Формально Россия выполнила все рекомендации FАТF (Finаnсiаl Асtiоn Таsk Fоrсе) по борьбе с отмыванием нелегальных капиталов, однако осталась в печально известном `черном списке` этой организации. Это стало сюрпризом для некоторых российских чиновников. На пленарном заседании FАТF в Париже был заместитель председателя Банка России Виктор МЕЛЬНИКОВ. Он отвечает на вопросы обозревателя `Финансовых Известий` Наталии ОРЛОВОЙ.
- Некоторые чиновники заявляли, что Россия будет выведена из `черного списка` уже в июне...
- Чтобы выйти из `черного списка`, есть стандартная бюрократическая процедура. Она начинается с направления президентом FАТF Кларин Лоу в страну предложения представить детальный план развития, где описано, что сделали и что собираемся. После получения этого плана к нам приезжает официальная делегация FАТF.
- В марте они уже приезжали...
- В марте они приезжали неофициально, хотя приедут те же люди. Комиссия составляет отчет по нашей работе, который рассматривается на пленарном заседании FАТF. По итогам рассмотрения принимается решение о выводе страны из `черного списка`.
- Есть шансы, что Россию выведут на ближайшем заседании FАТF в октябре?
- Надо быть реалистами. У этой организации есть своя процедура. Мы не может на нее повлиять. То, что они приняли решение, свидетельствует, что к нам существенно переменилось отношение. Наши действия не только не остались незамеченными, но их высоко оценили.
- А Венгрию, например, вывели с той же процедурой?
- В Венгрии проще. Там, когда их вводили в `черный список`, был и противоотмывочный закон, и финансовая разведка. Претензия к ним от FАТF была одна - по анонимным счетам. Как только они анонимные счета прикрыли, сразу приехала официальная делегация FАТF, которая это проверила и сказала: все `о`кей`, остальное нормально, можно выводить. Мы же, когда попали в 2000 году в `черный список`, нарушали 10 из 25 рекомендаций FАТF. За столь короткий срок написали и приняли закон, наладили систему сбора и передачи информации, создали финансовую разведку. Кстати, сейчас по рекомендации FАТF Украина взяла наши нормативные документы, их перевели на украинский язык и сейчас принимают.
- Несмотря на это, у российских банков было достаточно скептическое отношение к закону и к тому, что от них хочет ЦБ.
- Во время подготовки мы объективно собрали все лучшее, что есть в международном опыте. В этом помогли наши банки со 100-процентным иностранным капиталом - Ситибанк, Моснарбанк, Евробанк, Райффайзенбанк. Они дали нам свои нормативные документы, положения которых были апробированы в течение 3-5 лет работы в России. Поэтому когда вначале от наших банков мы слышали `это же невозможно исполнить`, то отвечали: `Но они же исполняют`. Мы имеем возможность выстраивать систему сразу технологически грамотно. Она по необходимости может быть расширена и позволяет осуществить массовую обработку информации, достойную начала ХХI века, - по количеству критериев, которые надо отслеживать, и по связям с другими системами банков данных. Сразу заложено то, над чем другие страны бились много лет. В Париже представители многих стран отметили в выступлениях, что наша банковская система сработала очень профессионально.
- Сообщение о том, что французы ведут расследование приобретений Сергея Пугачева на Лазурном Берегу, появилось ровно в день начала пленарного заседания FАFТ. Не думаете, что все же не все хотят исключить нас из `черного списка`?
- Не вижу никакой связи ни с пленарным заседанием FАТF, ни с `черным
списком`.
- Но совпали и время и место. Вы верите в такие совпадения?
- Я разговаривал со многими людьми из FАТF, они не помнят, чтобы на их веку так быстро в лучшую сторону менялось отношение к стране. У меня нет основания не доверять этим словам.
- А чем интересовались чиновники FАТF на предварительном рассмотрении российской проблемы?
- Вопросы были серьезные. Представитель крупнейшей банковской страны стал очень подробно и профессионально выяснять, как мы проводим инспекционные проверки. И можно ли ознакомиться с методикой. Мы за 3 месяца проверили 650 банков. Они сказали, что за год в странах FАFТ проверяется меньшее количество банков. Я увидел искренний интерес к нашей методике.
- Какие формальные критерии проверяет ЦБ?
- Наличие в банке специального сотрудника, комплайнз-офисера, который отвечает за выполнение закона. Наш инспектор проверяет документы банковского дня, смотрит, какие операции попадают под обязательное сообщение, и проверяет, сообщено о них в КФМ или нет.
- Узнал уже ЦБ что-то для себя новое?
- Мы не имеем доступа к переданной информации, она напрямую попадает в КФМ, специалисты комитета с ней и работают.
- Тогда что делает ЦБ?
- Мы предоставили КФМ свою систему передачи информации. И это очень продвинутая система, во Франции, например, вся информация от банков к уполномоченным органам поступает на бумаге. В США 40% информации поступает на бумаге. У нас информация, защищенная электронной цифровой подписью и системой криптозащиты, по электронным каналам передается от банка в ЦБ, после чего, как ампула в пневмопочте, она оказывается в КФМ. Один из руководителей FАТF, который сейчас отвечает за африканский регион, на пленарном заседании в Гонконге привел данные исследования. В странах с не очень развитой информационной инфраструктурой единственным надежным путем передачи информации являются каналы ЦБ.
- Считаете нормальным, что фактически не видите результатов того, что сами организовали?
- Каждый должен нести свой чемодан. К тому же под результатами вы, видимо, имеете в виду уголовные дела. Для меня важны другие результаты. Представитель одного французского банка, у которого больше всех банков-корреспондентов в России, как раз перед заседанием мне рассказал, что с введением закона операции из российских банков, которые можно было бы рассматривать как сомнительные, сократились на 50-60%. Для меня это было очень отрадно услышать именно от представителя западного банка, который по законам своей страны все операции с российскими банками подвергает усиленному контролю из-за того, что мы в `черном списке`. Он заметил, что за последнее время такие операции, как перевод денег без открытия счета, любые необоснованные переводы, существенно сократились.
- Получается, на сегодняшний день ЦБ сделал все, что хотел?
- Как сказать? Вы на велосипеде кататься умеете? Помните первый момент, когда почувствовали, что не падаете, а едете, что крутишь и едешь? Но если бы вы в тот момент почему-нибудь перестали крутить, вы бы тут же упали. Так и здесь - надо все время крутить, иначе упадешь.
- В каком направлении теперь думаете `крутить`?
- В работе банковского комплайнз-офисера очень важна психология. Эта работа как никакая другая в банке носит субъективный характер. Важно, как понимает сотрудник совершаемую сделку. Потому что формализовать ее очень сложно. То, что можно, мы формализуем. Но, во-первых, оппоненты все время совершенствуются. Сегодня формализовал, завтра этого не будет; если подойти к этому формально, мы всегда будем опаздывать. Во-вторых, существуют сделки на грани нарушения закона. Поэтому во всем мире сейчас в банках наиболее высокооплачиваемыми (за исключением дилеров) специалистами являются те, которые борются с отмыванием. Потому что от них требуются невероятно широкий кругозор и определенные психологические качества. Я думаю, в ближайшее время переподготовка, постоянное повышение квалификации специалистов как банков, так и надзорных органов будет абсолютной необходимостью.
25.06.2002
httр://www.finiz.ru/сfin/tmрl-аrt/id_ аrt-1398
Наталия ОРЛОВА
http://nvolgatrade.ru/
