Завтра Берлинский кинофестиваль закончит свою работу показом картины `Зимняя жара` режиссера Стефана Вуйе. Этот фильм является единственной лентой в конкурсе фестиваля, созданной при непосредственном участии нашей страны (копродукция Бельгия - Россия). Картину в Берлине представит исполнительница роли украинской беженки Сони литовка Ингеборга Дапкунайте. Перед поездкой на кинофестиваль Ингеборга побывала в Москве, где встретилась с корреспондентом `Новых Известий`.
- Вы не раз говорили о том, что предпочитаете ездить на московском метро, потому что оно - `самое красивое в мире`. Однако сегодня на интервью вы приехали на машине. Боитесь спускаться в подземку после взрыва?
- Нет. Теракт - событие страшное, и мне очень сложно его комментировать... Но это не изменит моего настроя в принципе. Я бы просто не смогла жить, если бы реагировала на подобные акты отказом от своих привычек. Я люблю бегать, прыгать, передвигаться с огромной скоростью. Вчера весь день ездила на метро, потому что в такой снегопад на метро гораздо быстрее. Ехала, наблюдала за людьми, за их реакциями. Люди продолжают жить, они спешат по своим делам. Вот вчера на фотосессию я добиралась на метро. Конечно, может произойти что угодно, где угодно (не только в метро),и с кем угодно. И со мной в том числе. Я ведь тоже ни от чего не застрахована.
- Вы не раз говорили, что очень хотели бы сыграть в комедии. Фильм `Зимняя жара` - лирическая комедия. Можно ли сказать, что ваша главная мечта сбылась?
- Знаете, если я чего-то хочу, это не значит, что я сижу и с утра до ночи думаю: `У-у, я мечтаю сыграть в комедии!`. Получится, так получится, нет - так нет. Тем не менее я всегда себе говорила: было бы хорошо, если бы... Понимаете, я живу сиюминутными ощущениями. Сейчас разговариваю с вами, больше это никогда не повторится, момент ушел. А в следующий момент, даже если мы снова будем с вами разговаривать, это будет уже совсем по-другому. А что касается того, комедия ли `Зимняя жара` или нет, не знаю, насколько это кино получилось смешным, насколько я там смешная.
- В этой комедии ваша героиня скорее трагическая фигура. С самого начала картины понятно, что ее ждет разочарование, что муж давно не любит и что, даже если она его найдет, у них нет будущего...
- Выходит, у меня опять не получилось сыграть смешное (смеется).
- В названии фильма использован оксюморон: `зимняя жара`... Вряд ли здесь имеется в виду только температура атмосферы... Видимо, в нем заключен какой-то сверхсмысл?
- Конечно. У всех героев очень `горячий` день, в переносном смысле. День, который меняет судьбу, день кипения чувств. Такой незаурядный день, а погода (+25 градусов выше нуля в январе) это только подтверждает.
- Вы согласны с утверждением героини о том, что `судьба может легко создать любовь и так же легко ее убить`?
- Я всегда подхожу к своим ролям конкретно. Моя Соня ищет мужа. Она любит его. А он, понятно, давно ее бросил. Но она ищет, для того чтобы убедиться, что ничего не вернуть. В этом парадоксе - найти, чтобы потерять, - и заключена та щемящая грусть фильма, которая так нравится зрителю и которая.... никак не укладывается в жанр чистой комедии.
- Совсем недавно вы снимались в Англии у Эмили Янг. Специально для вас она переписала сценарий и сделала из героини-англичанки литовку. Почему в картине `Зимняя жара` Стефан не сделал вас, скажем, эмигранткой из Польши? Очевидно же, что в России никто не поверит в то, что Ингеборга Дапкунайте `хохлушка`.
- У Эмили Янг роль должна была играть английская актриса Кетлин Картридж. Она, к сожалению, скончалась. И когда я встретилась с Эмили, я ей сразу призналась: `Мне очень нравится сценарий, но я не похожа на англичанку. Просто не потяну такую роль`. Она мне ответила: `Я хочу рассказать о семье, которая может жить где угодно. Поэтому я могу переписать роль непосредственно под тебя`. Стефан же настаивал, чтобы героиня была украинка. Я пыталась объяснить ему разницу между, скажем, русской и украинкой или литовкой и украинкой, но у него другой взгляд. Ему казалось, что `укрэниан` звучит интересно, романтично. У всех людей есть сложившиеся стереотипы. И, наверное, я соответствую тому стереотипу, который придумал для себя Стефан относительно украинцев. Я, конечно, отдаю себе отчет, что украинского акцента у меня нет, но можно подумать обо мне, что я девушка, просто живущая на Украине.
- Девушка, которую зовут Соня? Есть же такое распространенное клише: `Соня с-под Одессы`.
- Соня довольно популярное имя во всем мире. В Лондоне, например, полно Сонь. Я думаю, что бельгийцы просто не знают об этом клише. Наш фильм рассказывает о разных людях из разных страны, волею судеб оказавшихся в определенном месте и в определенных обстоятельствах.
- Не было ли искушения уже здесь, России, для российского проката переозвучить роль с `хохлятским говорком`?
- Было такое искушение. Но я следую решению режиссера. Он хочет оставить все как есть. Так что оставим `хохлятский акцент`, точнее его отсутствие, что называется, на `съедение крокодилам`.
- Так получается, что в любой картине вы играете чужака, человека, отличного от остальных...
- Послушайте, но в `Утомленных солнцем` я играла русскую, в `Подмосковных вечерах` - тоже...
- Все равно чувствуется, что вы немного из другой среды, вы - отличная от других.
- Конечно, я литовский человек, но на свете полным-полно актеров, которые играют людей разных национальностей. Тогда можно спросить: `Как Жюльетт Бинош играла в `Невыносимой жестокости бытия` или в `Английском пациенте`? А как мы играем Шекспира, Мольера? Тогда давайте русские актеры будут играть только Чехова и больше никого.
- А нет ли у вас желания вернуться, что называется, к истокам, сыграть на родине литовскую классику, скажем, у любимого литовского режиссера Эймунтаса Някрошюса? Не поступало ли от него подобных предложений?
- Я так вам сразу и расскажу, что мне предлагал или не предлагал Някрошюс! Но это, конечно, шутка... (смеется). - Потом, немного подумав. - Нет, все-таки не скажу! Следующий вопрос.
- Рассказывают, что вы говорите на трех языках - английском, литовском и русском...
- Я знаю еще и польский....
- Об этом нигде не упоминается...
- С польским получилось смешно. Вот как раз Эмили Янг училась в Лодзи и выучила польский. А я говорю по-польски, потому что полькой была моя няня. И на картине `Хелен из Бекхема` получилось так, что я, Элен и оператор фильма смогли общаться по-польски, на языке, который был непонятен остальной группе.
- А в `Зимней жаре` вы говорите по-французски...
- Я его пыталась освоить, но не могу похвастаться, что хорошо говорю по-французски. Но роль я выучила. Правда, я говорю по-французски с акцентом. У меня и на английском есть акцент. Я только по-русски смогу говорить без акцента. И то только если очень соберусь. Ведь это же зависит от настроя.
- Вы часто повторяете, что в какой стране находитесь, на том языке и думаете. Когда снимались в `Зимней жаре` и вокруг все говорили по-французски, на каком языке вы думали?
- Конечно же, на французском я не думала. Но я вам признаюсь, что работать там, где все говорят на языке, который ты не полностью понимаешь, очень трудно. Ты приходишь домой, а у тебя в голове звучат отдельные фразы по-французски. Эти обрывки как-то странно заседают у тебя в голове, и от этого сильно устаешь. Я помню еще один подобный случай. Когда я снималась в ленте `Семь лет в Тибете`, практически вся группа говорила по-испански, потому что мы работали в Буэнос-Айресе. И у меня было ощущение, что меня заставляют слушать одну и ту же пластинку, мне вдалбливают одну и ту же музыку. Потому что чужой язык - это другой темп, другой ритм.... А была, кстати, и забавная ситуация. Я снималась в Польше, поляки не знали, что я понимаю их язык, и вдруг заговорили обо мне за моей спиной. А я их поняла. Вот это было очень здорово! (Хохочет). А вот когда я снимаюсь, допустим, в Лондоне, я чувствую себя дома. Точно так же я ощущаю себя на съемках в Москве. Поэтому сюда всегда тянет вернуться.
Справка `НИ`
Ингеборга ДАПКУНАЙТЕ родилась в 1963 году в Вильнюсе. В 1985 году окончила Литовскую консерваторию (факультет хорового и театрального искусства). Работала в Вильнюсском молодежном театре. С 1986 года снялась более чем в 20 фильмах, в том числе в картинах Валерия Тодоровского, Алексея Балабанова, Александра Зельдовича, Никиты Михалкова, Брайана де Пальмы. Лауреат премии `Ника` в номинации `Актриса` за 1994 год. С начала 90-х живет в Великобритании. Играет в лондонских театрах.
13 февраля 2004 года
МАРИЯ ДУБОВА, `Новые Известия`
`ЗАО `Газета Новые Известия`
http://nvolgatrade.ru/
