Вычленение наиболее вероятного Сценария развития МО и ВПО, а также России (и их вариантов) из всего спектра существующих – возможных и вероятных сценариев и вариантов предпочитает оценку этого Сценария по соотношению «приемлемость для России» и «вероятность его реализации». Эта оценка может быть сделана на основе анализа вероятности и реализуемости большинства сценариев и их вариантов по критериям: «высокая» (80–100%), «выше средней» (60–80%), «средняя» (40–60%), «ниже средней» (20–40%) и «низкой» (0–20%).
Целесообразно рассмотреть эти соотношения в динамике по годам и отдельно по основному Сценарию и его вариантам.
Таким образом можно констатировать, что:
1. наиболее вероятный сценарий развития МО и ВПО является наименее приемлемым для России;
2. Россия не принимает решительных мер для изменения своего сценария развития;
3. Вероятность изменения сценариев развития МО и ВПО в мире до 2040 годов низкая.
Таким образом влияние «Сценария № 3» развития МО–ВПО под давлением западная ЛЧЦ на Россию и стратегию ее развития будет в 2017–2025 годы очень сильным и скажется на всех трех областях:
– в области сохранения системы национальных ценностей и интересов будет оказываться сильное давление с целью их изменения в направлении принятия системы ценностей и интересов и норм западной ЛЧЦ не только в международной, но и внутриполитической областях (вектор «Б»–«А»);
В области отношений к правящей элите России сохранится и даже усилится внешнее силовое давление, которое может достигнуть эксплицитных угроз и террористических актов (вектор «Б»–«Д»);
– в области политики и стратегии будет усиливаться давление с целью изменить вектор развития страны (прежде всего в мире), а также «кооптировать» Россию в нормы западной ЛЧЦ.
Ключевым вопросом развития МО и ВПО после 2025 года следовательно становится вопрос о том, в каком именно варианте силового противоборства и когда будет реализован сценарий гибридного «Глобального военно-силового противоборства ЛЧЦ». Пока что он развивается, повторяю, по «оптимистическому» варианту (с очевидным усилением тенденции на использование военной силы и скатыванию к «реалистическому» варианту еще до 2021 года), но вопрос о том, какой вариант будет преобладать до 2025 года, а тем более – после 2025 года, остается открытым. Как известно, что чем дольше перспектива, тем меньше вероятность. Если использовать теоретическую модель вероятности прогноза, которую я приводил в одной из работ[1] еще в 2015 году, то для практических целей оценки вероятности одного из вариантов известного сценария, эту вероятность можно проиллюстрировать следующим образом:
Как видно из рисунка, наибольшую вероятность на долгосрочную перспективу имеют «реалистичный» и «пессимистичный» варианты, «Военно-силового сценария» формирования МО–ВПО, что для нас имеет существенное значение: при оценке вероятности любого сценария или его варианта приходится исходить из «худшего» варианта не только потому, что в вопросах безопасности нельзя допустить известной недооценки угрозы, но и потому, что вероятность «худших» вариантов существенно выше, чем «оптимистических» и даже «реалистических». При этом вероятность «оптимистического» варианта стремительно приближается к нулю и исчезнет в 2025 году.
В конечном счете можно сделать вывод о том, что в долгосрочной перспективе до 2025 года наибольшую вероятность из всех возможных сценариев развития МО имеет сценарий гибридного «Глобального военно-силового противоборства ЛЧЦ», который может быть реализован в двух наиболее опасных своих вариантах:
– «Варианте В» – «пессимистическом» – глобального гибридного силового ( вооруженного и невооруженного) противоборства, когда военная сила используется в полном объеме на различных ТВД, вовлекая в такую войну всех участников МО и повышая уровень эскалации вплоть до применения ОМУ;
– «Варианте Б» – «реалистическом» – глобального гибридного силового противоборства (вооруженного и невооруженного) противоборства, когда военная сила используется в ограниченном масштабе на ограниченных ТВД с привлечением части ведущих стран мира;
– «Варианте А» – «оптимистический», возможности которого, видимо будут окончательно исчерпаны к 2021 году, хотя изменение ряда условий (внутриполитический конфликт США, развал военно-политической коалиции Запада и др.) может привести к тому, что он останется актуальным и после 2025 года.
Таким образом на реализацию «Сценария № 2» (Инновационный») развития России до 2025 года будут оказывать очень негативное влияние внешние факторы. Причем одновременно по нескольким стратегическим направлениям: базовые ценности и интересы, существование правящей элиты и политическую стратегию.
Это означает, что реализация такого сценария, с одной стороны, будет максимально затруднена, а, с другой стороны, неизбежна. Проблема, однако, заключается в том, в каком из вариантов этого сценария должна развиваться Россия? Ответ на этот вопрос предполагает ответ и на вопросы о сроках (темпах) и масштабе развития России до 2025 года в условиях нарастающего военно-силового противоборства.
Таким образом «Сценарий № 2» («Инновационный») развития России до 2025 года предполагает определенное ускорение темпов развития в условиях роста неблагоприятных внешних обстоятельств и угроз. Ключевой вопрос этого сценария: хватит ли времени и условий для его реализации до 2025 года?
[1] Подберёзкин А.И. Третья мировая война против России: введение к исследованию. – М.: МГИМО (У), 2015. – С. 138.
