больницах, – признается Сергей Готье, главный трансплантолог Минздрава РФ. – Мы выполняем такую ответственную работу... Но мысль `если я это сделаю, завтра я стану преступником` останавливает врачей`.
Боятся не только врачи, но и сами пациенты. Если в США, и в Европе пересадка органов считается актом гуманности и милосердия, когда жизнь одного человека может продлиться в жизни другого, то в нашем обществе отношение к трансплантации сложнее.
Способствуют этому и распространенные мифы о `черных` трансплантологах, которые, к сожалению, не совсем беспочвенны. Преступные группы, промышлявшие торговлей органами, были выявлены в Косово и Албании. Не удалось до конца искоренить и коммерческое использование донорских органов в Китае.
В России же прижизненное донорство возможно, только если речь идет о родственниках. Запросто забрать орган у умирающего человека трансплантолог не может, говорит Татьяна Яковлева. От `черной трансплантологии` есть несколько степеней контроля, на уровне лечебного учреждения, Минздрава и Росздравнадзора.
В целом же количество трансплантаций в России настолько невелико по сравнению с количеством нуждаются в них, что говорить о `черном рынке` органов просто не имеет смысла. Для этого, по мнению эксперта, у нас просто нет условий. Например, из 1400 трансплантаций, проведенных в 2013 году, 727 составили пересадки почки. Почти половина этих операций – прижизненное донорство, когда родственник отдал свою почку близкому человеку.
`У нас нет даже "белого рынка" органов, откуда взяться "черному"!` - недоумевает Татьяна Яковлева.
Елена Бабичева
