Рыбное хозяйство страны считается одной из самых криминализированных отраслей. Навести порядок здесь пытались многие (только за прошедший год в Государственном комитете по рыболовству сменилось три начальника), но все попытки закончились неудачно. В конце прошлого года исполнять обязанности председателя Госкомрыболовства (ГКР) стал Владимир БУРКОВ. Начал, понятно, с главного. В ближайшее время в ведомстве будет организована комиссия по борьбе с коррупцией, в правительство будут направлены предложения по ужесточению контроля за добычей осетровой икры и возврату Госкомрыболовству рыбоохраны, которая была отдана пять лет назад пограничным войскам. Об этих и о других новшествах, которые ждут рыбаков в ближайшее время, Владимир Бурков рассказал в первом интервью в качестве главы комитета корреспонденту `Известий` Марине СМОВЖ.
- В этом году отрасль начинает жить по новым правилам. Основополагающее - доступ к ресурсам. Предприятия получили пятилетние квоты на вылов рыбы исходя из своей трехлетней истории. Известно, что из 728 компаний, подавших заявки, доступ к ресурсу получили только 600. Что делать `обиженным`?
- Не получив квоты, они могут уйти из бизнеса. Подобная селекция - вынужденная и абсолютно законная мера. От распределения квот отстранялись компании, не имеющие собственных или арендованных судов (то есть посредники), должники бюджета, а также нарушители правил рыболовства. Все решения об исключении из числа получателей компаний-нарушителей принимались строго в соответствии с законодательством, спорные случаи, не противоречащие закону, - исключительно коллегиально, на заседаниях межведомственной комиссии. Тут не было такого подхода `нравится - не нравится`. Все было объективно.
- Но даже те компании, которые получили квоты, говорят, что им досталось меньше, чем они ожидали.
- При существующем дисбалансе между сырьевой базой и добывающими мощностями мы не можем выделить всем столько квот, сколько они хотят. Это естественно. Конечно же есть недовольные, хотя они скорее исключение, чем правило. Логика нового механизма проста и вполне практична: все квоты распределяются на основе исторического принципа - вылов каждого вида водных биоресурсов, выделенных заявителю в промышленных целях, в рамках научных программ, а также приобретенных на аукционах, делится на общий объем промышленных квот, выделенных всем предприятиям в том же районе промысла за предыдущие 3 года.
- Что же будет с теми, кому все-таки действительно недостаточно выделенных объемов для работы и получения доходов?
- Я думаю, что рыболовецкие компании будут объединяться. Сейчас также разрабатываются механизмы приобретения квот на вторичном рынке. Думаю, что это будут аукционы. Вообще примерно все будет проходить по той же схеме, по которой проходили аукционы прошлых лет. Но только лот будет формироваться по-другому. Если раньше это происходило на основе ресурса, который был выделен для освоения в промышленных целях, то сейчас лот будет состоять из долей, которые были изъяты или добровольно выставлены на торги рыбаками.
- Как вы думаете, многие рыбаки будут продавать свои доли?
- Вы сами понимаете, что экономическое положение у разных предприятий может быть различным. Может быть, кто-то захочет уйти из бизнеса. В таком случае владельцу компании будет выгодно, например, продавать не просто корабли, а корабли вместе с квотами. В принципе сейчас можно продать квоты, продать предприятие вместе с долями вылова - и все. Но это черный рынок, а мы должны сделать эту куплю-продажу легальной.
- Как сейчас обстоят дела с добычей осетровой икры? Как контролируются промысел, продажи на внутреннем рынке?
- Добычу икры в промышленных целях мы сейчас не ведем, она добывается в качестве прилова при добыче частиковых видов рыб для воспроизводства и научных целей. Икра, полученная от рыб из товарных рыбоводных хозяйств, может идти на внутренний и международные рынки. С экспортом все понятно. Экспортные квоты на продукцию из осетровых видов рыб, включая икру, устанавливаются правительством на основании согласованных предложений с заинтересованными министерствами и ведомствами. О квотах уведомляется Секретариат Конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися под угрозой исчезновения (CITES). При этом экспорт продукции из осетровых, включая икру, допускается при наличии специальных разрешительных документов, предусмотренных Конвенцией, а также Минэкономразвития России.
На внутреннем рынке оборот икры практически бесконтролен, происхождение товара невозможно определить. Сейчас мы собираемся ужесточить контроль. Мы создадим список уполномоченных предприятий по производству и оптовой торговле продукцией осетровых видов рыб, включая икру. Соответственно к этим предприятиям будут предъявляться жесткие и абсолютно объективные требования, которые позволят нам быть уверенными в качестве производимой ими икры. Мы четко должны понимать, что данная продукция была произведена в определенном количестве, имеет стоимостное выражение, и с этой стоимости должен быть уплачен налог. Скорее всего это будет акциз. При этом продукция будет продаваться только в специально маркированной упаковке с этикетками административного органа CITES.
- Какой может быть ставка акциза?
- Этот вопрос находится в стадии обсуждения. Госкомрыболовство не может в одиночку принимать решение, здесь заинтересованы и МНС, и Минфин. Это больше их функция - определять размеры акциза.
- Вы уверены, что акциз - это единственно верный способ контроля за добычей икры? Водка, например, облагается акцизом, но при этом контрафактной продукции на рынке очень много и поступления акциза зачастую идут не лучшим образом.
- Все-таки большая часть водки производится легально. За нарушения же предусмотрена ответственность, наказания. А оборот икры сейчас полностью бесконтролен. Если мы введем акциз на икру, то мы в любом случае выведем большую часть добычи из тени.
- Тема контроля наверняка самая обсуждаемая. В ее продолжение хотелось бы спросить, как вообще планируется осуществлять контроль за добычей биоресурсов? Пока комитет осуществляет охрану только внутренних водоемов, рек и озер. Все морские биоресурсы, то есть контроль за законностью вылова из внутреннего моря, территориального моря и исключительной экономической зоны, отдали пограничникам, которые теперь являются частью Федеральной службы безопасности. Говорят, что планируется передать всю рыбоохрану Госкомрыболовству.
- Сейчас решается этот вопрос. Необходимо наконец-то наладить единую стройную систему охраны биоресурсов, четко определить зоны ответственности и порядок взаимодействия различных министерств и ведомств, в ней задействованных. Не исключено, что будет создано специализированное ведомство, которое будет заниматься контролем, или эти функции будут переданы нашему комитету. В любом случае главное, чтобы эта функция выполнялась. Контроль за выловом биоресурсов - очень важная часть всего процесса. Понятно, что если добыча будет бесконтрольная, то судовладельцы, мягко говоря, будут хулиганить. Не все же сознательные, правда?
- Вы уверены в том, что наведете порядок, если вам вернут рыбоохрану?
- Мы сможем это сделать. Если нам передадут те корабли, которые у нас забрали, если нам дадут деньги, если мы `укрепимся` кадрами, то все сделаем. Нам важен конечный результат - повышение общих допустимых уловов и, как следствие, повышение доходов отрасли. На мой взгляд, мы больше других заинтересованы в том, чтобы данная функция выполнялась эффективно.
- Сколько средств понадобится для установления, как говорится, законности и правопорядка в отрасли?
- Вы знаете, это сравнимо с ситуацией, когда вы берете кредит в банке и предоставляете технико-экономическое обоснование. Надо просто посмотреть, какую прибыль получит государство в результате качественной охраны. Думаю, что финансовые вложения не будут слишком большими, по сравнению с тем, сколько бюджет может получить в результате хорошо налаженного контроля.
- Известно, что у Госкомрыболовства есть планы по борьбе с коррупцией как внутри структуры, так и в отрасли в целом. Для этого будет создана рабочая группа. Расскажите, когда она начнет работу и как вы будете бороться за чистоту рядов?
- Рабочая группа фактически создана. Сейчас вырабатывается механизм ее работы. В рабочую группу войдут представители региональных бассейновых управлений, администраций морских рыбных портов. Я думаю, что примерно раз в три месяца мы будем собираться всей комиссией, а раз в месяц будем собираться по конкретным регионам. Например, решили рассмотреть работу в Дальневосточном бассейне, будем собираться по этому бассейну. Вся информация о случаях коррупции будет стекаться в Госкомрыболовство. Я назначил специального заместителя, который за этот процесс будет отвечать. Те материалы, которые будут требовать немедленного реагирования, мы сразу будем направлять в соответствующие органы.
- А эти вымогательства, с которыми собирается бороться рабочая группа, в большей степени наблюдались в регионах?
- Они везде были. В отрасли годами складывался стереотип `не подмажешь - не поедешь`.
- Ну а сейчас если доли на вылов рыбы уже распределены среди рыбаков, то какие же могут быть вымогательства?
- В отрасли возникает много вопросов, и есть чиновники, наделенные полномочиями их решать. Кому-то надо продлить лицензию, кому-то - диплом капитана. Проводятся проверки предприятий. Как это бывает? Приехала комиссия с проверкой, дали денег - уехала.
- На создание этой комиссии Госкомрыболовству нужны деньги из бюджета?
- Нет, никакого дополнительного финансирования не требуется. Это наша работа, за которую мы получаем зарплату.
- Раньше большие злоупотребления были по научным квотам.
- Да, это так. Институты, проводившие научные исследования, в связи с дефицитом собственных судов привлекали коммерческие, которые под видом освоения научных квот добывали рыбу в промышленных объемах. В этом году объемы научных квот значительно уменьшены. Контрольный лов биоресурсов в промысловых районах будет осуществляться промышленными предприятиями в пределах их долей от общего допустимого улова (ОДУ) под руководством научных наблюдателей специализированных научных организаций.
- В этом году коммерческие суда для освоения научных квот будут привлекаться?
- Да, будут. Но мы собираемся разработать четкие критерии отбора этих предприятий. В течение ближайшей недели мы их определим.
БОКС 1. Владимир Бурков, человек из Минюста
Владимир Игоревич Бурков родился в 1968 году в Симферополе. После школы стал военным журналистом, окончив факультет журналистики Львовского высшего военно-политического училища. Затем закончил Академию внешней торговли и Юридический институт МВД России.
В течение года, с 1989-го по 1990-й, работал в военной периодической печати, занимал должность ответственного секретаря редакции. Затем до 1992 года был заместителем директора внешнеторговой фирмы в составе ВО `Внешэкономсервис` Торгово-промышленной палаты СССР. В этом же году возглавил АОЗТ `Росинтер`. С 1993 по 1995 год был первым замом гендиректора ЗАО `Ренлунд-М`, с 1995 по 1998 год - председателем правления объединения `Ренлунд`, а с 1999 по 2003 год - председателем совета директоров ГУП `Госресурс` ГУИНа Минюста России. 22 сентября 2003 года назначен первым заместителем председателя Госкомрыболовства. 23 декабря прошлого года по распоряжению правительства назначен временно исполняющим обязанности председателя ГКР.
БОКС 2. Кто был у рыбной власти
Госкомитет по рыболовству был образован указом президента РФ в сентябре 1998 года. С октября 1999 года исполняющим обязанности председателя комитета был назначен Юрий Синельник, который 24 декабря 1999 года стал председателем комитета. У руля отрасли Синельник пробыл до 2001 года. После его отставки исполнять обязанности главы ГКР стал его первый заместитель Александр Моисеев, который появился в комитете в январе 2001 года. Раньше он занимал пост советника премьера Михаила Касьянова. Но Моисеева не утвердили на должности председателя. По рекомендации президента Владимира Путина на это место 24 февраля 2001 года попал бывший приморский губернатор Евгений Наздратенко. Он продержался на посту дольше всех. Распоряжение о его отставке премьер Касьянов подписал в начале февраля прошлого года. После долгих попыток восстановиться в должности председателя комитета Наздратенко нашел свое признание в качестве эксперта в Совете безопасности. Место временного главы опять же занял Моисеев, а спустя два месяца он был окончательно утвержден на месте главы комитета. В конце 2003 года он был отправлен в отставку `в связи с переходом на другую работу`. Михаил Касьянов пообещал пристроить Моисеева на федеральную службу, но пока о его назначении нет информации. 23 декабря 2003 года временным председателем комитета стал Владимир Бурков.
http://www.finiz.ru/cfin/tmpl-art/id_ art-779762
http://nvolgatrade.ru/
