Владимир Николаевич, схемы по отмыванию денег становятся все более изощренными, и объем некоторых из них приближается к сотням миллиардов рублей, сообщил глава Федеральной службы по финансовому мониторингу Виктор Зубков. Какие бы меры и методы не проводились, уровень коррупции и объемы отмывания денег в России остается очень высоким, так как же стоит решать эту проблему, и какие реформы в этой сфере реализуются?
На самом деле, способы борьбы с коррупцией в цивилизованных странах давно известны и применяются, и во многих из них ее удалось достаточно серьезно уменьшить, ведь полностью это явление уничтожить невозможно. И в этой связи я считаю, что главным способом борьбы с коррупцией является, прежде всего, политическая конкуренция, наличие реальной многопартийной системы, когда партии, которые проиграли на выборах, всячески следят за правящей партией, за Президентом и правительством, выискивая любые признаки коррупции и других недостатков, вытаскивая их на свет, и те самым они больше всего влияют на то, чтобы это явление не было массовым.
Второе - это независимые средства массовой информации, которые должны иметь возможность публиковать все то, что они находят в аппарате власти, не взирая на уровень и пост реального участника коррупции. В нашей же стране на сегодняшний день мы видим несвободную прессу, несвободные оппозиционные партии, их возможности сейчас сведены к нолю. Более того, даже закон о парламентском расследовании, который предлагал еще я, будучи депутатом, в 1994-1995 гг., сейчас внесен в таком виде, что реально проверять то, что происходит в Кремле, в Белом доме, при помощи этого закона фактически нельзя. Закон специально сделан таким образом, чтобы это оставалось на бумаге. При том, что сегодня "Единая Россия" имеет 2/3 голосов в Государственной Думе, понятно, что при таком большинстве рассчитывать на какое-то серьезное расследование коррупции в каком-либо министерстве или в самой же Государственной Думе просто невозможно.
Мы знаем, что закон о коррупции долгое время Дума пыталась принимать, было несколько редакций. Но реально там очень тонкая грань в плане борьбы с коррупцией, поскольку постоянно есть большое желание наехать на своих конкурентов по бизнесу либо скомпрометировать кого-то, использовав этот закон. Поэтому он так и не появился в результате. Я вхожу в национальный антикоррупционный комитет, который был создан несколько лет назад, Георгий Сатаров стоял у его истоков, один из крупнейших специалистов России в вопросе коррупции. Мы долго сидели и составляли программу - что делать, чтобы бороться с этим злом. У нас была идея, которую мы не смогли довести до конца - опубликовать ставки, сколько стоит министр, депутат Госдумы, сенатор, сколько нужно заплатить. К сожалению, сегодня это знают все, но публичности это не предается. Поэтому это тоже один из важнейших факторов. Если бы это было опубликовано, а более того - удалось найти фамилии людей, которые воспользовались таким способом прихода во власть, я думаю, это было бы очень серьезным предупреждением остальным. Поскольку мы видим, хотя все говорят, что там наверху в этом отношении все неблагополучно, но ни одного случая, чтобы произошло хотя бы одно судебное разбирательство и кого-то реально осудили за коррупцию на сегодняшний день нет. А в России народ всегда смотрит наверх. И если они видят, что там никого не посадили, и они говорят - а чего нам бояться, если все это можно? Поэтому мне представляется, что пока Президент жестко не будет наводить порядок в своем окружении, в той системе, которой он управляет и руководит, ждать от населения каких-то серьезных изменений в этом отношении нельзя.
То есть, вся проблема в непрозрачности?
Недоступность информации, непрозрачность тех решений, которые принимает власть и действий, которые осуществляются - это тоже один из важнейших факторов, почему борьба с коррупцией в нашей стране идет по кругу. Более того, по последним опросам Левады получается, что при Путине коррупция, по сравнению с временем Ельцина, увеличилась на треть, то есть, мы не улучшаем ситуацию, а она у нас все больше ухудшается. Самый наглядный пример - когда избирался Совет Федерации, с 1993 г. - всенародно избирался, потом с 1996 г. по два представителя - губернатор и представитель заксобрания, а потом пришел Путин, все это распустил и сказал - а теперь пусть от каждого региона два представителя. И оказалось, что сегодня у нас только около 8 сенаторов имеют прописку того региона, где они живут и который они представляют. А остальные, в основном - москвичи и питерцы. То есть, получилось, что в Совет Федерации сегодня попадают люди не потому, что они защищают интересы этого региона, там живут и оттуда направлены, а потому, что у них достаточно большие связи. Место сенатора - это хороший плацдарм, в частности, для развития своего бизнеса, и я так понимаю, что часть людей попадают туда с помощью других методов, а не тех, которые реально предполагаются нашей Конституцией и законодательством.
То есть, до демократии нашей стране еще далеко?
К сожалению, сейчас о демократии говорить не приходится, она оказалась одним из последних приоритетов нынешней власти. Ясно, что говорить о том, что проходят демократические выборы при таком мощнейшем административном ресурсе, при том, что недавно объявил Кремль, что у нас уже 65 губернаторов вступили в партию "Единая Россия", а всего их у нас 84, то реально мы видим, что мы снова возвращаемся к той системе власти, которая была у нас в Советском Союзе, когда одна партия через обкомы контролировала всю страну. Сегодня губернаторы начинают выполнять ту же функцию. И как бы другие партии не старались победить на выборах, реально усилиться при такой власти невозможно.
10 октября 2005
http://www.opec.ru/comment_doc.asp?d_no=58075
