На прошедших выходных в Компьене - небольшом французском городке, где 11 но&-ября 1918 маршал Фош в своем штабном вагоне принял капитуляцию Германии, - президент В. Путин попытался добиться стратегического прорыва в отстаивании интересов российской экономики на европейском направлении. Хотя встрече предшествовали и до смешного неуклюжие действия "Аэрофлота" в связи с предстоящей закупкой самолетов, и шантаж западных инвесторов российским природнадзором, и шквал возмущенных публикаций в европейской прессе, саму такую попытку стоило бы оценивать без лишних эмоций - и признать ее безусловно положительной.
Для стороннего наблюдателя идея приобретения Россией, фактически расписавшей&-ся в неспособности поднять собственный авиапром, блокирующего пакета акций европейской аэрокосмической компании EADS, производящей самолеты Airbus и вертолеты Eurocopter, а также военные самолеты Eurofighter, элементы спутниковой навигационной системы Galileo и космических ракет Ariane, выглядит несколько странной. Однако участие в капитале EADS может стать (а отчасти уже является, так как Внешэкономбанк недавно купил 5,02% акций компании и оказался ее четвертым по величине пакета акционером) первым прецедентом, когда российские власти заговорили на Западе о чем-то еще, кроме тревожащих европейцев энергетических проектов и набившей оскомину борьбы с терроризмом. EADS - один из лучших в мире объектов для инвестиций: в 2005 г. он продал 378 самолетов, а в первой половине текущего года, несмотря на все трудности, - уже 219. На последнем авиасалоне в Фарнборо его руководители подписали соглашения и заявки на поставку 182 новых машин в 11 стран. Выручка компании по итогам прошлого года составила #8364;34,2 млрд., а в этом году может превысить #8364;40 млрд. При этом по итогам закрытия европейских рынков 20 сентября общая капитализация EADS составила #8364;18,74 млрд. - всего лишь 54% выручки за прошлый год (для справки: капитализация "Газпрома" сейчас - $260,3 млрд., или 567% от объема продаж за 2005 г.)! К тому же, стремление России приобрес&-ти дополнительное влияние в EADS явно свидетельствует о том, что она становится немного раци&-ональнее - раз уж приходит понимание, что лучше воспользоваться хорошим чужим, чем продолжать твердить, что ее собственное было, есть и будет самым лучшим.
Однако вряд ли российским планам - на этот раз заслуживающим всяческого одобрения - суждено реализоваться, и по многим причинам. Во-первых, российское руководство снова пошло по пути половинчатых решений - на этот раз фигурально "располовинив" контракт "Аэрофлота" на 44 новых самолета между Airbus и Boeing. Но неловко рассказывать потенциальному партнеру о том, как ты ему нужен, если тебе самому тебе он нужен ровно настолько, насколько и его основной конкурент. Во-вторых, весьма незначительны цифры, с которыми В. Путин отправляется во Францию: а он везет туда предложение о контракте на #8364;2,42 млрд. на по&-ставку 22 самолетов - да и то в 2012-2016 гг. Учитывая, что эта сумма не дотягивает ныне даже до 8% совокупного пакета заказов Airbus (об остальных подразделениях EADS и не говорим), сомнительна ее привлекательность. В-третьих, в Компьене государственнику В. Путину придется иметь дело с Ж. Ширака и А. Меркель, которые известны отнюдь не как апологеты свободного рынка, а такие же государственники, как и он сам. Франция и Гер&-мания владеют в EADS равными пакетами акций - по 22,5% каждая, и ни у одной из них нет желанного для Москвы блокпакета; поэтому делать Россию наиболее влиятельным участником кон&-церна явно не в их планах. В-четвертых, серьезное участие России в EADS может - и об этом европейцы задумываются уже сейчас - осложнить положение их ведущего авиапроизводителя на мировых рынках, и прежде всего в США, где зреет недовольство российской внутренней и внешней политикой.
Все это заставляет сомневаться, что российский президент привезет из Франции значимое соглашение. Однако Франция, Германия и Испания владеют в EADS всего 50,5% акций. Еще 8% держат крупные инвестиционные фонды, на которые эти правительства, да и руководство концерна могут оказать влияние. Но - за исключением 5,02%, ранее уже купленных Внешэкономбанком, - более 35% акций торгуются на биржевых пло&-щадках. Какой бы "политической" ни была сделка ВЭБа, она была совершена в период, когда акции EADS котировались в интервале от #8364;19 до #8364;23 - в среднем на 40% ниже максимальных значений в начале мая (хотя в 2003 г. они стоили вообще #8364;6,5 - вот было-то время для скупки!). Если российские структуры начнут массированную скупку акций сегодня, они могут поднять их котировки на 40-60%, но даже в таком случае игра, несомненно, будет "стоить свеч". Способны ли российские "экономисты от политики" сыграть в нее? Трудно сказать, но, наверное, следовало бы попытаться - особенно если им и впрямь хочется летать наяву, а не только во сне...
BusinessWeek (Россия) No35
25 сентября 2006 г.
http://www.inozemtsev.net/news/printitem.php3?m=vert&id=697
