Отечественные "государственники" с энтузиазмом встретили сообщение Стокгольмского международного института исследования проблем мира о том, что по итогам 2000-2004 гг. Россия стала крупнейшим экспортером оружия, обогнав США (пусть и весьма незначительно - с $26,9 против $25,9 млрд.). И хо&-тя Институт исходил в своих оценках из мировых цен на отдельные виды вооружений, в то время как контрактные расценки на российскую технику нередко оказываются вдвое ниже, мало кто усомнился в самом росте нашего экспортного потенциала и удачном выборе "модернизационной стратегии", базирующейся на ускоренном развитии ВПК.
На мой взгляд, однако, оснований для особого оптимизма нет. Во-первых, оружие давно перестало быть значимым экспортным товаром и про&-изво&-дится ныне в первую очередь для внутренних нужд тех или иных государств. США экспортируют оружия на $5-6 млрд. в год, что не превышает 1,5% их суммарных расходов на оборону ($439 млрд., не считая ассигнований на военные операции в Аф&-ганистане и Ираке). В Великобритании и Франции экспорт оружия достигает 3% от их военных расходов, составляющих $5-6 млрд. в год. На этом фоне Россия с ее военными ассигнованиями в $25 млрд. по текущему обменному курсу и проданным в 2005 г. за границу оружием на $6,13 млрд. (24,5% от расходов по линии военного ведомства) выглядит исключением из общего правила.
Во-вторых, в совре&-менном мире "прорывные" экспортные стратегии строятся на захвате рын&-ков мас&-совых товаров, а не военного снаряжения. Достаточно сказать, что $6,13 млрд., полученных за рекорд&-ные поставки российского ору&-жия в 2005 г., - это меньше одной тре&-ти средств, заработанных за тот же период китайскими экспортерами детских игрушек (без учета компьютерных игр).
Кстати, в последнее время отечественные политики все ча&-ще говорят о сближении России и Китая. Но именно сравнение российского и китайского опыта показывает, что "модернизация по-китайски" остается у нас не более чем пиаром, поскольку един&-ственным убедительным дока&-зательством модернизации экономики можно считать только укрепление ее позиций на мировом рынке. Так что успехи российских оборонщиков не вносят существенных деталей в общую картину.
С 2001 по 2005 г. стоимостной объем экспорта товаров из России вырос в 2,4 раза - с $101,9 до $243,6 млрд. При этом 74% его составляли сырьевые товары, средние цены на которые были в 2005 г. в 2,64 раза выше, чем в 2001-м. Если исключить этот фак&-тор, окажется, что средний темп прироста российского экспорта в эти годы не превы&-шал 8%. За тот же период объем китайского экспорта вырос в 2,9 раза - с $266,2 до $762 млрд., а его среднегодовой прирост составлял 25-27%. При этом условия торго&-вли по трем из пяти важнейших статей экспорта - бытовой электронике, компьютер&-ной технике и одежде - стабильно ухудшались: за пять лет средние экспортные цены на эти товары упали на 23%. Таким образом, фактически темпы прироста китайского экспорта в 2001-2005 гг. превышали 30% ежегодно, и нетрудно догадаться, что за этим ростом действительно стояла модерниза&-ционная стратегия, которой - увы! - как не было, так и нет в Российской Федерации.
Стратегия модернизации в современном мире должна предусматривать успешное за&-воевание внешних рынков - причем таких, где поведение страны-экспортера может быть достаточно гибким. В этом отношении стратегия Китая, специализирую&-щегося на экспорте (бытовая электроника - 22, 6%, компьютер&-ная техника и офисное оборудование - 19,7%, одежда и обувь - 11,2%, сталь и удоб&-рения - 6,9%, ме&-бель - 2,9%) и поставляющего эти товары в Японию, Южную Корею и на Тайвань (50,8% экспорта), в США (28,1%) и страны ЕС (22,4%), резко контрастирует с россий&-ской стратегией: у нас 74% экспорта приходится на сырье, а 56% его объема - на Европейский Со&-юз.
Другим важнейшим критерием модернизации служит завоевание значимых позиций на рынках того или иного товара. На Россию приходится 9% мирового экспорта нефти и 17% газа, что не то&-лько меньше ее доли в глобальном производстве этих товаров, но со&-поставимо с поставками из других стран - в первую очередь, из Саудовской Аравии. В то же время Китай стал сегодня indispensable nation для мирового рынка индустриаль&-ных това&-ров: на него приходит&-ся 56% глобального экспорта игрушек, 37% - компью&-терного оборудования, 31% - жен&-ской одежды, 23% - телекоммуникационных това&-ров, 16% - мебели и так далее; по всем этим позициям Китай является крупнейшим в мире экспортером, а главным им&-портером его продукции оказались Соединенные Штаты.
Урок из всего этого очевиден: несмо&-тря на присутствие государства в экономике обеих наших стран, китайское руководство ориентирует своих бизнесменов на экспансию, а российское - на защиту. Китайцы учатся бороться с конкурентами и завоевывать рынки, тогда как россияне - не допускать конкуренции и пользоваться своими естественными преимуществами. И, как видим, первая стратегия, способная показаться на первый взгляд в прямом смысле слова "игрушечной", создает мощную экономическую державу, тогда как вторая, даже ес&-ли и предполагает производство оружия, внушает б#243;льшие страхи собственному на&-роду, чем зарубежным конкурентам.
2006 год
http://www.inozemtsev.net/index.php?m=vert&menu=sub2&pr=107&id=633
