Целевой («форсированный») сценарий роста (вариант 3) соответствует ориентирам долгосрочной государственной экономической политики и характеризуется интенсификацией всех имеющихся факторов экономического роста. Это предполагает ускорение реформ для улучшения бизнес-климата и интенсификацию притока иностранного капитала, а также активизацию использования национальных сбережений и рост государственных расходов на развитие социальной, энергетической и транспортной инфраструктур.
Сценарием предусматривается реализация задач, поставленных в указах Президента Российской Федерации, по созданию и модернизации 25 млн. высокопроизводительных рабочих мест к 2020 году, увеличению объема инвестиций не менее чем до 25% ВВП к 2015 году и до 27% к 2018 году, увеличению относительно 2011 года доли продукции высокотехнологичных и наукоемких отраслей экономики в ВВП к 2018 году в 1,3 раза относительно уровня 2011 года, производительности труда в 2018 году в 1,5 раза, а также мероприятий в рамках реализации государственной социальной политики, включая увеличение к 2018 году размера реальной заработной платы в 1,6–1,7 раза, в том числе увеличение заработной платы работников бюджетной сферы и научных сотрудников к 2018 году до 200% от средней заработной платы в соответствующем регионе.
Дополнительно сценарий предполагает более благоприятные демографические тренды. К 2030 году численность населения достигнет 151,4 млн человек против 141,8 млн человек по консервативному сценарию. Численность трудоспособного населения сократится в меньшей степени[1].
Формирование валового сбережения национальной экономики в прогнозный период при принятых сценарных условиях форсированного варианта развития будет характеризоваться восходящим трендом его относительного уровня. К 2030 году норма сбережения вырастет до 30,6% ВВП по сравнению с 28% в 2012 году.
Инвестиционная активность российской экономики в среднесрочной перспективе по форсированному варианту развития должна существенно возрасти. Ресурсы экономики, направляемые на валовое накопление основного капитала, должны возрасти с 21,8% ВВП в 2012 году до 29% ВВП в 2018 году. Уровень валового накопления основного капитала достигнет пиковых значений (более 33% ВВП) к 2022–2025 гг., несколько раньше, чем при развитии экономики по консервативному и инновационному вариантам, после чего в последующие пять лет произойдет его понижения в пределах 2 процентных пунктов.
Усиление инвестиционного спроса потребует мобилизации дополнительных финансовых ресурсов. Несмотря на более высокую норму сбережения домашних хозяйств, чем в других сценариях, опережающая потребность в масштабном финансировании инвестиционных программ приведет к необходимости повышения объемов заимствования недостающих ресурсов из-за рубежа, которые будут значительно выше соответствующих показателей консервативного и инновационного вариантов. Если в 2012 году Россия была чистым кредитором зарубежных стран (3,2% ВВП), то в прогнозный период она станет чистым заемщиком. К 2018 году национальная экономика должна последовательно увеличить объемы чистого заимствования у остального мира до 4,7% ВВП, а к 2020–2023 гг. – до 6,0–6,4% ВВП. К 2030 году чистый приток капитала в частный сектор снизится до 2,7% ВВП. Сальдо счета по текущим операциям будет находиться в отрицательной области на протяжении всего прогнозного периода. Таким образом, в сценарии форсированного развития создается достаточно высокая степень напряжения как в пропорциях деления располагаемого экономикой дохода между текущим потреблением и сбережением и целевого использования сберегаемого дохода на инвестиции, так и в плане зависимости роста от постоянного притока иностранных средств, в связи с чем формируются риски недостижения поставленных целей. Существенный рост внешнего долга и негативный счет текущих операций повышает уязвимость российской экономики по отношению к внешним шокам[2].
Таким образом опираться на сколько-нибудь обоснованные и реалистические сценарии развития, подготовленные МЭРом в предыдущие годы, не приходится. Не годятся для этих целей и прогнозы МЭРа, сделанные осенью 2016 года, в которых России вообще отказано в сколько-нибудь успешном развитии. Поэтому применительно к нашему прогнозу сценариев долгосрочного развития России до 2040 года приходится обращаться к собственной методике, апробированной в предыдущих работах[3].
[1] Прогноз долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года. – М.: МЭР, 2013. Март. – С. 59.
[2][2] Прогноз долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года. – М.: МЭР, 2013. Март. – С. 60.
[3] См., например: Подберезкин А.И. Сценарии развития России после 2021 года. – М.: МГИМО-Университет, 2016.
