В последнее время все большее число как индустриально развитых, так и развивающихся государств заявляют о намерении ограничить иностранные инвестиции. Присоединение к ним России, о возможности чего президент В.Путин заявил на прошлой неделе в Абу-Даби, стало очередной вехой в этом процессе.
Следующей вехой будет публикация 19 сентября инициативы Евроко&-миссии о разделении операций по транспортировке и дистрибуции электроэнергии и газа в ЕС. Эта инициатива предполагает ограничение инвестиций со стороны стран, не соблюдаю&-щих так называемый принцип взаимной открытости. Означает ли все это, что возросшие финансовые возможности государств, лежащих за пределами традиционной "триады", стали угрожать доминированию США, Европы и Японии в мировой экономике? На мой взгляд, делать такой вывод преждевременно.
Основной причиной растущей паники стал выход на рынок новых игроков и появление новых агентов инвестирования. Если ранее инвесторами были корпорации и бан&-ки, то ныне растет доля суверенных инвестиционных фондов (sovereign wealth funds), распоряжающихся частью валютных резервов своих стран, не управляемой центральным банком. Суммарные активы та&-ких фондов составляют $3,2 трлн. При этом 20 из 40 крупнейших фондов созда&-ны за последние 10 лет, 28 из 40 на&-пол&-няются поступлениями от продажи сырья, а 30 из 40 находятся в развивающихся странах. Средства под их управлением могут вырасти до $5 трлн. к 2012 г. и до $10 трлн. через 10-12 лет. Однако все эти прогнозы строятся на допущении стабильно высоких цен на сырьевые товары и сохра&-нения темпов экономического роста в Китае, России и странах ЮВА.
Насколько опасны государственные инвесторы из "новых экономик" для западных стран? Я бы не стал переоценивать угрозу: объем накопленных этими фондами средств в 5 раз меньше, чем активы страховых компаний и в 6 раз меньше, чем активы пенсионных фондов. К тому же за режимом инвестиций в запад&-ные страны следят местные регулирующие органы. Поэтому ряд экспертов полагают, что стремление властей незападных стран инвестировать в западную экономику следует приветствовать; такое мнение высказал на днях на сессии "Валдайского клуба" в Казани из&-вестный американский специалист по россий&-ской экономике К.Гэдди. По его словам, Европе и США нужно разрешить инвестиции российского стаб&-фонда в акции своих компаний - причем без всяких предварительных условий, т.к. любая связь экономик отдельных стран снижает риск резких действий правительств по отношению друг к другу, а для Запада явно выгоднее привлекать деньги на фондовом рынке, чем занимать их на долговом.
Кроме того, обеспокоенность западных политиков вызывает сегодня и то, что страны, создающие инвестиционные фонды для выхода на их рынки, сами оста&-ются закрыты&-ми. В России с 2004 г. утвержден список запретных для иностранцев стратегических предприятий числом более 1000 штук, а в 2005-м к нему добавился список из 40 видов деятельности, тоже считающихся стратегическими. При этом решения о "стратегическом характере" компаний принимаются волюнта&-ристски: в декабре 2004 г., готовя "Роснефть" к IPO, президент В.Путин издал указ о ее исключении из упомянутого списка, а в мае 2007 г. распоряжением М.Фрадкова ее туда вер&-нули. В Китае иностранные инвесторы не допускаются в сферу финансов и телекоммуникаций, а в целом для них установлен лимит владения акций публичных компаний на уровне 25%. В странах Персидского залива препоны еще более жестки, а крупней&-шие по запасам нефтяные компании - Saudi Aramco, National Iranian и Qatar Ge&-neral Petroleum - никогда не выходили на биржу. Согласно аналитикам Deutsche Bank, Китай и Россия - ли&-деры по масштабам ограничения иностранных инвестиций в собственные экономики.
Но и это не причина для паники. Запад обеспокоен притоком инвестиций извне уже не в первый раз. В 70-е годы его страшила скупка активов арабскими бизнесменами; в середине 80-х - японскими. Но проблемы оказались надуманными: деньги ушли в банковский сектор и недвижимость. Производственные вложения японских фирм в Европе и США в 1989 г. составили всего 19% общей суммы, в 1,3 раза уступая вложениям в недвижимость и в 2 раза - инвестициям в финансовый сектор. Соревнование японцев в том, кто заплатит больше за здание на Манхэттене, показало: ни арабы, ни японцы не стали промышленными инвесторами. Станут ли ими русские, развалившие собственную промыш&-ленность за последние 20 лет? Или их капиталы помогут европейцам снизить цены на газ и электроэнергию также, как японские миллиарды разогрели стагнировавший после 1987 г. рынок недвижимости в США? Да и не обесценят ли в конечном счете их инвестиции инфраструктурные активы в Европе: не будем забывать, что в 1990 г. цены на американскую недвижимо&-сть рухнули, снизив рыночную стоимость японских покупок на 45% всего за три года...
Владислав ИНОЗЕМЦЕВ
17 сентября 2007 г.
http://www.inozemtsev.net/news/printitem.php3?m=vert&id=832
