Военная юстиция готовится снять погоны. Чтобы, собственно, перестать быть военной. Как планируется, с января следующего года Военная коллегия Верховного суда, а затем и все гарнизонные и окружные военные суды будут преобразованы в гражданские ведомства. Соответствующий законопроект уже внесен в Госдуму. Зная непоследовательность нашей власти в проведении насущных реформ, кто-то назовет все это декларацией о намерениях, сделав акцент на первом слове. Я же обратил бы больше внимания на второе. Тут важны именно намерения. Они - беспрецедентны. На протяжении долгих десятилетий наше военное ведомство стойко оборонялось от попыток общества повлиять на армейские порядки. Всякие "разговорчики в строю" зычно пресекались. Между тем давно созрела потребность внимательно посмотреть, что собой представляет сформировавшаяся еще в советские времена система военной юстиции. Одна из очевидностей: военная юстиция втянулась в политику. Точнее, ее втянули. Самый выразительный тому пример - дело Буданова. Все четыре года, с тех пор как полковник попал под арест и до вынесения приговора, его судьба зависела от колебаний политической погоды. Бесконечные метаморфозы по делу Буданова, напоминавшие сюжет чеховского "Хамелеона", не позволяли проникнуться уважением ни к военной прокуратуре, ни к суду.
Вторжение политики в сферу военной юстиции началось сравнительно недавно. Прежде следователи и прокуроры в офицерских погонах все больше занимались делами о дезертирстве, убийствах в воинских частях, хищениях со складов боеприпасов... Вмешательство в подобные расследования верховная власть не практиковала, ибо не знала в том нужды. А главному военному прокурору, кто бы эту должность ни занимал, не очень требовались навыки высокой чиновничьей дипломатии, дотошное знание коридоров и закоулков большой политики. Чтобы держаться на плаву и не портить себе карьеру, ему вполне хватало осведомленности о настроениях в кабинетах военного начальства. Так служить было проще и безопаснее. Надзор за исполнением законов в вооруженных силах, с точки зрения должностного самосохранения, и сейчас представляется делом не слишком обременительным. Ибо этот надзор носит шинель и отдает честь любому старшему по званию.
Теперь о военном суде. Вспомним два громких судебных вердикта. Первый: Военная коллегия Верховного суда отменила оправдательный приговор шестерым обвиняемым в убийстве журналиста Дмитрия Холодова. И второй: Мосгорсуд приговорил к 14 годам заключения Михаила Смурова, признав его виновным в организации одного из самых громких преступлений последнего времени -взрыва на Котляковском кладбище. Оба эти процесса были показательными. Нет, не в том привычном для нас смысле, когда из зала суда власть транслирует в общество свои представления о добре и зле. Речь о другом. Показательно, что в обоих случаях были пересмотрены приговоры одного и того же суда - Московского окружного военного. В оправдании военным судьей высокопоставленных армейских офицеров Генпрокуратура усмотрела тогда круговую поруку.
Если вести процесс, где в качестве обвиняемых фигурируют представители армии, у нас могут лишь люди в погонах, то круговая порука неизбежна, и удивляться тут нечему. Военная Фемида - это советский анахронизм. А как служит закону судья, связанный воинской присягой, уставами, армейской дисциплиной, хорошо известно. Но как только заходит речь о том, что интересы гражданского общества требуют отказаться от такого правосудия, из окопов и блиндажей российской военной юстиции тотчас же раздаются протестующие возгласы. Вот и председатель Московского окружного военного суда Александр Безнасюк на днях собрал журналистов и заявил, что квалифицированно разбирать дела о правонарушениях в армии могут только судьи в погонах. Мол, гражданские судьи не знают военной специфики. Знают. Как не знать. Эта "специфика" - в неизменном правовом ущемлении рядовых и всегдашнем оправдании командного состава. И чтобы освоить эту "специфику", не обязательно кончать юридический институт и военную академию. Любой старшина не хуже военного судьи разбирается, кого жучить, перед кем стоять навытяжку. Военная "специфика" - это когда отправить под трибунал бежавшего из части солдата, замордованного командиром роты, столь же естественно, как и укрыть офицера от уголовного преследования.
Уже не раз высказывались соображения, что следует преобразовать военные трибуналы в суды, вывести эти суды из подчинения Министерству обороны. Так почти во всем мире. Ни в США, ни в Англии, ни во Франции, ни в Италии нет юридического органа, осуществляющего надзор за соблюдением законности в вооруженных силах. А есть мощная военно-юридическая служба, обеспечивающая правопорядок в войсках. Есть военная полиция, расследующая преступления в армии. И никакой такой "специфики".
Если намерение снять с военных судей погоны будет реализовано, это станет первым шагом к реформе правоохранительной системы в вооруженных силах. К постепенному отказу от "специфического" военного правосудия. Как-то не очень оно совместимо с гражданским обществом, вбирающим в себя, кстати, и весь армейский мир.
03.08.2006
http://www.newizv.ru/news/2006-08-03/51424/
