На боевых самолетах, как известно, устанавливается электронная система, позволяющая распознавать другие самолеты по принципу "свой-чужой", что очень хорошо известно как российским экспортерам "МиГов" или "Су", так и их покупателям в регионе Юго-Восточной Азии. Но экспорт истребителей в эти страны (прежде всего в Малайзию, Индонезию и Вьетнам) - не единственная причина, по которой они сегодня признают Россию однозначно "своей". Можно уверенно говорить, что их объединяет с Москвой единая философия взглядов на мироустройство. Она, в конечном счете, и привела к предстоящим 13 и 14 декабря событиям, которые пройдут в столице Малайзии Куала-Лумпуре.
Впервые в истории Ассоциация государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН) приглашает российского президента на саммит Россия-АСЕАН. Так завершается эпоха перехода Москвы от как минимум "чужой" столицы, какой она была для АСЕАН 15 лет назад, к самому тесному из возможных для АСЕАН партнерств.
Коммунистический Советский Союз, как и коммунистический Китай, и их политика в Азии, были непосредственными причинами, по которым создавалась в 1967 году АСЕАН. Сейчас и Россия, и Китай, так же как Индия, Япония и Южная Корея и другие, оказались в узком круге стран, с которыми в конце осени - начале зимы десять высших лидеров стран, входящих в АСЕАН, проводят регулярные встречи на высшем уровне. США или ЕС, хотя и носят почетное звание "партнеров АСЕАН по диалогу", на уровень саммитов не вышли.
Первый в истории саммит Россия-АСЕАН - часть процесса выстраивания российской "восточной" внешней политики. Приходится постоянно читать чуть ли не обвинения Москве в том, что вместо "западного" крена она все больше "склоняется на восток". Но нужно быть очень плохим дипломатом, чтобы не воспользоваться в своих интересах переменами, происходящими в нашем мире. В частности - невиданным ростом экономической и политической мощи двух азиатских гигантов, Китая и Индии. Так же как и общим ростом влияния тихоокеанских стран, в числе которых и 10 государств АСЕАН.
Наконец, и новая активная политика России в регионе Центральной Азии, вызванная политической и экономической необходимостью, сделала ее более желанным партнером как Китая, так и Индии - и интересующихся новыми возможностями в центральноазиатском регионе стран АСЕАН.
То, что по своим взглядам на мироустройство, на принципы отношения государств друг с другом все упомянутые страны оказались очень близки и образуют некое сообщество единомышленников, можно считать исторической удачей, позволившей Москве чувствовать себя комфортно перед лицом общих тенденций глобальных перемен.
Именно эта тенденция подтолкнула Малайзию созвать в этот раз, впервые в истории, Восточноазиатский саммит, в котором будет участвовать еще более узкий круг стран, чем те, с которыми АСЕАН проводит ежегодные саммиты. Полноправными участниками этого нового форума или организации будут 14 декабря, кроме "десятки" АСЕАН, Китай и Индия, а также Австралия, но не Россия. Дело в том, что она подходит для членства в нем по признаку общности взглядов на мир, но не вписывается по важнейшему критерию - объему экономических отношений.
Восточноазиатский саммит пока что выглядит как идеологическое оформление мощной экономической реальности - создания в регионе некоего общего рынка все более активно торгующих друг с другом государств, среди которых несомненный лидер - Китай, а страны АСЕАН играют роль географического эпицентра такого рынка. И вот в эту реальность Россия, с ее примерно 4 миллиардами долларов товарооборота со всей десяткой АСЕАН, вписывается очень плохо. Потому что масштабы экономического сотрудничества в этом регионе измеряются сотнями миллиардов.
Желание Москвы войти в состав основоположников Восточноазиатского саммита очевидно и понятно. Что касается формальной стороны дела, то можно вспомнить, как 2 года назад именно Малайзия помогла Владимиру Путину принять участие в качестве гостя в проходившем тогда саммите Организации Исламская конференция, и выступить там с речью. В ОИК Россия также желала вступить (в качестве наблюдателя) - но не могла, поскольку мусульмане не образуют большинства ее населения. Компромисс, однако, был найден, наблюдательский статус в ОИК Москвой уже получен, и можно предположить, что нечто очень похожее произойдет и в этот раз.
А вот найти способ увеличить объем сотрудничества России и АСЕАН будет труднее. Известно, что 63,5% российского экспорта составляют "топливно-энергетические товары", то есть по большей части вывоз нефти и газа. Прежде всего - в Европу.
Как заявил, выступая на семинаре в Дели, российский министр промышленности и энергетики Виктор Христенко, в ближайшие годы до 30% российского нефтегазового экспорта пойдет, в отличие от нынешней ситуации, в восточном направлении. То есть в Китай, Индию, Японию, Южную Корею. Но - не в Юго-Восточную Азию, которая попросту расположена слишком далеко. Еще Россия известна мировой экономике как экспортер самых разнообразных энергетических технологий (включая сооружение электростанций), поставщик вооружений - и это почти все.
Чрезмерный перекос в сторону вывоза углеводородов давно уже беспокоит Москву, и именно на Азию (в том числе Юго-Восточную) она возлагала большие надежды как на покупателя продукции российского технологического экспорта. Поэтому о технологиях (и туризме) как о ключевых отраслях пойдет речь как на саммите Россия-АСЕАН, так и на сопутствующем ему Деловом саммите, где встретятся главы компаний из России и Юго-Восточной Азии. На нем также выступит Владимир Путин.
Итого, получается, три саммита для российского президента в Куала-Лумпуре, на общую тему дальнейшей активизации восточного направления российской политики.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
08.12.2005 г.
Политический обозреватель "РИА Новости" Дмитрий Косырев.
