Наркотические составы видишь в списке рассматриваемых дел в каждом суде. Но их научные анализы редко попадают в юридические журналы. Не престижно разбираться в этой мерзости.
Все идет по накатанной. Но только санкции наши депутаты закатили такие, что они стали сравнимы со сроком жизни осужденного. С 1996 года санкция за часто встречающийся «крупный размер» сбыта ужесточилась ровно вдвое. Нижний предел 10 лет! Может быть, надо было соответственно поднять и сам размер? Эксперты давно говорят, что в России самый мелкий «крупный размер». Но его еще снизили.
Криминологам известно, что социализация при сроках заключения более 3 лет затруднена, отбывшим более 5 лет – требуется длительная реабилитация, а при сроках более 10 лет к нормальной жизни возвращаются единицы.
Pereat mundus, et fiat justitia. «Правосудие должно свершиться …», «Закон – есть закон»... Но тогда уж по таким делам, в которых от «свершения правосудия» неизбежно рухнет мир маленького человечка, нужно и закон соблюдать во всей полноте. Не так ли, любители строгих приговоров?
Но сторона обвинения нередко идет на «компромисс» с нормами УПК РФ в части доказывания умысла, выводя его из «объективной стороны» состава. По нетяжким делам суды с этим компромиссом, бывает, мирятся. Но по «особо тяжким», полагаю, это недопустимо.
Участились приговоры за якобы «приготовление к сбыту».
Форумы Интернета пестрят совершенно неочевидными случаями.
Например, по делу Ж., задержанного в одном из провинциальных городов со смесью амфетамина чуть-чуть перевалившего «крупный» размер, следователь первоначально разумно поверил показаниям наркомана о личном потреблении. Ж. задержан патрулем случайно, ввиду неадекватности поведения, оперативная проверка какой-либо противоправной деятельности задержанного не выявила. Ранее к уголовной ответственности Ж. не привлекался. Поэтому следствие вменило ему ч. 2 ст. 228 УК РФ - и передало дело для утверждения в прокуратуру, ожидая передачи дела в суд в «особом порядке», ввиду полного признания вины обвиняемым. Но прокуратура вернула дело для усиления обвинения до «сбытовой» особо тяжкой статьи. Изъятые у Ж. весы, утверждают прокуроры, якобы сами по себе доказывают цель: сбыт. Вменяйте ч. 4 ст. 228.1 УК РФ. Ту, которая до 20 лет! Хорошо, что известному московскому адвокату, специализирующемуся на хозяйственных преступлениях, а вовсе не наркотиках, Федору Куприянову, удалось в суде переквалифицировать обвинение обратно и даже добиться условного срока. Помог «свежий взгляд» и авторитет. Но не всем так везет.
В учебниках написано, что если есть иная разумная версия, например, об отвешивании нескольких доз для себя, чтобы не умереть от передозировки, то закон требует применять п. 3 ст. 14 УПК РФ о толковании всех сомнений в пользу обвиняемого.
Подобные случаи именно таковы и «компромисс» с УПК РФ, допускаемый стороной обвинения в доказывании умысла не должен поощряться судами, слишком велика цена ошибки. Но даже Верховный суд, оправдавший в 2010 году Бушко А.А. при сходных обстоятельствах, обвинению не указ.
И за недоказанное сомнительное приготовление к сбыту наркотиков, прокуроры требуют срок, как за свершившееся умышленное убийство. И нередко добиваются!
