Привязка к американским планам может означать для нашей космической программы потерю средств и времени
На завершившейся 28 января в Монреале встрече глав космических агентств - участников программы Международной космической станции (МКС) "Альфа" глава Федерального космического агентства (ФКА) Анатолий Перминов четко обрисовал курс России в космосе на ближайшие десятилетия. После МКС это - пилотируемое исследование Луны, включая создание там поселений, и лишь потом - Марс. Таким образом, руководитель ФКА однозначно привязал отечественную космическую деятельность к новым космическим планам президента Буша-младшего, а именно - "назад, на Луну!" (возвращение американцев на естественный спутник Земли к 2015 году) и "вперед, на Марс!" (пилотируемый полет на Красную планету после 2030 года). Но соответствует ли курс ФКА интересам России за пределами Земли?
Для ответа на этот вопрос достаточно представить, что Россия (в то время - Советский Союз) вместе того, чтобы строить станцию "Мир", присоединилась бы к провозглашенному в 1984 году американскому проекту орбитальной станции "Фридом". Проект этот "буксовал" 10 лет, а вместе с ним - и все его участники. СССР же в 1986 году вывел в космос "Мир", который пролетал 15 лет и сошел с орбиты лишь в 2001 году, когда срок пилотируемой жизни "выросшей" из "Фридома" МКС составлял всего лишь несколько месяцев. Таким образом, привязка к американским планам может означать для отечественной космической программы многолетнюю пробуксовку с потерей средств и времени.
Далее, после того как в начале 1970-х годов закрыли советский проект высадки космонавтов на Луну, основные силы и средства космической отрасли СССР, помимо создания орбитальных станций, были сосредоточены на пилотируемом полете на Марс. "Россия продвинулась в этом направлении ощутимо дальше, чем США, - считает один из ведущих проектантов ракетно-космической корпорации "Энергия", профессор Леонид Горшков. - В данной области накоплен куда больший задел, чем в сфере освоения Луны". Переориентирование отечественной космонавтики с Марса на Луну приведет к безнадежному устареванию, а как следствие - к потере значительной части научно-технического потенциала, накопленного страной в области подготовки марсианской экспедиции.
Идея приоритета Луны перед Марсом не поддерживается и многими представителями российского академического сообщества. "С точки зрения актуальности задач, стоящих перед исследователями Солнечной системы и Вселенной, включая поиск ответов на вопрос о возможности внеземных форм жизни, Марс, безусловно, интереснее Луны", - заявил заместитель директора Института космических исследований (ИКИ) РАН Вячеслав Родин.
Но насколько вообще оправданна ориентация на сотрудничество с США в качестве "локомотива" развития отечественной космической отрасли? По словам академика Роальда Сагдеева, бывшего директора ИКИ, ныне преподающего в Университете штата Мэриленд, "американцев вообще трудно убедить, что в космосе они должны с кем-то сотрудничать. И это понятно. 75 процентов всего мирового космического бюджета формируется США". Значит, Россия не очень-то нужна Соединенным Штатам для реализации их космических планов, а следовательно, любая интеграция нашей страны в эти планы возможна лишь на условиях заокеанского партнера. О последствиях этого для России сказал директор Института геохимии и аналитической химии РАН Эрик Галимов: "Все, что мы сделаем вместе с американцами, американцам и достанется. Россия не получит ничего".
Осуществление же лунного пилотируемого проекта, параллельного тому, который реализует NASA (Аэрокосмическое агентство США), действительно экономически и политически бессмысленно. Очевидность этого факта в свое время вынудила Россию отказаться от проекта станции "Мир-2" в пользу МКС, хотя в любом случае околоземная космонавтика уже не могла обеспечить развитие отечественной космической отрасли. Как недавно отметила влиятельная американская газета "Вашингтон пост", даже для США - страны, куда менее опытной, чем Россия, в области создания орбитальных комплексов, "космическая станция - это летающая по орбите денежная "яма" сомнительной научной ценности, пораженная к тому же задержками в строительстве и перерасходом средств. Стоимость окончания ее сборки и эксплуатации достигла 100 млрд. долларов, и при этом она не будет достроена до конца нынешнего десятилетия. Оправданием для продолжения [этой программы] служат миллиарды, уже выброшенные на нее, а также стремление не раздражать международных партнеров". Последнее - особенно актуально для NASA. По словам Джона Логсдона, директора Института космической политики из Вашингтона, "опыт международной кооперации в рамках проекта МКС был негативным для его участников".
Сотрудничать с Соединенными Штатами в области освоения внеземного пространства необходимо, но совсем необязательно делать это в рамках одного космического проекта. У РКК "Энергия" уже есть готовый и наиболее дешевый из всех имеющихся в мире вариант пилотируемой экспедиции к Марсу, предусматривающей исследование Красной планеты без высадки на ее поверхность. В случае если решение о его реализации будет принято в этом году, в середине следующего десятилетия посланцы России уже будут на орбите Марса (тогда же, когда NASA планирует "вернуться" на Луну). Причем цена осуществления отечественного марсианского проекта вполне сопоставима с той, которую придется заплатить России, чтобы высадить своих представителей вместе с американцами на Селене. Следовательно, вполне возможен взаимовыгодный "бартер": Россия доставляет американцев к Марсу, а NASA включает в число лунных колонистов россиян.
Опубликовано в Независимой Газете от 09.02.2005
http://www.ng.ru/science/2005-02-09/12_moon.html
