Вчера в "РГ" побывали первый заместитель министра имущественных отношений РФ Дмитрий АРАТСКИЙ и заместитель министра Сергей МОЛОЖАВЫЙ. Полный текст беседы мы опубликуем в ближайших номерах. А сегодня печатаем их ответ на один из читательских вопросов, который, уверены, станет ошеломляющей новостью для всех владельцев дорогих коттеджей и тех, кто имеет "счастье" жить рядом с ними.
- Масса элитных коттеджей построена в нарушение законов, например, в водоохранных зонах. Что с ними делать, сносить?
Дмитрий Аратский: А вы задумывались, что такое процедура сноса? Если владелец такого коттеджа наймет хорошего адвоката, он любого в тюрьмах сгноит. Юридически это крайне сложная процедура, поскольку застройщик может начать доказывать, что при сносе нарушили его права и нанесли ущерб его имуществу. К сожалению, четких правил и процедур осуществления этого действия законодательство не содержит, а существующие санкции малоэффективны. Именно поэтому самовольные строения растут как грибы, по всей стране. Наша задача - не допустить хотя бы нового строительства.
Сергей Моложавый: Но не обольщайтесь, мол, раз снести нельзя - значит, можно жить спокойно. Жить - да, а вот продать такой коттедж нельзя. Никто его не купит, потому что его в юридическом смысле не существует. Постройка-то незаконная.
- А наследникам завещать?
Сергей Моложавый: Нельзя. И брать кредит под залог коттеджа тоже нельзя, потому что этот объект не имеет рыночной цены, это вообще не объект. И права на это здание, на эту землю нигде зарегистрировать невозможно. И никакой сделки с ними не совершишь.
Дмитрий Аратский: Кстати, этот коттедж даже невозможно застраховать, так что если он случайно сгорит - увы, можно только посочувствовать. Эту псевдособственность нельзя даже передать государству, скажем, по сделке дарения, поскольку это не вещь, не объект недвижимости и гражданских прав. Так что строители незаконных коттеджей должны отдавать себе отчет в том, что они вкладывают деньги в воздух.
Евгений Арсюхин
Российская газета
