- Вячеслав Викторович, на днях депутаты нижней палаты приступили к нулевому чтению главного финансового документа страны - федерального бюджета на 2005 год. `Нулевое чтение` - это изобретение Думы прошлого созыва. Однако нынешние депутаты его подхватили. Почему? Ведь, как известно, закон и без того выделяет работу над законом о бюджете из прочих. Он должен пройти не три, как другие, а четыре чтения...
- Практика нулевого чтения на протяжении двух лет доказала, что очень эффективна. Она дает нам возможность еще до официального внесения в Государственную Думу законопроекта скорректировать позиции с правительством. Законопроект уже приходит в Госдуму доработанным. Возьмем бюджет. В первом чтении мы должны утвердить его основные параметры - ВВП, объем доходной части, расходной части, уровень инфляции. Если на первом чтении выяснится, что у парламентского большинства принципиальные разногласия с правительством по основополагающим вопросам бюджета, фактически это может означать отклонение законопроекта. Когда же в нулевом чтении мы согласовываем наши позиции, договариваясь, преодолеваем разногласия, никаких неприятных сюрпризов не будет. А я думаю, вам не надо говорить, какими неприятными последствиями чревато несвоевременное принятие бюджета?
- Но ведь и прежде депутаты активно `консультировались` с правительством, пробивая свои предложения в расходные статьи бюджета - финансирование отдельно взятой баньки, обещанной избирателям, строительства какой-нибудь дороги в своем округе... Правда, тогда эти консультации не назывались нулевым чтением.
- Чем хорошо нулевое чтение и чем оно отличается от наших прежних консультаций - мы еще до внесения в Госдуму проекта бюджета рассматриваем его в целом. Не отдельные его цифры, а все. И можем влиять на содержательную часть будущего закона, менять его базовые принципы. Когда же проект бюджета уже внесен, его доходная и расходная части определены, нам остается только перекраивать его.
- Странно, что при таких преимуществах нулевого чтения у него в Думе так много противников. Ваши оппоненты считают, что нерегламентная процедура исключает дискуссию на пленарном заседании.
- Дискуссия просто ради дискуссии не нужна. Но, к сожалению, у нас есть депутаты, которые пришли в Государственную Думу только для того, чтобы подискутировать, а не работать на результат. Свою позицию они заявляют. Но от этого у избирателей в кармане не прибавляется, жизнь не улучшается. Поэтому надо искать те формы, которые бы дали конечный результат. Мы в прошлом году через нулевое чтение увеличили финансирование строительства жилья для молодых семей с сорока девяти миллионов до пятисот миллионов рублей. Вот вам, пожалуйста, результат этого нулевого чтения. На снос ветхого и аварийного жилья поначалу предполагалось 300 миллионов рублей. Стало миллиард триста. Вот это результат. Финансирование дорожного хозяйства увеличили на шесть миллиардов рублей, сельского хозяйства - на четыре миллиарда рублей. Людям, которые нас избрали, не так важна форма - будет ли это дискуссия в здании Думы, будет ли она в здании правительства, для нас важен результат.
- Значит, допускается и `подковерная` работа? Как депутаты действуют в рамках первого, второго, третьего чтения, можно узнать - по телевизору не увидишь, так стенограмму прочитаешь. Все достаточно прозрачно. А какие секреты скрываются за нулевым чтением - бог весть.
- Не преувеличивайте. Какая уж тут прозрачность - избиратели видят только то, что урывками показывает телевидение. Какое-нибудь скандальное выступление депутата показали, а его оппонента даже не процитировали. А нулевое чтение - это вовсе не `подковерная` работа.
- Но почему-то в нулевом чтении участвует только лояльная правительству часть Думы. Прежде - центристы, теперь - `единороссы`...
- Правительство приглашает к диалогу всех парламентариев. В прошлой Думе мы участвовали в переговорах от четырех депутатских объединений, входящих в центристскую коалицию. Был на них представлен и Совет Федерации. Заседания нулевого чтения проходили в открытом режиме.
- Если бы законопроект о собраниях, митингах и прочих публичных мероприятиях прочитали в `нуле`...
- Если бы этот законопроект презентовали обществу до того, как им начала заниматься Госдума - провели консультации, диалог с общественными организациями, с партиями, с профсоюзами, многих ошибок, за которые законопроект так критиковали, удалось бы избежать.
- На нулевое чтение чаще всего выходят законы экономические?
- Не факт. Вообще все законы, которые затрагивают как в экономическом, так и в социальном плане интересы граждан, гарантии их прав и свобод, желательно бы заранее публично обсуждать.
- Какие конкретно документы из портфеля нынешней Думы идут по нулевому чтению?
- Можно сказать, прошел нулевое чтение законопроект о накопительно-ипотечной системе для военнослужащих, вопрос о создании рынка доступного жилья - комиссия вице-спикера Георгия Бооса изучала его с привлечением экспертов, депутатов задолго до внесения пакета законопроектов в Госдуму.
- Проект закона, который заменяет льготы деньгами, тоже прошел нулевое чтение?
- Нет. То, что происходило вокруг этого законопроекта еще до внесения документа в Думу, назвать нулевым чтением нельзя. Действительно, мы интересовались содержательной стороной этого законопроекта, но, получив его в Думе, занялись уже детальной экспертизой предложений правительства. Другое дело, что правительство само в ходе подготовки законопроекта несколько раз меняло параметры. Это происходило не без влияния депутатов `Единой России`.
- Какие главные темы вы будет отстаивать в проекте бюджета?
- Мы должны сделать бюджет будущего года бюджетом развития. Президент обозначил задачу - сформировать рынок доступного жилья. Решая ее, мы делаем шаг вперед - не только помогаем людям наконец-то решить квартирный вопрос, но и создаем дополнительные рабочие места, увеличиваем объем налоговых поступлений в бюджет, не обременяя людей дополнительной налоговой нагрузкой. В здравоохранении надо обеспечить бесплатные базовые услуги, которые государство должно гарантировать каждому человеку. И самое главное, чтобы все, что прописано в законе, человек получал.
- Сейчас процесс законотворчества заметно изменился по сравнению с прошлыми созывами Думы. Активно в него вмешивается партия. Это плюс или минус?
- Большой плюс. И перспектива как раз в таком законотворчестве - когда партия выходит на выборы со своей платформой, программой, а потом, придя к власти, отстаивает то, что обещала людям. Партия не должна стоять в стороне от законотворчества. Более того, центр тяжести этого процесса должен быть перемещен на партийную площадку. Партия должна по тому или иному решению вести широкий диалог с обществом. А изучив общественное мнение, транслировать выводы своим представителям во власти, которые должны принимать решения. До сих пор у нас все было наоборот - партии обещали одно, депутаты решали и принимали другое - это ненормально.
- Но если законотворчество идет все больше по партийной линии, как бы минуя Госдуму, почему бы тогда ее совсем не распустить, - предположил в сердцах один ваш коллега из оппозиции. Пусть, дескать, партийный лидер носит законы, одобренные партией, сразу на подпись президенту.
- Коллега погорячился. Партии стремятся во власть, чтобы, находясь во власти, отстаивать свои позиции, свое видение решения проблем. Сегодня это партия `Единая Россия`, имеющая в Думе самую большую фракцию. Завтра - другие, к примеру, КПРФ, `Родина` или еще кто-нибудь. Это нормально прежде всего и потому, что предполагает партийную ответственность за все решения большинства.
- Но что в это время делать меньшинству? У оппозиции нет возможности защитить своих избирателей.
- Вносить конкретные законопроекты по конкретным проблемам. И чтобы исполнение разработанных депутатами оппозиции законов было по силам нашему государству. В 90-е годы, занимаясь популизмом, в Думе напринимали законы, которые не были обеспечены финансовыми средствами. Получалось на бумаге одно, а на деле - другое. В Москве закон о ветеранах выполнялся, потому что мэр переживает за людей, да и столичный бюджет с профицитом, а в регионах денег нет. Мы не хотим допустить такого несправедливого законотворчества. Чтобы сейчас оппонировать большинству в парламенте, правительству надо предложения делать здравые. У оппозиции есть думская площадка - они должны показать своим избирателям, что могут не только говорить, но и работать на ней, вести диалог с большинством.
- Нынешнее думское большинство на первый взгляд выглядит монолитным. Действительно ли оно такое?
- Нашу монолитность нередко рисуют в карикатурном плане. На самом деле решению, которое принимается в зале пленарного заседания, предшествует широкое обсуждение вопросов - в группах, в комитетах, во фракции. Но когда мы приходим к общему мнению, что решение надо принимать, понятно, что принимаем его сообща, единогласно. Если общее мнение до пленарного заседания не сложилось, вопрос, как правило, переносится.
- В Думе время от времени возникают слухи, что в монолите могут отчетливо обозначиться левый и правый фланги.
- Аналогичный опыт в мире есть, когда партия, стремясь привлечь как можно больше сторонников, определяет дополнительные платформы. Сегодня говорить о создании флангов в `Единой России` преждевременно, нужно отработать положенный срок и реализовать предвыборную платформу, которая была определена партийным съездом и поддержана избирателями.
- Не кажется ли вам, что идея о фланговой перестройке возникла потому, что депутаты, которые пришли во фракцию, хотели бы чувствовать себя большими лидерами, чем это позволяет партийная дисциплина?
- Лидер в партии и в думской фракции есть. Есть сопредседатели Высшего совета. Есть вице-спикеры палаты, руководители комитетов. Каждый должен хорошо работать на своем месте. Это главный принцип любой команды. А мы - команда.
Тамара Шкель
Дата публикации 6 июля 2004 г.
1998-2004 `Российская газета`
http://nvolgatrade.ru/
