Сразу обозначу свою позицию: я "за" суверенную демократию. И еще я за то, чтобы каждое утро солнце вставало на востоке.
На рубеже 80-тых годов был выдвинут лозунг - "Экономика должна быть экономной!" Наш остроумный народ сразу добавил: "А масло должно быть масляным!" Дружно, хотя и негромко посмеялись над шуткой, которая по отношению к нам шуткой в тот момент не являлась. Хозяйки, которым в то дефицитное время перепадал продукт под названием "масло", знали, что жарить на нем нельзя - слишком много в нем воды и слишком мало "масляности". А в сметане наполовину (судя по количеству воды при отстое) не хватало "сметанности". И "докторскую колбасу" люди ели (куда денешься?), а кошки - нет. Потому что в отличие от людей кошки читать не умеют и принимают или не принимают продукт в зависимости от вкуса и генетического инстинкта. Это была наша "неэкономная" экономика. А хотелось нормальной, естественной, "экономной экономики", когда можно было бы без талонов и очередей, за деньги, повсеместно, а не только в столичных городах приобрести необходимые "масляные" продукты.
К сожалению, основной политический упор был сделан на прилагательном, а не на существительном. Прилагательные выдумывали, а самой экономикой так и не занимались. Совсем недавно эту тему своевременно оживили сериалом "Брежнев". Особенно сочным выглядел эпизод с колбасой! Какие многозначительные бездействия были совершены вокруг этого батона, и как это напомнило сегодняшние идеологические манёвры некоторых партактивистов!
Тогда тоже принимались красивые программы. По экономическому ускорению (предварительная версия удвоения ВВП), о том, что каждый житель страны к 2000 году должен жить в отдельной квартире (никуда не денешься от аналогии с национальным проектом по жилью) и, естественно, продовольственная (ещё один национальный проект...). Только никак не доходили руки до реального производственного процесса - до того цеха, где изготавливалась "неколбасная" колбаса и где напрочь отбивалось элементарное желание работать (на те деньги, которые платили, купить уже ничего нельзя было, а талоны выдавали по месту жительства, а не по месту работы), производить что-либо более "колбасное", отличное от спущенного сверху ассортимента. Но планы выполнялись и проценты (не выборные, производственные) "достигались". А колбаса и масло постепенно исчезали и наконец исчезли совсем. А следом пропали водка, зубной порошок и мыло, а там и вся экономика. А без экономики не стало и страны. Той, в которой мы родились. Потому что без колбасы современные страны не существуют.
У демократии много признаков. Но главный - право голоса у народа (демоса), право публично высказываться и принимать решения по важным для него вопросам. И чем важнее вопросы, по которым он имеет право говорить и решать, тем "демократичнее демократия". Важнейший из этих вопросов - вопрос о власти. Если есть у народа право выбирать себе власть - можно говорить о наличии демократии. Любое прилагательное перед словом "демократия" - народная, закрытая, управляемая, суверенная, фиолетовая - это степень "колбасности", существительное, без которого прилагательное самостоятельного смысла не имеет.
Поэтому начинать надо с продукта. Есть ли в настоящее время в России демократия? Есть. Выбираем ведь! Да, уже не губернаторов, но еще мэров. Да, весной в регионах уже нельзя было голосовать "за" или "против" "Родины" (кто-то за нас уже внес изменения в политический ассортимент), но в Алтайской республике за "Родину" еще можно было отдать свой голос. Да, "Партия пенсионеров" после томской победы подверглась обезглавливанию за недостатки в поведении лидеров. И теперь нам предлагают продукт под тем же названием, но с меньшим количеством мяса и большим количеством наполнителя. Да, следующей осенью уже не будет одномандатных округов при выборах в Госдуму, но остались партийные выборы. Да, политических партий останется заметно меньше после своенравной чистки Федеральной регистрационной службой, но что-то будет. Да, исчезла графа "против всех", то есть покупателю-избирателю установили более предсказуемые нормы поведения: если заходишь в магазин, то обязан купить ту колбасу, которая предложена. Просто зайти, посмотреть и не купить, тем более написать в жалобную книгу, что желательно бы подновить ассортимент, - нельзя. Но это еще не пустые полки 91-го года. Магазинам еще позволено работать в убыток, хотя на 2-3 товарах трудновато набрать обороты...
Если уж нам так необходимо иметь прилагательное к демократии, то в настоящее время наиболее подходящим выглядит слово "убывающая" (Если бы советское руководство ввело в оборот этот термин - более точный, более честный, - глядишь, вздрогнули бы от диагноза, и судьба Союза сложилась бы по-другому.)
Убывающая демократия. В таком сочетании имеется практический смысл: оно обозначает ту черту, за которую можно заскочить, если власть (и Администрация президента, и правительство, и Парламент) будут продолжать законодательные и исполнительные действия в проторенном направлении.
Никто не подталкивал нас в 70-80-тые годы. К распаду в 1991 году страна пришла самым суверенным образом. Потому что слишком много внимания уделяла прилагательным - "развитой социализм", "социализм с человеческим лицом", "построенный окончательно и бесповоротно" - и забыли про существительное - колбасу.
Пусть экономика будет экономной (или конкурентоспособной), но пусть будет! Пусть демократия будет суверенной, но пусть будет демократия! Единственное, чего не должно быть - прилавков, перед которыми гражданин остается один на один с "неколбасной" колбасой.
Современная страна - а Россия имеет и право, и возможность быть современной страной - без права выбора в магазине и на избирательном участке долго протянуть не сможет. Исторически проверенный факт на собственном национальном опыте.
P. S. По моим наблюдениям, "русские" - это единственная в мире нация, обозначенная прилагательным. Не от того ли наша склонность уделять прилагательным столько внимания, в то время как полезнее заниматься существительными?
"Ежедневный журнал"
Валерий Зубов, профессор, депутат Государственной думы
Дата публикации - 29 сентября 2006
http://www.ryzkov.ru/
