Российская газета : Владимир Игоревич, два года назад на таком же "деловом завтраке" в редакции "РГ" вы говорили о том, что начат процесс инвентаризации российской собственности за рубежом. В какой он стадии?
Владимир Кожин : Тогда я говорил, что "процесс пошел". Сейчас он закончен. Если чуть подробнее, то инвентаризация завершилась в начале 2007 года, и заграничной собственностью России теперь занимаются только МИД и мы. В реестре наведен полный порядок, существует компьютерная модель учета. Я могу, не выходя из-за рабочего стола, нажать кнопку и посмотреть данные о любом объекте в любой стране: как он выглядит, какова его площадь, что с ним и как. Над тем, чтобы информация была абсолютно полной, пришлось работать четыре года. Реестр находится в профильном российском агентстве - в Росимуществе.
РГ : Ряд независимых государств - бывших республик СССР не соглашались на так называемый нулевой вариант, когда Россия брала на себя выплату всех советских долгов и получала всю собственность, принадлежавшую СССР за границей. Советские долги мы на сегодня выплатили полностью. Какова ситуация с теми бывшими соседями по Союзу, которые и долги платить не хотят, и собственностью требуют поделиться?
Кожин : Да, эта проблема есть. Но она относится, слава богу, лишь к одной стране - к Украине. Все прочие подписали необходимые документы и этот вопрос уже никогда поднимать не станут. А с Украиной, к сожалению, воз и ныне там. Позиция их политиков конструктивной не стала, переговоры, которые ведет МИД (при нашем участии), пока в тупике. Здесь все - как в известном анекдоте, когда позиция Киева колеблется с каждой сменой "генеральной линии". Просвета, честно говоря, не видно: в этой стране чуть ли не каждые полгода выборы и смена руководства, и, соответственно, все переговоры приходится начинать сначала.
На это можно было бы махнуть рукой. Но от такого "тупика" нам реальный вред - я говорю в данном случае не только о политической, но и об экономической составляющей. Наши украинские коллеги дошли до того, что стали обращаться в суды третьих стран с исками к Российской Федерации, чтобы их право на недвижимость признало их правосудие. Однако странам, где эти процессы шли, хватило разума и политической воли, чтобы отказать им в этих притязаниях и признать права Российской Федерации как правопреемника Советского Союза. Благодаря этому мы получили полную ясность в том, что нам нужно для дипломатических целей и что способно реально работать на страну. Мы можем теперь легализовать свою собственность и часть ее вовлекать в коммерческий оборот, а не тянуть постоянно деньги на ремонт, содержание и т.п. А российское имущество имеется в более чем в 70 странах - от Японии до противоположного полушария. Основная масса государств наши права на собственность признала. Хотя, к сожалению, около десяти стран, в том числе Польша, Индия, Австрия, Япония и Великобритания, отказываются это делать, что, безусловно, остается для нас проблемой.
Мы пока не собираемся ни закладывать, ни продавать наше зарубежное имущество. За семь лет моей работы на этом посту лишь однажды - по решению правительства и с соблюдением долгой процедуры - мы совершили такую сделку в одной из африканских стран, понимая, что эта собственность нам уже никогда не пригодится. Моя позиция такова: любое имущество с каждым годом только дорожает, и, кроме того, само его наличие создает "эффект присутствия" России за рубежом. Меняется внешняя политика, и порой мы возвращаемся даже туда, куда еще год назад и не собирались.
Полностью текст "Делового завтрака" читайте в ближайших номерах "Российской газеты"
Управляющий делами президента Владимир Кожин ответил на вопросы "Российской газеты"
Екатерина Добрынина
Опубликовано в РГ (Центральный выпуск) N4481 от 2 октября 2007 г.
